Чтение онлайн

Он кивает.

— Ради дела. Но это лучше, чем пожизненное за торговлю и хранение, правда?

Я не уверена, что согласна, но теперь хотя бы понимаю. Его жизнь всё же принадлежала ему самому.

— Не могу поверить, — говорю я. — Ты спас меня.

— А теперь вы оба мертвы, — раздаётся позади нас, и я вижу, как Марко, шатаясь, бросается на Андре. Они оба валятся за борт.

Лодку резко трясёт — я теряю равновесие и падаю в воду следом, ударяясь головой.

Ретт

Огромный полицейский катер рвётся сквозь бурное море, словно стальной бульдозер, оставляя позади белую полосу из пены и брызг.

— У меня есть координаты! — кричит один из полицейских водителю.

Я не знаю этих ребят лично — они явно не из местных, но работают слаженно, будто одно целое. Меня допускают на борт только потому, что Малколм дал добро заранее. И всё же даже пятеро в форме не смогли бы меня удержать: когда речь идёт о Либби, я действую сам.

Полицейский диктует координаты, и катер резко сворачивает вправо, уносясь дальше в океан.

— Откуда вы знаете, где они? — требую я.

Один из парней бросает на меня быстрый взгляд, потом смотрит на своего начальника. Тот коротко кивает.

— У нас есть человек внутри. Он только что активировал GPS-трекер, — объясняет коп.

— Значит, у вас был информатор, и её всё равно похитили? — кричу я.

— Всё не так просто. Если он не мог включить трекер раньше — значит, были причины, — отвечает тот, и в голосе его звенит раздражение.

Да катись он к чёрту со своими объяснениями. Мне плевать на их протоколы. Моя девушка где-то там — напуганная, одна. И если я не успею, этим ублюдкам будет мало места на свете.

— Вон там! — выкрикивает рулевой.

Сквозь шквальный дождь и бушующие волны я замечаю крошечную лодку, качающуюся на воде.

— Я никого не вижу, — говорю я и хватаю у парня рядом бинокль. После нескольких секунд наконец нахожу её — лодку. Пустую.

— Нет… — вырывается у меня шёпот. Я обшариваю взглядом воду вокруг.

— Вижу что-то! — ору я. — Там человек!

Катер прибавляет скорость. Я бросаю бинокль, подбегаю к борту.

— Двое на виду! — кто-то кричит.

Двое. Одним из этих двух человек должна быть она. Господи, пусть она будет жива.

— Два мужчины, — доносится из-за спины.

— Нет! — рычу я. — Либби! Где ты?!

Её нигде не видно. Мы сбавляем ход. На поверхности — только два тела, отчаянно борющихся друг с другом, будто один пытается утопить второго.

— Кто-нибудь — в воду! — требую я.

— Сэр, отойдите. Сначала обследуем район. В воду нельзя, пока не будет разрешения, — отвечает один из них.

Пошли они. Я не собираюсь ждать, пока они закончат свои совещания. Для них — процедура. Для меня — она.

Я отступаю, разгоняюсь и прыгаю за борт — в бешеное море, не дожидаясь ничьего приказа. За спиной слышу крики, но мне всё равно. Я не буду стоять и смотреть, как она тонет.

Я гребу изо всех сил, руки режет ледяная вода. Добираюсь до лодки, хватаюсь за борт, ногой ударяюсь о мотор, теряю равновесие.

— Либби! — снова кричу. Ответа нет.

С полицейского катера уже ныряют трое — они плывут к дерущимся в воде мужчинам.

И вдруг я замечаю вспышку белого — мелькание ткани. Этого достаточно.

— Там! — кричу и бросаюсь в ту сторону.

Каждый гребок, каждый вдох — как молитва: Либби, Либби, Либби. Я должен добраться.

Расстояние съедается волнами. И вот она уже в моих руках. Её тело безвольно прижимается к моей груди, лицо разбито, глаза закрыты.

Я трясу её.

— Проснись, малышка. Ну же, очнись, — шепчу я, не узнавая собственного голоса.

Рядом слышу шум мотора.

— Эй! Кто-нибудь! Помогите! — кричу я.

Хлопаю её по лицу, по груди — ничего. Мир расплывается, и я не знаю, от усилий ли это или от слёз.

Чьи-то руки тянутся ко мне, пытаются забрать её. Я отталкиваю — никто не отнимет её у меня.

— Ретт, дай её сюда, я помогу, я помогу Либби, — слышу знакомый голос. Он называет её по имени, и это возвращает мне силы.

Катер поднимает волну рядом, трое тянут Либби на борт. Я подталкиваю её, волна ударяет в меня, сбивает дыхание, но я не отпускаю. Они вытаскивают её, потом хватают и меня.

Я карабкаюсь, кто-то помогает, но я вырываюсь, чтобы снова оказаться рядом с ней.

— Дайте помочь, — сиплю я.

— Мы уже с ней работаем, — отвечает один из медиков. — Отойдите, сэр.

Я опускаюсь на колени рядом. Её одежда изорвана, кожа в ссадинах и синяках, на теле кровь. Но она здесь. И я люблю её так, что боль прожигает грудь.

— Она дышит! — выкрикивает кто-то, и я издаю сломленный, почти рыдающий вздох.

Она жива.

— Серьёзный удар по голове, нужно срочно в больницу, — говорит один из них. — Но думаю, она выкарабкается.

Кто-то кладёт руку мне на плечо.

— Ты — безумец, парень, — говорит полицейский. — Но ты спас её.

Я не отрываю взгляда от её груди, следя, как едва заметно поднимается и опускается грудная клетка. Она ещё не открыла глаза, но она здесь. Я успел. Этот ублюдок чуть не отнял у меня её.

Если он ещё жив — я закончу начатое.

— Где он? — шиплю я сквозь зубы. — Где тот, кто осмелился тронуть её?

— Мёртв, — звучит дрожащий голос сбоку.

Я оборачиваюсь. Молодой парень, весь мокрый, лет двадцати с небольшим. Похоже, тот самый «человек изнутри». На мгновение хочется врезать ему — за то, что сигнал пришёл слишком поздно. Но сначала нужно убедиться, что ублюдок действительно мёртв.

— Ты уверен? — спрашиваю я.

— Да. Я убил его голыми руками, — отвечает он.