Чтение онлайн

Задёрнув шторы, Хаким включил настенный экран, вывел на него карту и принялся разглядывать меняющиеся линии границ, задумчиво поглаживая отрастающую бородку. Итак, Ливия... Ливии больше не существовало - даже на карте. После падения Схиратского правительства в начале тридцатых Ливия окончательно и бесповоротно скатилась в хаос - неудивительно, что соседи решили, наконец, навести порядок. Но вот сам процесс... Алжир практически без сопротивления занял Феццан и Триполитанию, на чём был вынужден остановиться, чтобы подтянуть тылы... и как только алжирская армия была вновь готова к наступлению, Египет стремительным броском занял Киренаику. Было это согласованно или нет, аналитики не могли понять до сих пор, Алжир и Египет активно дискутировали о демаркации границы... Но переводить дискуссию в практическую плоскость не спешили. И во что это выльется - аналитики опять же не понимали.

Во внутренней политике тоже далеко не всё шло гладко - но, по крайней мере, более понятно. Правительство Египта намерилось очистить страну от исламистов - даже "умеренных", и взялось за это со всей решимостью. Аль-Нур уже лишились всех мест в парламенте. Сама партия пребывала на грани запрета, большинство прочих уже разогнали, а их лидеров отправили под суд, что не привело в восторг ни фанатичных поклонников шариата, ни их заокеанских хозяев. То и дело вспыхивали беспорядки - ведь во имя аллаха можно грабить абсолютно безнаказанно, начиналась новая террористическая война... И визит халифа Али только подольёт масла в огонь. Впрочем, вполне вероятно, что именно этого он и добивается - остаться должен только один, и естественно, Египет в роли "Горца" халифа устроить не может. А беспорядки и конфликт с соседями вполне могут склонить общественное мнение к Халифату... А могут и к прямо противоположному.

Желаемый результат был известен, но требовалось понять, что и как говорить и делать халифу, чтобы подтолкнуть египтян к этому результату, а для этого требовалось, наконец, извлечь из отчётов аналитиков что-то полезное. Потому что Али, конечно, был мастером импровизаций, но настоящая импровизация нуждается в подготовке, а интуиция иной раз подводит всех.

Три часа спустя, закрыв последний доклад, Хаким подошёл к окну, задумчиво глядя на город. Сейчас Багдад выглядел совсем иначе, чем в тот день, когда халиф провозгласил его своей столицей... Тот Багдад был лишь бледной тенью себя нынешнего - умирающая столица призрачной страны, но прошло каких-то два года, и город вновь ожил... И пусть всё еще возвышались над городом почерневшие остовы так и недостроенных Башен Освобождения, а Мадинат-эс-Садр лежал в руинах - город стремительно возрождался.

И сейчас от его, Хакима, решений, во многом зависит судьба этого города, да и всей страны... Как, впрочем, и всегда.

Вернувшись к столу, Хаким запустил редактор, на секунду замер - и опустил пальцы на клавиатуру. Что докладывать, он представлял, как - тоже, оставалось только окончательно сформулировать мысль - и готово. Ну а как распорядится этим докладом халиф - уже не его проблема.

Полчаса спустя, отправив доклад, Хаким выключил компьютер, убрал документы и вышел из кабинета. По идее, рабочий день давно кончился, но это почти ни на что не влияло - "недреманное око государево" в отдыхе не нуждалось... В отличие от людей, в частности - самого Хакима, которому предстоит завтра с утра отвечать на множество вопросов, которые неизбежно возникнут у халифа, а потом рассылать новые запросы, пытаясь найти ответы... И так до самого визита, а ведь оставались и все прочие дела, которые невозможно отложить. Например, Лига - пока что было решительно непонятно, чего ожидать от Ле Пена, который, похоже, был Клиффордом наоборот - то есть компромиссной фигурой, одинаково не устраивающей всех. А учитывая, что речь Ле Пена явственно намекала на желание покидать камни в болото и посмотреть, что оттуда выскочит, вопросов становилось слишком много... Просто потому, что скелетов в шкафах у членов Лиги имелось преизрядно, и такая встряска несомненно заставит их выскочить - и тогда Лиге придётся несладко. Будучи посвящён в некоторые грязные тайны Лиги, Хаким ибн Ахмад Уаси мог это предсказать и без помощи аналитиков. И только того, что было известно ему, вполне могло хватить на серьёзный кризис, который встряхнёт весь мир... И Египет в том числе. Египет не был членом Лиги, но шансы таковым стать имел, пусть и не полноправным - по крайней мере, Клиффорд этот вопрос рассматривал всерьёз. Мнение Ле Пена об этом пока что было неизвестно, египетское правительство насторожилось - и как визит халифа это равновесие, было непонятно... А вот это халиф пожелает знать в первую очередь.

