Чтение онлайн

– Это силовой шлюз, - сказал Охэйо.
– Здесь мы узнаем, не захватили ли с собой лишнего. Люди, раздевайтесь. Одежду всё равно придется сжечь, а оружие потом проверят и отправят в арсенал.

Он первым сбросил всё на пол, за ним - и остальные. Потом врезанные в стены силовые матрицы вспыхнули, и комнату наполнило зеленовато-голубое сияние. У Найко дико зачесалось всё - и внутри и снаружи, - и он подскочил, как ужаленный. Остальные тоже, - но почти в то же мгновение всё кончилось.

Юноша сел на пол, чтобы тщательно ликвидировать затихающий зуд - и вдруг засмеялся, глядя на занимавшихся тем же товарищей. Через минуту внутренняя дверь распахнулась, и он засмеялся ещё раз - в самом деле, приятно было знать, что он всё же остался собой.

За внутренней дверью оказалась душевая. Здесь они тщательно вымылись, - что тоже оказалось не лишним. Найко словно заново родился на свет - и остальные, вероятно, тоже. Охэйо то и дело посмеивался, пытаясь расчесать свои дико спутавшиеся волосы. Он был, вообще-то, весь очень красив - плавные изгибы сильных мускулов, математически правильные, безупречно сочетавшиеся друг с другом - такое дерзкое живое совершенство.

Душевая кончалась новыми дверями из блестящих стальных поперечин и толстых плит матово-белого, освещенного изнутри стекла. Едва Найко вошел в неё, по его коже побежали крупные мурашки. Это ощущение усилилось, когда дверь за спиной так же бесшумно закрылась. Он чувствовал себя так, словно отправлялся в путешествие, - весь привычный ему и ставший враждебным мир остался позади.

11.

Здесь, в боковых стенах, были шкафы для белья и одежды, и они все оделись во что-то, напоминающее хайлины,– только короче и синие с белой отделкой. Потом Охэйо вывел их в новый коридор. Стальные панели его стен блестели темно-синей эмалью. Их прорезали ниши с прозрачными дверями лифтов.

– Я думаю, нам всем неплохо будет отдохнуть, - сказал Охэйо, широко зевая.
– Джен и Керхер проведут вас туда, где вы сможете выбрать одежду по вкусу, а потом покажут столовую и ваши комнаты. Вайми, зайди в радиорубку и узнай, что нового. Найко, иди за мной.

Они вошли в одну из узких кабин, такую тесную, что вдвоем едва в ней поместились. Едва принц коснулся маленького пульта, лифт бесшумно поплыл вверх.

Они поднялись на последний этаж здания, в просторное, полутемное помещение, также обшитое синей эмалевой сталью. Здесь стояли низкие и длинные полукруглые диваны и столы, уставленные разнообразной снедью. Множество легкомысленно одетых молодых людей ели, болтали и танцевали здесь под негромкую музыку. Большинство их было босиком, в таких же коротких хайлинах. Некоторые, устав, дремали на диванах, другие сидели прямо на полу, у громадных плоских панелей настенных экранов. Те казались окнами в какие-то немыслимо прекрасные, живые миры - вероятно, нарисованные при помощи суперкомпьютеров, потому что реальность никогда не бывает столь продуманно-красивой.

Найко ошалел при виде этой вечеринки, - после всего увиденного она сама казалась ему совершенно нереальной, - но Охэйо не растерялся и на миг. Его появление вызвало громкие аплодисменты. Он раскланивался, прижав ладони скрещенных рук к груди и широко улыбаясь, - однако пересек зал, не задерживаясь ни на секунду. Ещё одна толстая, тяжелая дверь - из тускло блестевшей чеканной бронзы - вывела их в коридор, облицованный подсвеченными изнутри витражами. Здесь было очень тепло и очень тихо. У усталого Найко возникло вдруг ощущение, что здесь уже четвертый час ночи. Народу тут почти не было. Им встретилась только пара темно-золотых ламайских девушек - хмурых, пухлогубых, синеглазых. Их лохматые спутанные гривы доходили до задниц и были чернее самой ночи, а одежда, в основном, состояла из украшений.

Новая, точно такая же дверь привела их в просторную комнату со стенами из толстых резных блоков матового стекла; оно сочилось мягким, таинственно-розоватым светом. Вдоль стен бежал сплошной диван, обитый тисненым сафьяном. У него стояли низкие столики с крышками из хрусталя, обрамленного черным деревом. Центр помещения занимала низкая круглая сцена, посреди неё почему-то стояла старинная потемневшая бочка. Пол был покрыт сплошным же пушистым ковром.

Найко ещё никогда не видел такой роскоши, - и даже не представлял, что она вообще может быть. Впрочем, все мысли вылетели у него из головы, когда он увидел здесь Иннку среди других девушек.

У запертых ворот

Хониар, 201-й год Зеркала Мира,

Вторая Реальность.

1.

Лэйми отложил книгу и задумался. Прошлое, по его мнению, было местом отвратительным и страшным. Впрочем, настоящее - внешнее - наверняка было ещё хуже. Ему повезло попасть сюда, но он совершенно не помнил, как именно это случилось. В сей судьбоносный час, он спал так крепко, что и не мог ничего запомнить. Но на самом деле его семья прорвалась сюда с очень большим трудом...

Он поднялся, и, сделав несколько шагов, запустил руку в глубь полки, вытащив наружу тонкую пачку пожелтевших, исписанных от руки листов, заключенных в самодельную обложку из картона - мемуары своего старшего брата. Ликсу тогда было всего лет семнадцать. После включения Зеркала он продержался достаточно долго, чтобы записать свои впечатления и адресовать их ему, младшему брату, который, как он уже знал, сможет тут жить. Собственно, им надлежало находиться в Муравейнике, в его собственном личном архиве, но Лэйми притащил их сюда, - слишком важным и интересным было то, что скрывали эти, выцветшие и уже с трудом различимые строчки...

Он поудобнее устроился в любимом кресле и начал читать. Первые листы рукописи давно пропали, но это не огрочало его. Он всё равно никогда их не видел.

2.

"...Граница городского щита встретила нас чудовищной суматохой. Здесь собрались сотни тысяч людей, ищущих укрытия за Зеркалом. К нашему удивлению Врата в нем были заперты. Мроо продолжали наступать, но то ли по приказу наместника, то ли просто из страха, охрана не пропускала внутрь никого. Отец, конечно, не захотел в это верить. Проехать к Воротам было уже невозможно, и мы направились туда пешком.

Границу Зеркала отмечал высокий вал выжатой при землятрясении глины. Между ним и уцелевшими домами окраины возник широкий пустырь, заваленный обломками разрушенных при включении поля зданий. Возле Ворот в этом валу был уже прокопан широкий проход. Напротив них толпились люди, но близко к ним никто не подходил. Я решительно направился вперед, не обращая внимания на повисшее вдруг вокруг молчание. Но, стоило мне сделать едва десяток шагов, из амбразуры левой башни в меня плюнуло белой молнией.

Я не сразу понял, что выстрел был предупредительный, - мне опалило брови, а волна раскаленного воздуха отбросила меня назад с такой силой, что я покатился по бетонным обломкам, и пребольно ободрал локти. Встать на ноги удалось легко, но в ушах звенело, а перед глазами плавали темные пятна.

Я зажмурился и помотал головой, затем перевел взгляд на широкое пятно развороченной, обожженной земли. Таких пятен здесь были уже сотни, они накладывались друг на друга, образуя причудливый узор...