Чтение онлайн

– Откат ослепления уменьшил до сорока минут, а мощность звукового нокаута увеличил в полтора раза. Такого быстрого роста умений я ещё не встречал, – радовался Игнат. – А главное, сенсорика проявила себя в запахе!

– Сомневаюсь, что запах лимона испугает каких-либо бандитов. Жидкости-то не было, даже не ослепить.

– Ничего, Модест. Сейчас лимон, смутивший на мгновение тигра, а через десяток лет научишься пахнуть, как противник. Представляешь, сколько собак обманешь?

– Как считаете, сколько умений я смогу развить до высокого уровня?

Вожеватов задумался.

– Я бы поставил жизнь, что три. Но надеюсь на четыре.

– До пяти не дотяну? – улыбнулся я.

– Уф, Модест, – скривился Игнат. – Ты бы не улыбался с такой щекой. Ладно, пошли. На сегодня хватит. В кабинете расскажу, что тебя ждёт сегодня.

Бодрый, здоровый и со всеми активными умениями стоял я среди первокурсников на торжественном вечере распределения.

– Меня зовут Ирина Яновна Шклярская. Но обращаться ко мне по имени-отчеству имеют права только коллеги. Для курсантов я мадам Шклярская. Или интендант Шклярская.

На учительском балконе у микрофонов стояла строгая женщина с ожогом в пол-лица. Мы находились в главном спортзале интерната. Он был в два раза больше того, где произошел мой первый поединок. Никаких ворот, баскетбольных колец и волейбольной сетки. Груши, маты, два ринга, места для дуэлей и тренажёры. Интернат делал упор на магическо-силовую подготовку выпускников, поэтому на территории находилось несколько спортзалов, два тира и три полосы препятствий. А для масштабных занятий за интернатом также числился загородный стрелковый полигон.

– По давней традиции перед распределением на факультеты состоится ежегодный смотр выпускников. Чтобы те из вас, кто случайно попал в число курсантов, до принятия клятвы мог спокойно покинуть стены нашего интерната.

– Какой дурак откажется от лучшего интерната страны? – услышал я тихий голос паренька, стоящего недалеко от меня.

Мадам Шклярская вскинула руку и увесистый снежок, пролетев сто метров с огромной скоростью угодил точно в нос, посмевшего перебить её. Парень схватился за лицо, но сдержался и даже не застонал.

– Я согласна с тем, что наш интернат лучший в стране. Но если ты ещё раз перебьёшь меня, я запущу в тебя льдиной. Не уверена, что молодой череп выдержит мой гнев. Если я сказала тишина, значит, это тишина, а не шёпот. Всем ясно?

– Так точно, мадам Шклярская! – дружно проорали все старшекурсники.

– Для первокурсников повторю свой вопрос. Всем ясно?

– Так точно, мадам Шклярская! – не так дружно, но мы спохватились и повторили за старшеками.

– Замечательно. А теперь к смотру!

На балконе появились двое мужчин в знакомой униформе. Кольщики. Зал с уважением замер, смотря на храбрых воинов. Каждый год лучшие выпускники интерната имели право показать свои умения в присутствии кольщиков. При успешном прохождении, курсант поступал стажёром в ряды лучших бойцов Империи. Но статистика была неумолима. За последние семь лет, только три человека удостаивались чести стать стажёром. И только один из них в итоге стал кольщиком.

– Имеют право? Странная формулировка. Интересно, какой конкурс? Все человек на место? – пытался шутить я в кабинете директора, когда Игнат готовил меня к вечеру.

– Конкурс один к одному, – серьёзно, даже сурово ответил Вожеватов. – Кто вызвался, того и берут на смотр.

Я вскинул брови.

– Именно, – кивнул Игнат. – Смертность тридцать процентов.

После того, как кольщики получили заслуженные аплодисменты, мадам Шклярская, мелькнув обожжённым лицом, призвала к тишине. В моментально затихшем зале раздался голос Вожеватова.

– Смотр кольщиков проводится только в одном учебном заведении на всю нашу трехсотмиллионную Империю. Обычно лучшие воины отбираются среди действующих сотрудников спецслужб. Поэтому, не нужно объяснять, какая честь выпала нам. Сейчас я задам, возможно, самый важный вопрос в вашей жизни. А для кого-то он может оказаться и последним, – Вожеватов взял паузу, чтобы для каждого дошёл смысл сказанного. – Кто готов пройти испытания?

В наступившей тишине раздался первый голос.

– Я! – из строя выпускного курса вышел молодой человек. – Алексей Сергеевич Гурьев. Дворянин.

Гурьев вышел в центр зала и поклонился кольщикам.

– Кто готов пройти испытания? – повторил вопрос Игнат.

– Я! Олег Викторович Фролов. Гражданин.

Он также дошёл до центра зала и поклонился кольщикам.

– Кто готов пройти испытания? – опять та же формулировка от директора.

Возникла пауза. Никто больше не решался. Ну что же. Действуем по плану.

– Я! Модест Альбертович Ермолов. Боярин.

– Смертность тридцать процентов для выпускного курса. И вы предлагаете мне, первокурснику, поучаствовать в смотре?

– Не делай вид, что испугался, – усмехнулся Вожеватов. – Когда сосредоточен, ты лучший воин, что я видел. По крайней мере разумом. Я вообще иногда думаю, что кто-то приворожил к взрослой голове тело подростка. Ты даже не представляешь, какой у тебя потенциал!

Я представлял.

– А теперь слушай, что предлагаю.

Вожеватов рассказал о кольщиках. Они являлись особой кастой людей, не подчиняющейся никому из мировых правителей. Боевые навыки были подкреплены моральными качествами. Кольщики принимали в свои ряды только честных людей, чью честность измеряли простым критерием. Не сдержал данное слово, лишаешься статуса кольщика. Учитывая период взросления и ошибки детства, верность слову начинали учитывать с семнадцатилетнего возраста. Когда у человека появлялась магия. Кстати, желающих пройти смотр всегда было на пару человек больше. Но они потеряли свое слово, поэтому не подходили под критерии.

Кроме того, кольщики принимали обет. Они клялись, что их деятельность будет направлена только на усмирение потусторонних тварей и сохранение жизни на нашей планете. Никаких посягательств на власть, никаких нравоучений о «праведном» образе жизни. Только уничтожение разведчиков, проколов и контроль роста зон отчуждения там, где прокол устанавливался.

– Дайте угадаю, – решил пошутить я. – Главным у них зелёный ушастый малыш? И прокол этот уничтожить ты обязан, юный падаван.

– Чего? – не понял юмора Игнат. – Слушай, я не понимаю современных шуток.