Разумеется, вызов пришёл именно в тот момент, когда Хаким явился в свой кабинет, и, разумеется, время хотя бы бегло просмотреть свежие документы ему дали. Но не больше, и час спустя Хаким стоял в кабинете халифа и ждал, пока тот дочитает его доклад.

– Весьма познавательно, - сказал он, закончив чтение.
– Хотя и вызывает немало новых вопросов...

– Полагаю, мой халиф, ответы на некоторые из них находятся здесь, - Хаким положил на стол папку с последними новостями.
– В частности, выяснилось, что расширения Лиги в ближайшее время можно не ожидать - Ле Пен намерен сосредоточиться на внутренних проблемах.

– Рад это слышать, - заметил халиф.
– Это действительно упрощает многое... Хотя кое-что и усложняет, но, как я полагаю, Соединённые Штаты легко компенсируют это неудобство... Кстати, есть новые данные по американским раскладам?

– Праймериз состоятся только завтра, но с большой вероятностью можно утверждать, что бороться за президентское кресло будут Буш и Райс.

– Последнее несколько неожиданно, не так ли? Впрочем, об этом стоит говорить после выборов...
– Халиф отложил документы.
– Итак, я отправляюсь в Египет, а вы, Уаси, постарайтесь отдохнуть хотя бы эти четыре дня.

– Повинуюсь, - поклонился Хаким. Халиф едва заметно поморщился и кивнул в ответ.

Выйдя из кабинета, Хаким отсалютовал гвардейцам и по дороге начал прикидывать, кому из помощников какую часть работы доверить - так, чтобы запороть всё им за эти четыре дня не удалось...

– Я понимаю, что это звучит странно, но мне нужен полный доступ к вашим архивам, - сообщил с порога Мендоса.
– Само собой, санкцией Верховного Суда я озаботился...

– Не то чтобы я не была рада вас видеть, полковник, - Клэр оторвалась от монитора и помассировала переносицу, - и не то чтобы я возражала... Но зачем? И к чьим архивам - министерским или моим личным?

– А вы допустите меня к личному?

– Лично вас - возможно, особенно если вы всё же объясните, что вы хотите найти.

– Наметилась возможность основательно подорвать репутацию Эллис Ив и даже - при некотором везении - отправить её за решётку.

– Вот даже как...
– на лицо сама собой выползла широкая улыбка.
– Ради такого я даже пущу вас в свою личную кладовку - и без всяких санкций и ордеров, заметьте...

– Сеньора министр...
– протянул Мендоса.
– Я всецело разделяю ваши чувства, но не могли бы вы улыбаться не столь кровожадно?

В свой личный архив Клэр стаскивала любую информацию, которая хотя бы теоретически могла пригодиться - или просто заинтересовала. Собирать его она начала ещё в колледже и с тех пор практически не постанавливалась - разумеется, исключая то время, что она провела в тюрьме. Поэтому обнаружить в архиве можно было самые неожиданные вещи - настолько неожиданные, что даже Клэр не очень понимала, как и зачем они там оказались. И она же одна была в состоянии свободно ориентироваться во всём этом хаосе, и потому Мендоса искренне радовался, что к архиву его пустили без всяких условий... Конечно, пара толковых аналитиков разобралась бы в нём ненамного медленнее, но их пришлось бы отрывать от работы - а её и без того было слишком много. И кроме того, личный архив министра - это совсем другой уровень секретности... Поэтому лучше уж выделить время и поработать самому.

Вякнувший почтовый клиент отвлёк Клэр от очередной попытки решить, на что деньги требуется выделить прямо сейчас, а на что - ещё вчера. Письмо было от Мендосы, содержало файл из её архива и вопрос: "Откуда?!"

Ответ на этот вопрос у Клэр не было - она просто-напросто не помнила, где услышала, что в студенческие годы Эллис Ив снималась в полуподпольной порнографии. Вообще-то, в те времена подобное было даже в некотором роде модно, и косо смотрели на тех, кто, как сама Клэр, держался в стороне... Но то было десять лет назад, а сейчас Ив была преуспевающим журналистом, работала на серьёзные издания - и грешки бурной юности вспоминать ей было не с руки. А уж тем более - делать их достоянием общественности...

"Не помню" - написала Клэр, отправила письмо и вернулась к работе, время от времени проверяя почту - мало ли какое забытое сокровище откопает Мендоса... Или куда закопается так, что придётся откапывать.

Не пришлось - Мендоса проявился только вечером, прислав письмо с благодарностью и просьбой разрешить пользоваться архивом и дальше. Пожав плечами, Клэр разрешила, попросив только не подключаться, не сообщив ей, убрала документы и отправилась домой.

А на следующее утро Мендоса снова явился лично, напугав Гонсалеса и Маркеса, и сообщил: