Чтение онлайн

Недалеко от нашего дома находится кафе, в котором можно перекусить кебабом или фалафелем. Там я познакомился с парнем, владельцем этого заведения, но даже думать боюсь, откуда он родом. Он такой большой и грузный и все время держит в руке кухонный нож, которым режет мясо для кебаба. Вдруг он обидится, заподозрит, что я знаю о его происхождении, связанном с пустыней, а оскорбленный мужчина будет решительно защищать честь. А я, как настоящий мужчина, знаю, что ради защиты чести оскорбленные мужчины готовы пойти на все. Например, убить обидчика ножом, тем самым, который он не выпускает из рук.

В это кафе я стал заглядывать с тех пор, как Майя начала проводить все вечера в своем клубе. Мне ведь надо иногда съесть что-нибудь горячее. Мы долго, очень долго присматривались с хозяином друг к другу, не разговаривали, потому что мужчины просто так не будут языком трепать, тем более, если не уверены, что найдут общие темы для беседы. Однако постепенно как-то познакомились. Он стал рассказывать мне о своей жизни и обычаях, которых придерживается, а по-польски он говорит прекрасно, я даже не ожидал. И как-то, когда я там сидел, он показал мне фотографии своих девятерых детей. Очень трогательно, когда отец скучает по своим детям, с которыми не может увидеться, находясь в другой стране, и показывает их фотографии.

— С ними жена осталась, а я высылаю ей деньги, — сказал он, положив на стол рядом с фотографиями огромную ладонь, из которой ни разу не выпустил кухонный нож. — У нас трудно найти работу, поэтому мне пришлось уехать. Главная обязанность мужчины — заботиться о жене и детях, вот почему мне пришлось приехать сюда, а их я навещаю только раз в год.

Я согласился с ним, потому что так же понимаю роль Главы Семьи, и тоже достал из бумажника фотографию Малыша, она у меня есть не только в телефоне. По сравнению с девятью фотографиями хозяина кофе одна моя выглядела сиротливо. Я еще подумал, что он быстро нашел бы язык с Депутатом и Министром, и неплохо было бы пригласить сюда знаменитого соседа на кебаб или фалафель. И вообще странно, что Депутат и Министр, разъезжающий по миру в поисках идеальной цивилизации, здесь ни разу не бывал.

— А это моя жена. — Хозяин кафе положил рядом с фотографиями детей снимок молодой девушки. — Ей тринадцать лет было, когда мы поженились. Она сразу родила мне сына, — сообщил он с гордостью.

— Тринадцать? — удивленно переспросил я, но сразу же испугался, не обидел ли его своим вопросом, и не убьет ли он меня, защищая свою честь.

Честно говоря, мне кажется, что в тринадцать лет выходить замуж рановато, и наши законы этого не разрешают, но когда я иду по улице и вижу всех этих Лолит, которым лет по двенадцать, то понимаю, что выглядят они, как женщины, и, судя по всему, готовы выйти замуж, потому что и так ничего не делают, а только расхаживают по улицам, вызывая у мужчин ненужное Давление.

А мы с Майкой когда познакомились? Ей еще семнадцати не было. Мы уже тогда могли пожениться. А сколько лет было святой королеве Ядвиге, когда она вышла замуж за Владислава Ягелло, разбившего крестоносцев? Но ты помалкивай, Павел, тсс! Тебя за такие мысли съедят!

— Да, тринадцать, — спокойно ответил он, мой новый приятель, затачивая ножи. — У нас так принято. Тогда они еще юные девственницы, — сказал он, не найдя польских слов.

И тогда я вспомнил, что в некоторых странах очень большое внимание уделяют этому вопросу! Ходят с избранницами к врачу, просят проверить, все ли в порядке, и предоставить им письменное подтверждение. Кому-то может показаться, что по отношению к девушке это не очень вежливо, напоминает торговлю на рынке.

Может показаться. Эта мысль не дает мне покоя, Имеет ли значение девственность, Павел? Обязательное ли это условие? Важно ли мужчине знать, девственница ли его будущая жена, что у нее никого до него не было, что никто ее не запятнал? Безусловно, для мужчины это важно! Как же я гордился тем, что моя Маечка была девственницей и что именно я сделал ее женщиной! Потому что ничто так не возбуждает мужчину, как девушка, к которой никогда не прикасался другой мужчина, и он тот, которому она впервые отдается. Как же важна для мужчины девственность! Как важно мужчине чувствовать себя первым. Первым в учебе, первым в работе, первым в спорте и первым мужчиной своей женщины.

