Королева Шипов. Госпожа Роз
Шрифт:
— Что… что с тобой? – проронил Фабьен, вскинув брови.
— Кажется, она припадочная. – нахмурилась Ирма, подходя ближе. – Я знаю… У меня был такой дядюшка.
Сейра слышала их голоса, но не могла ответить. Мутная пелена расстилалась перед глазами, медленно забирая в спасительную тьму. Туда, где никто не тронет. Туда, где нет монстров…
Ведь настоящие монстры видны при свете дня.
Глава 2.2
«— Фабьен… Фабьен, прошу тебя, не надо.
— О чём ты, Сейра? Я – наследник семьи Роузвуд. Моё слово – закон. Или ты забыла о клятве, которую принесла Старику? Ты обязана подчиниться.
— Я… Только не это, прошу!
— Ты мне не нужна, Сейра. От тебя… Одни проблемы.
— Но я всё отдала тебе!
— Разве я об этом просил? Ты сама приняла такое решение. Отдала Цветок… Сделала меня слабейшим из наследников. Надеюсь, ты довольна, Сейра. Теперь будешь ублажать Дитриха Бестиала, пока я не позволю тебе вернуться»
Сейра проснулась на резком выдохе, прижимая к груди дрожащие пальцы. Её лицо было мокрым от слёз, и даже тонкая ночная сорочка (когда только переодеть успели?) пропиталась влагой. В комнате было темно и тихо. На прикроватной тумбочке стоял графин с водой, к которому приложили флакончик с лекарством и записку: «Прими экстракт эдельвейса, когда проснёшься».
Сейра едва заметно улыбнулась. Немые слуги общались только таким нехитрым способом, но всё же были довольно заботливыми (хотя пугали всех поначалу). Они сновали по дому безмолвными тенями, и только шелест серых одеяний выдавал чужое присутствие совсем рядом. Когда-то Сейра всерьёз задумывалась над вопросом: кто они такие?
Ведь эти существа не были людьми. Под их бесформенными балахонами скрыта пустота и всё же… Они двигались, имитировали дыхание и даже имели зачатки характера.
Лорд Ирсалис однажды сказал:
«— Они – привратники, отпечатки былого. Их можно назвать призраками прошлого, и это, вероятно, самое точное определение. Мы никогда их не звали – они сами приходят, когда восемь Посвящённых собираются в одном месте. Они будут служить вам до дня Избрания и растают с первым лучом рассветного солнца после. Такова их суть».
Сейра чуть слышно вздохнула, поднимая с тумбочки заветный флакончик. Мутная жидкость в нём – драгоценный экстракт, который по сути является смесью трав и лекарственных кореньев. Безмолвные хороши в приготовлении зелий…
Но стоило задуматься об этом – как голова потяжелела. Непрошеные воспоминания хлынули из трещин, наполняя её тело свинцовой болью. Сейра едва не застонала, скорчившись на кровати. Ей не нужно… Не нужно сразу вспоминать всё.
Достаточно начать с азов. Восстановить воспалённую память с самого начала и вот тогда… Тогда боль утихнет. Хотя бы на время.
В прошлой жизни она была ослеплена роскошью особняка. Он казался таким огромным, величественным, до безумия богатым… Остальные Посвящённые тоже были поражены увиденным, но не так сильно, как Сейра.
Дело в том, что будущие отпрыски Роузвуд происходили из разных мест Сердцевины. Центральный город Октаэдра разделялся на слои (как в прямом, так и в переносном смысле). Ядро, обнесённое самыми крепкими и высокими стенами, скрывало обитель аристократов. За ним шёл слой Верхнего города, затем Срединного, и, наконец, у самой окраины сиротливо ютились Низины. Почти незащищённые, бедные и грязные районы, в которых жизнь казалась невыносимой мукой…
Сейра родилась в трущобах, лишь чудом сохранив душевную чистоту. Мать была выходцем из Срединного города, потому им дозволялось хотя бы торговать там, а вот на жильё денег не хватало.
Остальным Посвящённым повезло больше: пятеро были из среднего слоя, а красавица Ирма и вовсе происходила из Верхнего. Она была незаконнорождённым ребёнком какой-то богатой семьи и с самого начала вела себя подчёркнуто горделиво…
«Когда они узнали, что я происхожу из Низин – добродушие сменилось презрительным холодком. В один миг я стала «грязной», «чужой», «неблагополучной»… И за всем этим никто не заметил лжеца. Ведь Фабьен также родился в трущобах»
Она узнала правду слишком поздно, когда он уже получил желанный статус наследника. С самого начала Фабьен лгал о своём происхождении, скрывая жалкую судьбу за широкой улыбкой. Сейра никогда не винила его, но чуть позже начала понимать…
Он всегда наблюдал со стороны. Следил за её унижениями, наслаждался и (порой) подначивал остальных. Сам Фабьен будто и не издевался над Сейрой, но очень грамотно управлял другими. Среди восьми Посвящённых она стала главным шутом и первым изгоем. Но даже так… Сейра верила, что Фабьен хорошо к ней относится.
Иногда он тайком утешал девушку. С улыбкой говорил о том, какая она особенная. Фабьен любил гладить её по волосам, с потаённым торжеством восхваляя их редкий цвет.
Сейра мрачно усмехнулась, бросив мимолётный взгляд в зеркало. Её волнистые кудри были тёмно-каштановыми, густыми и мягкими. Не так уж плохо для девушки из Низин, просто… Есть поверье, что наследники семьи Роузвуд всегда рыжие. А из всех Посвящённых только Сейра не отличалась таким цветом волос.
«Они не скрывали своего презрения. Глумились, смеялись над каждым моим неловким словом… И только Фабьен казался другим. Жаль, но в итоге… Он был хуже всех»
Пальцы, наконец, перестали дрожать. Дыхание пришло в норму, и Сейра выпила экстракт из флакона, поморщившись от вкуса. Горечь разлилась по горлу, пропитала внутренности и прогнала остатки дурных воспоминаний. Сейра забылась крепким сном без сновидений… И впервые за долгое время смогла отдохнуть.
— Прошу, подходите сюда! – мистер Райт был дворецким особняка, одним из немногих «разговорчивых» людей в нём.
Полнеющий и лысеющий мужичок, чей возраст отмерил четвёртый десяток. Пухлощёкий, улыбчивый и заядлый театрал: он привносил в этот дом оттенок милой суеты и с удовольствием общался с Посвящёнными. Фабьен и вовсе был его любимчиком…
Сейра едва заметно нахмурилась, поправляя рукава тёмно-синего платья. Оно достигало колен и сильнее всего напоминало форму благородных учениц: тот же белый воротничок, те же пуговички, что застёгиваются у самого горла. Сейра предварительно расчесала свои недлинные волосы и аккуратно подвязала их лентой.
В прошлой жизни она не знала, как ухаживать за такой одеждой, а потому надела всё неправильно, а под конец завтрака и вовсе испортила платье – пролила на него липкий сок. Тогда Ирма громко засмеялась, поминая «нищенку-неумеху», а Сейра густо покраснела, сбежав из-за стола. Позднее её нашёл Фабьен… И с тех пор они всегда встречались в том тихом месте под лестницей.