Чтение онлайн

Мира была четвертой…

Читая её дело меня трясло. Нога ходила ходуном, а руки жили своей жизнью. Если бы это существо сейчас было рядом, клянусь я бы резал его тупой вилкой, на маленькие тоненькие кусочки.

Три дня…

Три дня он насиловал её. По результатам экспертизы повреждено было только влагалище. Ни анальное отверстие, ни оральное он не задействовал. Как и инородных предметов. Судя по его психотипу, ему нравится доставлять боль и видеть муки. Предыдущие девушки, кроме первой, не были девственны и возможно, поэтому он изощрялся. Мира же сама по себе очень нежная и ранимая, да еще и была девственницей.

Закрываю папку, выдыхаю. Будто и не дышал все это время. Глаза режет, чтобы ненароком не пошли слезы, поднимаю взгляд вверх.

Пашка внимательно следит за мной и конечно давно прочел мои мысли.

— Последняя?

Киваю, ком в горле такой, что не могу сказать и слова.

— Что думаешь делать?

Пожимаю плечами.

— Не глупи, — поддается вперед. — Сам сядешь и девчонку подставишь. Её же тут же грохнут.

— Я по-твоему тупой? — выходит с хрипом. — Я прекрасно знаю, как это работает. Но и ты пойми, что у нас работает закон джунглей. Побеждает сильнейший. А ты прекрасно знаешь, что я не из слабаков.

— Вань…

— Я к Бороде. — резко встаю и хватаю папку.

— Стой, — кидает купюру за нетронутый кофе на стол и бежит за мной. — Стой, говорю, — на улице хватает за плечо и разворачивает к себе. — Ты не можешь показать ему это, — кивает на папку, — ты же знаешь, что, то как были добыты эти сведения не совсем законно.

— То есть совсем незаконно. Я знаю, Паш. Не переживай, ты не засветишься. — запрыгиваю в машину и жму на газ.

Одно из моих самых главных недостатков это агрессивная езда. Даже выговор на работе получал. Но сейчас мне плевать на все. Я как бык с ярко налитыми красным глазами, вижу цель и несусь к ней.

Залетаю в отдел и прямиком к Бороде. Не здороваюсь, толкаюсь.

Влетаю в кабинет под крики секретарши.

— Бесидский! Какого рожна???!!! — орет полковник.

— Я по делу, — кидаю папку красному как помидор начальнику. — Ознакомьтесь.

Борода пыхтит, но папку все же открывает. Читает, доходит до графы «отец», сглатывает и резко смотрит мне в глаза. Киваю, показывая рукой продолжать.

У него уходит на прочтение минут пятнадцать. Не мои час двадцать. Но он читает просто дело, без эмоций, а я переносил всю боль дорогого мне человека на себя.

— И?

— Я хочу взять Сокольникова в разработку.

— Какого черта, Иван? — вскакивает и ударяет ладонью по столу. Делаю покер-фейс, пусть орет, без разрешения на разработку этого уёбка я отсюда не уйду.

— Евгений Михайлович, мне нужно Ваше разрешение.

— Тебе мало было год назад? Еще захотелось? Да поострее?

— Я все еще жду Вашего разрешения.

— Да ты слышишь меня?! Какая тебе разница, как развлекается этот молодой пацан?

— Огромная, — на фоне его криков я говорю чуть ли не шепотом.

— Просвети же меня!

— Вот представьте, Евгений Михайлович, — начинаю я, откинувшись на кресле, — растет у Вас дочка, и тут вдруг какой-то не уравновешенный одноклассник решает, что с ней можно сделать все что ему захочется? Напасть по пути домой, например, и пытаться засунуть в неё пальцы. Или при учебе в университете, однокурсник напоит её чем-нибудь запрещенным и трахнет членом, бутылкой или даже битой? А вот еще пример, он будет усердно драть Вашу умницу дочку, пока она будет валяться трое суток на его ледяном полу, истекая кровью! Так какая из ситуаций Вам предпочтительнее???????????????????????????

— Какая? — уже спокойнее произносит он.

— Последняя, — с трудом отвечаю.

Он вздыхает и опускает глаза. Долго рассматривает свои руки. Не менее получаса прошло.

— Хорошо, — отвечает наконец, — но на этот раз только через генерала. Полезем сами…

— Знаю, вместе?

— Я сам, — встает и поправляет форму. — Иди дальше отдыхай. Хотя я думаю это была дерьмовая идея, только проблем себе нажил.

— А…

— Завтра он будет, — убирает папку в шкаф. — О результате сообщу.

— Хорошо, я на Вас надеюсь. — прощаемся кивками, и я наконец покидаю кабинет.

Выхожу на улицу и закуриваю. Дым прочищает мозги и успокаивает нервы.

Смотрю на часы. Да еб твою мать! Два часа как же.

Запрыгиваю в машину и мчу домой. Надеюсь с Мирой все хорошо, и она не придумала себе какого-нибудь кошмара.

По пути заезжаю в цветочный. Выбирая цветы для букета на глаза попадаются два цветка не бывалой красоты, а их нежность напоминает мою Миру. Мою…

Захожу домой и слышу её шаги сзади. Боюсь поворачиваться, мне кажется, что она прочтет в моих глаза всю боль, что я испытал за последние пять часов.

Поэтому сразу прижимаю девочку к себе и дыша её ароматом, говорю те слова, которые идут от сердца!

Мирослава

Вечером мы пошли гулять.

Я никогда не была в Москве, поэтому конечно же мне хотелось на Красную площадь. Хоть Питер и большой город, но он больше исторический. Я люблю Питер, люблю рисовать его. И хотела бы вернуться туда…

Мы доехали на метро. Прошли по дорожке среди деревьев и фонтанов. Конечно же там ходили люди, одетые в одежды из царских времен, предлагая фотографии.

«Все как дома» — подумала я.

Пройдя до красной стены, я увидела толпу народа.

— А что там?

— Смена караула скоро, пойдем посмотрим, — взглянув на часы, ответил Ваня.

Мы смешались с толпой. Ваня встал позади меня, обнимая. Так я чувствовала себя в полной безопасности. Все люди держали наготове телефоны, чтобы заснять это «событие», хоть оно происходит тут каждый час. Но учитывая, что сюда приходят в основном туристы, то это нормальное явление. В Питере, например, фоткают каждый шаг. Ведь в исторической части на каждом шагу история.

— Бедные, — произношу тихо.

— Это не самое сложное, — хмыкает Ваня. — Наши прадеды умирали, чтобы сейчас эти солдатики могли стоять на Красной площади и просто час не шевелиться.

После мы прошли в огромные ворота. Народу тут было очень много. Дошли до мавзолея и Храма Василия Блаженного. Меня не удивило величие и красота здания. Сложно удивить того, кто рос среди красоты.

Мы сделали пару совместных фото. Ваня сразу поставил одно такое фото на заставку телефона. Он смотрит в кадр, а я целую его в щеку.