Чтение онлайн

Устроив разнос, Хаким почувствовал себя гораздо лучше, а ответ контрразведки поднял настроение ещё выше. Контрразведчики успели связаться с русскими, получили у них всю необходимую информацию и теперь активно планировали операцию. Шесть дней на подготовку - это, конечно, немного, но если шевелиться - времени хватит. Тем более, что-то подобное контрразведка и сама готовила - пусть и в куда меньших масштабах. И за это время лично ему необходимо разработать глобальную стратегию, договориться с множеством людей, подготовить базы... и всё это - в глубокой тайне.

Настроение снова поползло вниз. Отложив бумаги, Хаким повернулся к компьютеру и принялся за новую работу...

Следующая неделя слилась для Хакима в одну сплошную круговерть запросов, переговоров и дипломатических стычек. Приходилось работать едва ли не круглые сутки, но всё когда-нибудь заканчивается - закончилась и эта горячка.

И оно того стоило...

В шесть часов утра по времени Багдада первые "вежливые люди" раскрыли парашюты над Мосулом. В ту же минуту в Багдаде пожилой полицейский длинно и требовательно позвонил в дверь неприметного особняка в бывшей "зелёной зоне".

Операция "Просветление" началась.

Восемнадцать часов спустя, когда Ил-170 кадыровцев оторвался от полосы багдадского аэропорта, операция закончилась. Исламистское подполье в Халифате перестало существовать - частая сеть "Просветления" накрыла почти всех.

Поступающие сводки и отчёты Хаким пролистывал, едва читая - слишком уж много их было. Этого хватало, чтобы оценить результаты - и результаты были отличными. Обошлось почти без потерь - несколько раненых не в счёт, рухнули линии снабжения террористов, хоть их и не удалось проследить до заокеанских хозяев, убиты самые одиозные вожаки... А самое главное - нельзя сказать, что всё это достигнуто только благодаря помощи русских. Справились бы и сами, пусть и позже и с большими потерями... Правда, и отрицать эту помощь глупо.

Закрыв последний доклад, Хаким открыл редактор, нашёл нужный шаблон, замер на секунду - и принялся печатать. Конечно, составление официальной благодарности можно было оставить аппарату, но это была одна из тех вещей, которые Хаким предпочитал делать сам. Да и, в конце концов, он всё ещё должен Нигматуллину за тот ланч...

Итоги референдума были официально объявлены в полдень понедельника и неожиданностью ни для кого не стали. Восемьдесят шесть процентов голосов "за" при явке восемьдесят восемь процентов - примерно такой результат и предсказывали политологи. Правильно выбранный момент и правильно сформулированный вопрос, назревший давным-давно - трудно ожидать чего-то иного... Куруруги аккуратно закрыл папку и поднялся - пора отчитываться перед императором.

Император Хисахито был доволен - пусть на его лице это никак не отражалось, но Куруруги слишком хорошо знал своего государя.

– Вы проделали огромную работу, Куруруги-сан, - император едва заметно кивнул.
– Вся Япония в долгу перед вами.

– Я исполняю свой долг, тэнно-сама, - Куруруги склонился в низком поклоне.
– И лишь смею надеяться, что делаю это хорошо.

– Лучше, чем кто-либо после Ито Хиробуми, - ответил император.
– И это заставляет нас поднять вопрос о вашей дальнейшей карьере. Я полагаю, вы не планируете оставлять свой пост в ближайшее время?

– Нет, тэнно-сама. Не планирую.

– Прекрасно. Победа лейбористов на ближайших выборах гарантирована... И именно поэтому я собираюсь отречься от престола лет через пять, и Тэцухито пригодится ваша помощь. Я стар, Куруруги-сан, и слишком устал... Но сейчас ещё рано. Сейчас у нас всех слишком много работы... И благодаря вам её стало только больше, - Хисахито едва заметно усмехнулся.
– Так что я закончу дела и оставлю Хризантемовый трон.

