Чтение онлайн

После выстрела плазмой подствольник начинает перезаряжаться, но на это уходит несколько часов. Можно, конечно, нацепить и другой, заряженный, но только нам запасных не выдали: наша задача не предполагала, что нам придётся вовсю палить из ТАКОГО оружия. Винтовка, брошенная Юродивым, попала бы в руки божегорцев, восстановила свой плазменный заряд, а они, конечно же, попытались бы её разобрать по косточкам из чистого любопытства: как там что устроено? Быть может, они зажарились бы, а, быть может, догадались бы, что у них в руках – оружие самого Нечистого, от которого надо держаться подальше – об этом лучше не гадать. Нельзя, никак нельзя оставлять дуракам современное оружие!

Я отобрал плазменную винтовку у Юродивого, а взамен вернул ему пистолет и обоймы к нему:

– Давай, иди в точку сбора! А у меня ещё дела есть…

Я побежал вдоль проволочного заграждения, пока не добрался до нужного места. Фабрика по сборке аэропланов, до которой так и не добрались мои товарищи, примыкала к аэродрому и сейчас располагалась аккурат напротив меня. Далеко, конечно, но…

Я забрался на удобное дерево, прицелился, нажал на спуск. Нужное мне здание подсвечивалось огнём недалёкого пожара, возникшего, судя по всему, из-за баловства Юродивого с плазменным оружием, поэтому промахнуться было невозможно, даже если целиться на глазок.

От подствольника с тихим треском отделилась ярко-белая капля, окружённая защитным магнитным коконом, и помчалась в сторону фабрики, к сборочному цеху. Это было красиво: в кромешной тьме жидкая капля солнца движется по абсолютно прямой линии, почти не меняя скорость,- как длань Господня. Она могла бы лететь очень долго – пока её не остановила бы инерция сопротивления воздуха,- практически нулевая из-за ничтожно малой массы капли, и его электромагнитные поля – тоже ничтожные. Ещё на защитный кокон очень влияет влажность, поэтому во время буйного ливня стрельбу плазмой категорически запрещают.

Смертоносная капля ещё летела, а я уже слез и оказался на земле, и, закинув оружие за плечо, поспешил назад, догонять своих, время от времени оглядываясь. Вот, наконец, «кусочек солнца» долетел до высокого строения и мягко ткнулся в его стену, превратившись на миг в ослепительную вспышку (в тонированном шлеме это практически незаметно), а потом – в сгусток фиолетовых молний, юркими змейками расползшихся по поверхности, искря. Миг – и в стене появляется дыра: это не пробой, не прожёг – это кусок каменной стены просто испарился от невероятного жара! Очень скоро в окнах фабрики загорелся мерцающий свет – пожар пошёл по всему помещению, что и неудивительно, если учесть, КАКАЯ температура влилась вовнутрь...

Потом, в точке сбора, Юродивый доложил мне подробности своей неудачной миссии. Да, врагов, выскочивших сбоку из проулка, они заприметили издалека, и расстояние до них было вполне приличным – иначе бы они с Ведит точно зажарились бы до румяной корочки. Ну, как издалека – явно ближе, чем было мне от того дерева до сборочного цеха! Юродивый сумел удержать сознание, и, видя, что боевая подруга лежит без чувств, взвалил её на спину и потащил назад – им никто не пытался помешать… охладели враги к драке!

Боевой шлем подсказал ему, что на обратной дороге тоже кто-то маячит: засветились сигнатуры невидимых во мраке людей, причём имеющие красный контур – значит, вооружены. Юродивый уложил сомлевшую Ведит на дорогу, а сам начал вытаскивать из разгрузки бруски мин, ставить на них время 20-30-40 секунд и швырять во тьму, по сигнатурам. Там точно шныряли безнадёжные лопухи: ведь знали же, должны были знать, что в армии появились ручные бомбы, и, вместо того, чтобы проявить осторожность,- с торжествующим гвалтом, гурьбой кинулись на звуки падения, словно уличные собаки на заманчивый шум падающих мясных костей.

Неудивительно, что я шёл по следам Юродивого как по заброшенному кладбищу, на котором всё тихо, и где никому ничего уже не надо… Этот отморозок и во время бега по аэродрому незаметно уронил себе под ноги две мины, взрывавшиеся аккурат тогда, когда к ним подбегали догонявшие их преследователи. Опасный тип!

Ведит очнулась, слава Пресветлому! Значит, всё будет хорошо… Надо же: только что я методично убивал беззащитных обывателей, в т.ч. стариков, женщин и детей, и вдруг на моё сердце упало резкое облегчение, почти счастье, что жена пришла в себя. Оказывается, во мне ещё не всё человеческое умерло!

Я тогда вдруг почувствовал себя полным идиотом: КИНО, войны, «драконы» - всё это приходит и уходит. А на самом деле мне всегда нужна лишь моя вторая половина. Без неё я – лишь половина меня. И мне по-настоящему нужно лишь то, чтобы она всегда была рядом. А я втянул её в смертельно-опасное дело, словно мне весь ум отшибло... Да я всю эту планету готов обменять на её жизнь, а кинулся гоняться за какими-то дурацкими игрушками, которые у нас уважительно называют "драконами", а на Станции над ними просто посмеялись бы!

– А теперь – вторая задача!- провозгласил я, едва лишь командиры остальных трёх групп подтвердили, что все их бойцы вернулись.

Эта вторая задача, с точки зрения моих уважаемых читателей, выглядела и вовсе откровенным бандитизмом. Недалеко от божегорского научного городка приютилось древнее село, где жили ещё не горцы, но люди, уже очень мало похожие на жителей долин. Думаю, когда-то, давным-давно, их предки бежали в эти места, чтобы укрыться от королевских налогов и податей, но беспощадная цивилизация нашла их и тут. Пришлось этим дикарям свыкнуться с мыслью, что некоторые их бойкие бабёнки начнут получать доходы с плотских утех охранного гарнизона, а остальные – от продажи свежего молока, сыра и мяса для остальных обывателей.

Так вот: нашей целью в этой деревне было… грабёж местного населения на предмет одежды и лошадей. Дело в том, что наши костюмы, сколь бы великолепными они не являлись, требовалось как можно скорее бросить до последней нитки – даже исподнее. На Станции бытовала железная уверенность, что любая тамошняя тряпка содержала в себе скрытый маячок, а, значит, нас в нашей экипировке могли бы собрать как грибы в лукошко,- одним удачным заходом любого боевого модуля. После вчерашнего бунта попасть обратно на Станцию никому не улыбалось совершенно, поэтому эту простенькую операцию мои бойцы провернули воистину с величайшим вдохновением!

Имелся ещё один тонкий момент… не знаю даже, как бы половчее начать его обрисовку. Мой уважаемый читатель, скорее всего, наслышан, что после кровавой победы ополоумевшие бойцы имеют давнишнюю привычку кидаться на всех женщин захваченного населённого пункта, причём иной раз не особо заморачиваясь на возраст. Так вот: наша космическая экипировка отлично защищала нас даже от недалёких плазменных взрывов, но при этом она не менее успешно защищала и всех попавшихся нам женщин от нас, ибо древняя, рутинная процедура снятия своей одежды превращалась в сущую пытку, которую практически невозможно выполнить чисто своими силами.