Чтение онлайн

– Я пыталась рассказать, – обиженно поджала губки Пиланго, – а он только ухмыляется, лоб здоровый! Говорит: и без тебя знаю! Какой умник нашелся! А ведь без меня бы он ничего здесь не сделал!

– Он – это кто?

Пиланго убрала грудь с гипсовой кирасы:

– Сейчас увидишь. Вадим, ты где? Давай, заходи, монахинь руками трогать запрещается!

Скрипнула дверь, и за спиной Пиланго тут же нарисовался дылда в джинсовой рубашке с небритой физиономией:

– Здравствуйте, Светозар Петрович! Госпожа Рохани говорит чистую правду – без ее помощи я бы вас никогда не нашел!

Этот ковбой кого-то напомнил Коряпышеву. Кого-то из прошлой жизни, когда он преподавал спецдисциплины на курсах внешней разведки.

– Капитан Вадим Токмаков, – не стал ждать окончания мыслительного процесса «ковбой».

– Постой, а как вы меня нашли? – произнес Коряпышев шершавым от микстур неповоротливым языком, одновременно удерживая женщину за руку. Руки его уже слушались. Рюмку поднять сможет.

– Вы нас хорошо учили, Светозар Петрович, – ответил Токмаков. – К тому же не забывайте о великом братстве дактилоскопированных!

– Погоди, каком таком братсве? Меня, надеюсь, в монахи здесь не постригли?

Лучше бы он этого не спрашивал. Пиланго погрозила ему пальцем:

– В монахи тебя на том свете запишут. А пока ты чуть глаза не сломал, заглядывая мне в декольте. Да только подмигни, и я прямо сейчас…

– Подожди, пока он встанет на ноги. И не забывай, что мы в монастыре, – сдержал Токмаков благородный порыв стриптизерши. – А нашли мы вас, Светозар Петрович, благодаря дактилоскопии. Помните, в полицейском участке вам откатали пальчики? Когда сестры сообщили в наше посольство о выловленном в Дунае неизвестном, остальное было делом техники. А мне зато отломилась командировка в Будапешт. Ведь это я завел дело по вашей информации.

Коряпышев счел излишним уточнять, что первичная информация пришла от Пиланго:

– Ну и?

– Все о кей. Ведь я же говорил – вы нас хорошо учили.

Для одного утра впечатлений было слишком много. И Светозар Коряпышев явственно ощущал: чтобы переварить их, необходим хороший глоток палинки:

– Пиланго, спроси у сестер чего-нибудь покрепче воды градусов на сорок. Надо отбить вкус Дуная…

Коряпышев смотрел вслед Пиланго, отправившейся на поиски живительной влаги. Когда она шла к двери, облегающее черное платье подчеркивало форму ягодиц, напоминавших виноградины сорта «дамские пальчики».

Проводив взглядом эту аппетитную плодово-ягодную композицию, Коряпышев спросил Токмакова:

– А почему монахини сообщили обо мне в наше посольство? На мне что, написано, что я русский?

Токмаков ухмыльнулся и зактал рукав рубахи Коряпышева. На предплечье был выколот парашютик и гордая фраза: «ВДВ навсегда!»

Новорожденное солнце над башней Выборгского замка. Пестрая кошка умывается лапой возле подъезда. Спасибо, Господи, за свежесть в голове, за тугой шелест велосипедных шин по влажному асфальту. «Я мыслю, – значит, я существую». Что стоит эта мудрость по сравнению с другой: «Я двигаюсь, – значит, я живу!»

Герка Дымов ехал по Крепостной улице Выборга за поливальной машиной. Погода была самая летная: видимость «миллион на миллион», нижний край облачности задран высоко, как юбочки на дискотеке. Легкий ветерок – вероятно по недосмотру в небесной канцелярии – поддувает в спину.

Такое нечасто, чтобы ветер попутный. Обычно ветер бдительно следил за перемещениями Дымова по городу и вовремя успевал менять направление. То двинет под дых из-за угла, набрав скорость в тесных улочках старого города, то швырнет в лицо пригоршню дождя. И лишь в последнее время стал подозрительно благосклонен.

Вот и сегодня несет он на своих крыльях легкий гоночный велосипед, только крепче держи руль. Попутный ветер удачи.

Да, Герка Дымов мог быть доволен. Его идея по примеру Питера организовать в приграничном городе услуги велорикш оправдалась. Трехколесные экипажи вписались в средневековые улочки древнего городка. Подвыпившие финны клевали на экзотику как щука на живца да и свои начали привыкать. Если так пойдет дальше, к концу летнего сезона можно выплатить Золтанову кредит. Снять с души этот тяжелый камень.

Поливальная машина гнала перед собой радугу, кое-где оставляя лужи на асфальте. В них отражались перистые облака. И Герке казалось, будто он летит над облаками, разрезая воздух узким колесом древнего велосипеда «старт-шоссе». Он сдерживал себя, не позволяя мечтать о несбыточном. Он не верил попутному ветру. Военный летчик I класса капитан в отставке Дымов помнил, что взлетать надо против ветра.

«Не обгоняй – обидишь!» – прочитал Герка на торце голубой цистерны поливальной машины, улыбнулся, однако не внял просьбе. Пригнулся к рулю, налег на педали, вырываясь вперед. Взлет всегда против ветра!

Вскоре город остался за спиной. Дымов ехал вдоль берега залива в сторону Соколинского. Понедельник – законный Геркин выходной. Он решил использовать его, чтобы на всех режимах проверить свое бедренное крепление новой модификации.

Ближе к полудню, отмахав полста километров, Герка перекусил припасенными еще с вечера бутербродами, подремал в придорожном леске.

Обратный путь всегда кажется длиннее. Над разогретым солнцем гудроном плыла дымка. И вдруг у поворота словно осколок радуги блеснул – весь в «фирме», от туфель до кепочки – впереди ехал велосипедист. За ним следовал тяжелый джип «Шевроле». На крыше машины был надежно закреплен в стойке запасной велосипед.

Геркой сразу завладела мысль «сделать» этого пижона. Он скользнул ладонью по левому бедру, проверяя крепление, и для начала достал джип. Под его прикрытием немножко «отоспался», подкапливая силы, но долго тянуть не стал – пошел на обгон, помахав ручкой водителю. Рядом с его толстой ряшкой за ветровым стеклом словно бы одуванчик покачивался: коротко, под мальчика, стриженная девушка поощрительно улыбнулась Герке.

Пора! В среднем темпе покручивая педали, Герка догнал одинокого велосипедиста. Тот повернулся к нему, дружелюбно улыбаясь своей загорелой веснушчатой физиономией. И его гоночный «Колнаго», сияющий хромом, тоже, казалось, улыбался Герке Дымову. Улыбался, в отличие от владельца, презрительно. Мол, что ты, парень, сумеешь показать на своей машине? Разве тягаться заурядному харьковскому велосипедишке с истинным королем шоссейных дорог?

Правда, Геркин неказистый с виду «Старт-шоссе» мог бы ответить, что хотя и собран с бору по сосенке, но умелыми руками. Что каждый шарик в его втулках откалиброван и отшлифован, что все стальные винты заменены титановыми, почему и весит теперь машина лишь восемь килограммов, но… Но велосипеды не вертолеты, – пока не оснащены речевыми информаторами, и в разговор пришлось вступить самому Дымову.

– Зарубимся? – предложил он веснушчатому, подкрепив слова энергичным жестом. – До Выборга. А?