Чтение онлайн

«Я часть этого сообщества», — подумала Джейн. Очереди она не видела, только девушку, сидевшую сейчас напротив Марины. Девушка то скрещивала, то опускала руки, то подавалась вперед, то откидывалась назад. Чесалась, снова скрещивала руки, но упорно сидела, словно Марина была ее противником в безмолвной битве характеров. Девушка сунула руки в карманы. Поерзала и опять скрестила ноги.

— Что ты пытаешься доказать? — громко спросила Джейн. — Зачем сидеть, если тебе так неуютно?

Но, несмотря на всю свою неусидчивость, девушка продолжала сидеть и, кажется, мстила Марине раздраженным взглядом. Марина, в свою очередь, была незыблемой скалой и любила свою визави независимо от происходящего. Джейн пристальнее вгляделась в девушку. Та показалась ей знакомой. Джейн открыла монографию о выставке, купленную в магазине МоМА. Перелистывая страницы, она отыскала фото девушки, сидевшей на краешке велосипедного сиденья, высоко на стене, с раскинутыми руками, совершенно обнаженной. Джейн показалось, что она очень похожа на молодую особу, сидевшую сейчас на стуле. Значит, эта молодая особа — из числа исполнителей перформансов Марины? Одна из тридцати актеров и актрис, прошедших у Абрамович специальную подготовку?

Средства массовой информации раскритиковали реконструкции, заявив, что молодым людям не хватает харизмы, привносившейся Мариной и Улаем в оригинальные перформансы. Возможно, под плащом у девушки ничего нет и она готова к работе, подумала Джейн. Девушка в последний раз раздраженно поерзала и встала. Ее тут же сменила Бриттика, которую безошибочно можно было узнать по фирменному розовому «бобу».

Зазвонил телефон, и Джейн сняла трубку.

— Привет, Боб, я сейчас немного занята, — сказала она. — Может, в пять? Отлично. Увидимся.

Бриттика устроилась на стуле напротив Марины. Марина подняла голову, и Бриттика стащила с себя летнее платье, под которым абсолютно ничего не было.

Джейн выпучила глаза, и с ее губ сорвалось ошеломленное «ой!».

Через несколько мгновений смотрители кинулись к Бриттике, подняли ее со стула и исчезли за пределами обзора камеры.

Бриттику сменил за столом пожилой мужчина. Марина, уже опустившая голову, снова подняла ее, встретилась взглядом с мужчиной, и действо продолжилось.

«О чем только думала Бриттика?» — дивилась Джейн. Она была уверена, что девушку сейчас держат в какой-то комнате и предъявляют обвинения… в чем? Публичном обнажении? Непристойном поведении? Но наверху тоже были обнаженные. Джейн надеялась, что ей дадут снова одеться, разрешат вновь обрести достоинство. Интересно, хлопали ли люди? Женщине даже пришла в голову мысль, не позвонить ли Бриттике, но что она скажет? «О чем ты только думала?» Господи, о чем ты только думала, девочка?

В пять вечера Джейн встретилась с Бобом, управляющим их фермы, и они обсудили итоги последнего месяца. С тех пор как Карлу поставили диагноз, Джейн много думала о химикатах, которыми ежедневно обрабатывали хлопок. Известно, что он вызывает рак, опухоли, мутации у рыб, птиц и людей. Это была одна из немногих вещей, которая на протяжении многих лет вызывала у них с Карлом споры, но споры прекратились, как только у него обнаружили опухоль. Джейн думала о своих работниках и гадала, сколько еще она сможет продержаться только потому, что мир нуждается в хлопке. Она говорила Бобу про органический хлопок, но с таким же успехом могла бы сказать, что он должен стать мусульманином.

Старшая дочь позвонила и пригласила ее на ужин. Джейн с радостью приняла приглашение. Было ужасно жарко и душно, а еды, к ее разочарованию, оказалось не так уж и много.

Когда Джейн возвращалась по вечерней прохладе домой, на небе светила поразительно желтая полная луна. Дом оставался таким же пустым и тихим, как и до ее ухода, кровать была все так же аккуратно застелена. Женщина сбросила с дивана на пол две подушки, просто чтобы создать ощущение, что что-то происходит. После дома дочери, у которой было трое шумных малышей, контраст был невыносим. Джейн никогда не думала, что будет скучать по грохоту и реву футбольного матча на телеэкране. По огромным таблицам, разложенным на кухонном столе (Карл вечно звал ее взглянуть на показатели, потому что не мог справиться с подсчетами самостоятельно).