– Вот как... Тэнно-сама, простите мне моё любопытство, но что вы планируете делать после отречения?

– Возможно, последую примеру далёких предков и уйду в монастырь, а может, займусь написанием мемуаров, - ответил император.
– И в любом случае останусь советником сына... Кстати говоря, мне бы не хотелось, чтобы вы оставили политику, даже оставив пост.

– Вы предлагаете мне стать гэнро, тэнно-сама? Что ж, если моя ишемия не сведёт меня в могилу раньше...

– Я уверен, вы проживёте ещё долгие годы, Куруруги-сан, - едва заметно кивнул император.
– И даже позволю себе выразить надежду, что вы встретите вековой юбилей столь же крепким и здоровьем, и духом, что и сегодня...

Сделав ещё несколько ничего не значащих почтительных замечаний, Куруруги удалился. Работы меньше не стало, а в сутках всё ещё было двадцать четыре часа... Чего для конституционной реформы явно не хватает. Впрочем, самое главное сделано, а остальное - дело скорее долгое, чем сложное. А раз так, можно уделить внимание и другим делам. Проекту "Арес", например, за которым последнее время следить не получалось.

Один звонок в канцелярию - и несколько минут спустя телефон премьера курлыкнул, приняв файл отчёта. Устроившись в машине, Куруруги распорядился возвращаться в резиденцию и принялся за чтение.

Проект шёл полным ходом, "Енисей" полностью оправдал возложенные на него надежды, и первый модуль марсианской станции уже был доставлен в МИК. Запуск должен был состояться через неделю, и на сей раз, в отличие от первого запуска, никаких накладок не предвиделось. Конечно, это не значит, что их вообще не будет - закон Мерфи неумолим - но свести проблемы к минимуму удалось... По крайней мере, здесь. Чего ждать от предстоящего заседания Кабинета - другой вопрос.

– Итак, дамы и господа, позвольте вас поздравить, - начал Куруруги, - с принятием новой Конституции. Однако из этой реформы вытекает ряд других, и мне бы хотелось услышать, каково положение дел в ваших ведомствах.

– По сути дела, единственные значимые изменения произойдут в военном ведомстве, - сообщил министр обороны.
– И, поскольку это всего лишь переименование, займут не более двух-трёх месяцев. Однако уже сейчас мы разрабатываем новую военную доктрину, которая будет представлена правительству в течение года. Добавлю также, что мы укладываемся в военный бюджет, что, несомненно, порадует министра финансов.

– Вы с лихвой восполните это с новой военной доктриной, - не остался в долгу министр финансов.

– Господа, давайте всё-таки будем серьёзны, - одёрнул коллег Куруруги.
– Сайто-сан, что скажете вы?

– Поскольку от плана передать полицию в ведение Министерства внутренних дел отказались, моё ведомство реформа практически не затрагивает, - ответил Сайто, мельком глянув в планшет.
– Только косметические изменения в некоторых документах...

– Икари-сан?

Министр иностранных дел отложила планшет.

– Относительно влияния на министерство могу лишь повторить слова уважаемого коллеги, - сообщила она.
– Что касается международной реакции - тут всё гораздо интереснее. Наши партнёры по БРИКС, разумеется, заявили, что это наше внутреннее дело и как-то комментировать это не имеет смысла. Правительство Кореи выразило озабоченность... как и всегда, впрочем. Лига никакой согласованной позиции не имеет, что тоже вполне ожидаемо, а вот отдельные её члены... Тон задают, разумеется, США - госсекретарь заявил, что новая Конституция создаёт опасный прецедент, ведёт к пересмотру итогов Второй Мировой, угрожает вызвать политический кризис в регионе... В общем, собрал если не все, то большую часть пропагандистских клише. Великобритания, Канада и всякая мелочь ему подпевают, а вот Франция и Германия наоборот, заявляют о поддержке реформ. Мотивы их пока что не ясны, поэтому мы воздержались от реакции. Однако в целом ответ гораздо менее агрессивен, чем мы ожидали...