Миротворец II. Дипломатия Мечей
Шрифт:
— Едва ли, — я покачал головой. — Он ведёт себя слишком уверенно для человека, который загнан в угол. У него точно есть план. Какой? Вот это надо узнать. А сейчас мне нужен Анте, пора привести его предупреждения в действие.
Сам парень нашёлся на самом верху. У раскрытого окна, в которое он смотрел, оперевшись на подоконник. Рядом с ним хмуро дежурили двое охранников, готовые в любой момент придержать его от любых глупостей.
— Я хочу на крышу, — произнёс он. Он не выглядел подавленно. Скорее… опустошённо. Будто принял то, чего он хотел меньше всего на свете. — Пусть пустят.
— Полетать вздумал? Сдался уже?
— Нет, — процедил он. — Тут душно. Мне надо воздуха и пространства.
— Сначала доведём дело до конца, потом я организую тебе что угодно. Кнежевичей ещё можно спасти. Если ты сделаешь обращение к нации, как и обещал Непчичу. Что ты поддерживаешь Софию и вместе с ней за международное расследование. А также, что призываешь Михаэля Кнежевича к ответу и, самое главное, призываешь всех членов его клана сложить оружие, для стабильности государства. В этом случае Кнежевичи отделаются малыми потерями.
— Это клан… они не пойдут против своего графа. Вместе до самого конца — таковы правила. Не знаю, как у вас — у русских — но мы держимся вместе. Чем больше трудности — тем сильнее наша сплочённость, — с гордостью заявил он.
А я едва не закатил глаза. Клановое общество почти всегда сплочённо. Вне зависимости от того, что за народ или государство.
— Значит тебе придётся постараться, чтобы убедить их выступить против Михаэля. В противном случае сам понимаешь, что ждёт их после поражения. Теперь идём, надо проработать твою будущую речь.
Частный самолёт зашёл на посадку. Перед трапом, как на параде, выстроились стройные ряды гвардейцев клана Караджичей и бойцов гарнизона, охраняющих аэропорт Загреба.
На красной дорожке стоял граф Слободан Караджич. А рядом с ним — его первый и второй наследники.
Из самолёта показалась фигура особого гостя — Александра Демидова. Второй сын одного из влиятельнейших людей Российской Империи — князя Юрия Демидова.
Высокий, широкоплечий, в первоклассном костюме. С идеально уложенными золотыми волосами и ярко-синими глазами. Он представлял собой образец молодого аристократа Империи. Хотя бы внешне.
— Ваша Светлость, — вежливо улыбнулся Караджич.
— Граф Караджич, — Александр Демидов ответил зеркально.
Они пожали друг другу руки и пошли к терминалу аэропорта, разговаривая на ходу.
— Для меня большая честь принимать Вас здесь. Пусть и не при самых радостных обстоятельствах, — заговорил Караджич, чуть припадая на ногу. Старое ранение давало о себе знать. А пользоваться тростью он считал для себя недопустимым. Излечить это ранение даже с помощью Дара было почти невозможно.
— Сложности — равно возможности, — куда более искренне улыбнулся Александр, продолжая смотреть вперёд. — К тому же, я ненадолго. Исключительно для того, чтобы пообщаться с новым правительством Иллирии.
— Его пока не существует.
— Формально. Но фактически — власть в руках Непчича. Значит, учить себя правильному поведению придётся его.
— Он упрям, груб и прямолинеен. Местами — простоват. Но не глуп, как некоторые считают.
— У меня есть характеристика. Насколько он адекватно оценивает реальность?
— Относительно. Насколько я знаю. Лично мы ещё не встречались, но я планирую исправить это в ближайшее время.
— Я хочу знать Ваше мнение, насчёт него, — Александр взглянул на Караджича.
— Для грязной работы сгодится. Но давать ему реальную власть я бы не стал. Слишком привязан к княжне.
— У неё на него компромат?
— Хуже. Она для него — запретный плод.
Александр хмыкнул.
— А сама княжна?
— Под контролем одного из русских из посольства — Виктора Добрынина.
— Насколько под контролем?
— Насколько мне известно — она прислушивается к любым его советам. Про самого этого Добрынина могу сказать не так много, но он определённо… обладает потенциалом. Насколько я знаю, он является посредником между Непчичем и российским посольством.
— Добрынин… — произнёс Александр, будто пробуя фамилию на язык.
В своё время этот род был на слуху в Империи. Настолько, что о ней шептались в высоких коридорах. Даже сам император удостоил одного из них личной аудиенции. О содержании которой до сих пор не было ничего известно, только слухи.
— Что с бунтом Кнежевича?
— Он покинул город. Вступил в бой с заслоном из моих гвардейцев. Их немного, но их возглавляет самый опасный командир из числа моих младших братьев и они достаточно компетентны, чтобы попить Кнежевичу крови.
— Кнежевич покинул Загреб? — удивился Александр. — Для чего? — тут же прищурился в подозрении.
— А вот это загадка для всех нас. Но мы вскоре выясним. Они двигаются либо в Любляну, либо в заброшенный аэродром Церкле-об-Крки.
— Будет подкрепление по воздуху?! — по лбу Александра пролегли складки.
— Возможно. Если они успеют привести аэродром в порядок до того, как силы Непчича до них доберутся. К тому же, мои люди никуда не денутся. Я специально отправил Кнежевичу в тыл подразделения с опытом диверсионной работы. Они узнают, куда и для чего Кнежевич движется.
— Если в Иллирию вступят иностранные войска, Империи придётся увеличить вложения в неё… — лицо Александра исказилось в алчном оскале. — Разумеется, под нашим чутким руководством.
Но вот Караджич нахмурился.
— Я бы предпочёл избежать такого сценария. Гражданская война Иллирии не нужна.
— Даже если Ваш клан возглавит её после победы?
— Если останется, что возглавлять.
— Не будьте пессимистом. Главное, чтобы баланс сошёлся. Именно за этим я сюда и прибыл. В течение недели через Сплит пройдёт первая партия вооружений для Вашей гвардии. По специальному императорскому заказу. Список у Вас уже есть.
— Есть, — кивнул Караджич и чуть улыбнулся. — Ознакомился. Вторая партия будет в тех же объёмах, с тяжёлым вооружением?
— Да. Как и проект этериумной электростанции на Ваших землях, за счёт Империи.