Чтение онлайн

Похоже, Найко достался какой-то дефектный экземпляр, - граната не взорвалась, но из неё полыхнуло яркое пламя, раздался оглушительный треск, - и пламя свернулось в шар величиной с голову юноши. Сначала красноватый, затем бело-желтый, он раздулся почти вдвое. Став ослепительно-белым, он оторвался от гранаты и полетел к одержимым. Когда он приблизился к Найко метров на пять, волосы на голове юноши поднялись. Он чувствовал, что даже волоски на руках натянулись в сторону шара, как это бывает при настройке высоковольтной аппаратуры. Более того, от него к шаровой молнии потянулись ниточки электрических разрядов.

К счастью, шар миновал его где-то в трех-четырех метрах. Его ярко светящуюся сердцевину окружала очень тонкая темная зона, а вокруг неё сиял лучистый ореол. Эта светящаяся дрянь презрительно проигнорировала одержимых, поднялась повыше, и не спеша поплыла в сторону удалявшихся куда-то вбок больших тварей.

Несколько мгновений царила абсолютная тишина, - ни один из свидетелей этой сцены не двигался. Одержимые опомнились первыми, - они дружно заревели и бросились на горстку обреченных людей.

– Бейте их призмами!
– заорал Охэйо.
– Цельтесь в лодыжки!

Вайми первым вскинул энергетическую призму и полоснул по одержимым широким веером. По тем словно пронесся смерч, - высоко в воздух взлетели клочья черной плоти, переломанные в щепу ветви кустов и земля.

Силовой жгут оставил широкую и длинную полосу опустошения, но накрыл едва ли седьмую часть окружавших их врагов. Через десять секунд он утих, - заряд энергопризмы исчерпался. Одержимые отшатнулись, - но рвущий смерч напугал их всего на несколько мгновений.

Поняв, что продолжения не последует, они вновь бросились вперед. Стрелы гаусс-пушек рвали их на куски, лучи лазерных призм подсекали ноги, - но остановить эту живую волну они не могли. Через какую-то минуту у людей разрядились батареи, и вышла половина идемитных зарядов. Вайми ещё дважды устраивал одержимым бойню, - но их ряды казались бесконечными. Потом вдали сверкнуло и бабахнуло, - шар попал-таки в одного из шестиногов, и тот начал распадаться на части - словно рушилась скала. Одержимые замерли, - и люди успели опомниться.

– В круг!
– заорал Охэйо.
– Бейте их фокаторами! Найко, включай щит!

Юноша едва успел, - твари были уже слишком близко. Управлявшие щитами компьютеры смогли растянуть их, прикрыв весь небольшой отряд, - если бы не они, их мгновенно бы смяли.

О том, что происходило потом, Найко помнил весьма смутно. Весь мир превратился в водоворот распахнутых алчных пастей, в частокол тянущихся к нему длинных когтистых рук, - и всё это мелькало совсем близко от его несчастных глаз. Он забросил гаусс-пушку за спину и взялся за фокатор. Огненный шар входил в одержимых, как в масло, жег, скручивал и разбрызгивал их плоть, словно в неё втыкали огромный раскаленный миксер. Но всё равно, твари были невероятно живучи, - требовалось несколько секунд, чтобы убить каждую. Даже со снесенными головами они продолжали нападать, и нужно было распороть их сверху донизу, чтобы прикончить.

К счастью, фокатор тоже был хитрым оружием, - его батарея заряжалась за счет силовых полей одержимых. Вот только оставаться на месте было невозможно, - иначе их просто бы залило хлюпающей массой ползучих полуживых останков. Одержимые бросались на них, словно безумные, поле то и дело не выдерживало, рвалось, а любой, оказавшийся вне него, был обречен. Длинные лапы выдергивали его из рядов тающего отряда, короткий захлебнувшийся вопль - и человек исчезал навсегда.

Найко дрался инстинктивно, совершенно бездумно, - если он хотя бы на миг задумался, то мгновенно сошел бы с ума. Его сознание отключилось от памяти, - он сражался, но совершенно ничего не запоминал.

Потом что-то щелкнуло, словно в голове включили свет. Найко помотал головой и поднялся, - как оказалось, он лежал. Повсюду вокруг бежали одержимые - не от них, а куда-то в сторону, - но ни один уже не приближался к ним.

Юноша посмотрел на изломанный, путаный след, оставленный разорванными, разбросанными телами, - и громко сглотнул. Их осталось одиннадцать - он сам, Охэйо, Вайми и восемь гвардейцев. Все офицеры Олмейна исчезли, и об их судьбе не было смысла спрашивать.

– Похоже, теперь всё наоборот - они боятся нас, - наконец сказал Охэйо. Его длинные глаза ярко, возбужденно блестели.
– Хорошо быть страшным, а?

– Но убегают-то они не от нас. Что, если сюда летит ещё одна термоядерная дура?

– Может быть, у них... о!

Найко рывком обернулся, увидев под тучами огромный сине-фиолетовый шар, быстро спускавшийся к земле. Пройдя над Ана-Малау, он заскользил вниз каким-то странным стремительным зигзагом. Он приземлился всего метрах в трехстах, сплющился, и превратился в купол размером с футбольное поле. Он переливался всеми цветами радуги и мерцал, словно северное сияние, а внутри него смутно виднелось что-то большое и красноватое. Найко бездумно отметил, что этот светящийся купол не освещал ничего, словно его образ возникал прямо в глазу.

Охэйо неожиданно сорвался с места, помчавшись к Син-Мроо, и Найко оставалось только следовать за ним. Он хотел остановить его - но для этого принца нужно было хотя бы догнать, а тот без труда загнал бы лошадь, мчась с ней наперегонки. Юноша захотел крикнуть, - но горло перехватило, из него вырвался лишь какой-то придушенный писк. Казалось, что Хеннат сошел с ума, - и Найко очень хотелось проснуться.

На полдороге его вдруг охватил сильный и беспричинный страх, словно излучаемый Син-Мроо. Сначала это был страх необъяснимый, чисто физический, - у него свело все мышцы, поднялись волосы, мурашки побежали по спине, а сердце забилось, как бешеное. Он не понимал реакции тела и замер, ощутив, что его заливает уже страх психологический. Потом страх сменился паникой, - и Найко обратился бы в бегство... если бы Охэйо повернул назад. Проклиная всё на свете, он побежал вслед за ним, уже не обращая внимания на то, что творится с ним самим.

Охэйо первым врезался в зеленовато-голубое поле, - и его отбросило назад метра на три. Он перекатился, тут же вскочил на ноги, словно кот, - и Найко едва не налетел на него. Они замерли, ошалело осматриваясь, - и в то же мгновение их залило таким ярким, ослепительным светом, что Найко ничего не мог различить, - его словно засунули внутрь сине-белой матовой лампы. Какая-то необъяснимая сила прижала его к земле, он не мог пошевелиться, генератор на спине гневно зажужжал, и раскалился так, что обжигал даже сквозь одежду.

Всё это продолжалось, быть может, секунд пять, - а когда давление исчезло, и свет погас, они оказались уже внутри купола. Над ними, всего метрах в пяти, нависало совершенно плоское, сине-серое дно Син-Мроо. Из него к ним тянулось что-то вроде толстого, гибкого хобота с зияющим жерлом на конце. В нем вспыхнул ослепительный свет - и ничего больше Найко не запомнил.

9.

– Найко. Найко!
– кто-то влепил ему здоровенную оплеуху, и лишь тогда юноша опомнился. Охэйо сидел на нем верхом, крепко держа за плечи - похоже, он тряс его, словно кот крысу. Увидев, что юноша открыл глаза, он широко улыбнулся и тут же поднялся, потянув его за собой, - Найко не понял, как оказался на ногах. Голова у него гудела, словно её лягнул осел, обожженые лопатки чесались, - но в остальном он чувствовал себя вполне нормально. О том, что стало с Син-Мроо, спрашивать не пришлось, - совсем рядом, застряв в проломленном остове трехэтажного дома, лежал дымящийся остов, похожий на перевернутого жука длиной метров в пятьдесят, - из его развороченного брюха с гулом вырывалось странное, ядовито-зеленое пламя.