Только ты, Павел, помалкивай. Нельзя признаваться в таких мыслях. Но ведь это же естественно! Каждому мужчине хочется иметь новый инвентарь, автомобиль из салона, а не подержанный. Я уверен: так думают все мужчины. Только не признаются в этом, потому что они культурные, жуть какие культурные! Я тоже культурный мужчина, и поэтому не должен об этом говорить, тсс, Павел, молчи! И только мой грузный приятель, владелец кафе, может свободно обсуждать это со своими друзьями и пойти к врачу, чтобы узнать всё наверняка и соблюсти приличия, не нарушая Закона.

Но как же мне разбить скорлупу, чтобы извлечь из яиц содержимое, да еще когда презервативы из кухонного ящика вываливаются?

Знаю! Иду за молотком, который хранится в специальном ящике для инструментов в шкафу. Радуюсь, возвращаясь на кухню с молотком. А Малыш как будто с испугом на меня смотрит.

— Малыш, не бойся. Это нужно, чтобы приготовить яичницу, — сообщаю я уверенным и решительным тоном. — Сейчас сделаем яичницу.

И уже собираюсь легко ударить узким концом молотка по скорлупе, как меня снова осеняет. Ведь яйцо о какой-нибудь угол разбивают. Ну я и додумался! Молотком яйцо разбивать! Если бы кто-нибудь увидел, то подумал бы, наверное, что это розыгрыш, такое только в юмористической передаче бывает или в книгах. Чтобы яйца — и молотком! Я пошутил. Ну где это видано? Я же не кретин, чтобы яйцо молотком разбивать. Держу его в руке, не знаю, как достойно выйти из этой ситуации, поскольку Малыш внимательно на меня смотрит. Нахожу решение!

— Ручка от ящика разболталась, — улыбаюсь я Малышу. — Надо бы ее прибить. — И стучу по ней молотком. Потом откладываю его в сторону и как ни в чем не бывало возвращаюсь к яичнице.

Может, о край сковороды разбить? Да! Вот именно! Подхожу к плите и замечаю, что сковорода уже сильно раскалилась. Она же из те… ну из этого те… не из телевизора, конечно, посмеиваюсь я над своей шуткой, она может долго на плите стоять и нагреваться, и ничего с ней не случится, поскольку это космическая технология, выдерживает температуры, как ракета, летящая в космос.

Ударяю яйцо о край сковороды, довольно сильно ударяю, потому что я молодой, энергичный и сил у меня много. Яйцо разбивается вдребезги, слизь вытекает на пальцы, а я, пытаясь ее стряхнуть, кончиками случайно дотрагиваюсь до сковороды, которая, должно быть, уже приобрела температуру космической ракеты. От боли выпускаю яйцо. Вместе со скорлупой оно падает в сковороду, и от температуры тут же сжимается и страшно шипит! Как такое возможно?!

Ношусь по кухне, размахивая обожженной рукой, подбегаю к мойке и включаю холодную воду. Малыш сидит и наблюдает за мной. Хорошо, что он сидит, еще не хватало, чтобы он путался под ногами.

А пока я охлаждаю руку, яйцо жарится на сковороде вместе со скорлупой. Пытаюсь его снять, но не выходит, несмотря на то что сковорода космическая и ничто не должно на ней пригорать. Приклеилось — и все тут! Яйцо чернеет и обугливается. Недаром говорят, что белый белок — это черный уголь. Какой я остроумный, эрудированный, и даже в такой драматичной ситуации чувство юмора меня не подводит. А яйцо тем временем начинает дымиться, запах гари распространяется по всей кухне, а я еще вытяжку забыл включить. А пальцы словно горят, на них пузыри образовались. Кругом дым, вся кухня в дыму. Что делать?! Левой рукой, которая не пострадала, хватаю сковороду за ручку и бросаю в раковину. А поскольку в нее попадает вода, масло шипит, и белый пар поднимается от поверхности. Яйца, только что лежавшие на плите и ждавшие своей очереди, один за другим падают на пол и разбиваются.