Джейн снова села за компьютер и стала просматривать последние данные о прибылях и убытках, оценивая возросшие расходы и субсидии правительства, которые увеличили доходность. Через некоторое время она снова открыла сайт МоМА и изучила фотографии последних визави Марины. Их лица были до странности обнаженными, подумалось ей. Как эта сегодняшняя луна. Вся на виду.

Свидетельство того, что жизнь продолжается уже очень, очень давно, и до сих пор никто не знает, как это объяснить. Как объяснить тайну индивидуальности, противоречащую всем признакам того, что люди почти одинаковы. Многообразие физических различий и сходство устремлений — факт человеческого существования.

Джейн подумала, что, в конце концов, она сглупила, так и не сев перед Мариной. Она не считала себя трусихой. Но свои поступки, которые действительно можно назвать смелыми, могла бы перечесть по пальцам одной руки. Трое родов. И похороны Карла. Она стояла и смотрела, как он в буквальном смысле уходит под землю. И думала, что ее разорвет надвое прямо там.

Джейн вспомнила о пути, который проделали Марина и Улай, чтобы попрощаться друг с другом. И о том, что Улай недавно приходил, чтобы посидеть перед ней. Это очень тронуло Марину. Джейн вспомнилось лицо Улая на фотографии. Лукавство и всепонимание старой любви в его взгляде.

Джейн вполне могла бы полететь обратно в Нью-Йорк, чтобы застать последние дни перформанса. Но было уже слишком поздно что-то затевать. На следующей неделе собрание акционеров компании, куда она вложила немалые средства. И все-таки женщина чувствовала себя более отдохнувшей, чем когда-либо.

— Может, мне нужно отправиться в путь, как сделала Марина? И путешествие поможет? Как думаешь, стоит прогуляться, Карл? Но не навстречу друг другу. Давай пойдем в одном направлении, — проговорила Джейн, разглядывая его фотографию на столе. — А как насчет пешего похода по Испании, они сейчас так популярны? Помнишь, я рассказывала тебе об этом в прошлые выходные, когда по телевизору показывали ту передачу? Почему бы и нет? Я могла бы снова приобщиться к католицизму, спустя все эти годы. Быть может, поход пойдет нам обоим на пользу.

Много ли там народу в это время года? И хватит ли у нее сил? Может, стоит подождать до сентября, когда спадет жара? Ведь ей придется проехать полмира. Понадобятся турагент и паспорт. И действительно ли путешествие по Испании — то, чего она хочет? Да, решила Джейн. Кажется, ей этого хочется. Скоро минет год с тех пор, как умер Карл. Первая годовщина.

С такими мыслями Джейн пожелала Карлу спокойной ночи и задула свечу в стеклянной баночке рядом с фотографией.

36

Марина начала в Шаньхайгуане, на востоке, где, по словам китайцев, голова дракона — начало Великой стены — покоится в Желтом море. Сначала предполагалось предсвадебное путешествие, но теперь, спустя тринадцать лет, те узы, что так крепко связывали влюбленных, распались.

На планирование ушло восемь лет. Письма и разрешения, визы и деньги, дипломатия, Нидерланды и Китай, международный культурный обмен, путеводители, переиздания путеводителей, ссоры, бюрократы, перелеты и багажные тележки, правительственные отели и никаких кемпингов.

Марина и Улай жаждали тишины и одиночества. Ночи под звездами, как когда-то в австралийской пустыне, минимальное сопровождение, которое не помешает их уединенному созерцательному путешествию. Но времени, чтобы действительно побыть наедине, сильно недоставало. Оно появлялось, только когда Марина шла, когда съемочная группа оказывалась впереди или позади, на тех кусках пленки, которые им удавалось заснять, когда их ежедневно привозили к стене в фургонах из какого-то непонятного места, где почему-то было необходимо останавливаться на ночь. Тогда у Марины появлялось время установить контакт с собой, с этим древним сооружением, с этой землей. И в эти мгновения небо, тропа и ощущение масштабов сообщали ей смирение, а иногда и чувство освобождения.