Чтение онлайн

– Та, на которой вы вчера сюда приехали?

Кира не обиделась – машине, и правда, пора было на свалку: тратить деньги на её капитальный ремонт вся семья считала большой глупостью. Ей показалось, что презрительно сморщившийся мужчина сейчас обязательно добавит: «– Разве это соответствует королевской чести?», и она не впопад ответила:

– По Сеньке и шапка!

Их опять прервал телефонный звонок.

Они одновременно посмотрели на телефонный аппарат, а потом друг на друга.

– Может, детишки балуются? – неуверенно высказала Кира свою версию молчаливого домогательства.

– А может, совсем и не детишки…

Дмитрий Викторович решительно подошёл к столику в гостиной и взял телефонную трубку.

– Слушаю вас! – сдерживая раздражение, произнес он и, отвечая на немой вопрос Киры, отрицательно покачал головой. – Вас не слышно, уважаемый, перезвоните.

Положив трубку, Дмитрий Викторович Юшкин задумчиво посмотрел на телефонный аппарат (непонятное его всегда раздражало) – номер звонившего не определился. – Не нравится мне это.

Кира согласно кивнула головой – ей тоже было неприятно назойливое молчание.

– Ну, что ж, поехали… Только сначала вызовем Сергея, а потом Арсен отвезёт меня в офис.

Спорить Кира не стала – неожиданная мужская забота польстила её самолюбию. Давно о ней никто не заботился…

Длинная сверкающая «Ауди» цвета слоновой кости стояла у самого подъезда.

Арсен – черноглазый и черноволосый молодой человек, как теперь принято говорить: лицо кавказской национальности, курил у машины. Увидев выходящего из подъезда мощного телохранителя, он отбросил окурок в сторону и услужливо распахнул заднюю дверь иномарки перед идущими за Сергеем людьми.

Дмитрий Викторович жестом пригласил Киру садиться в машину, и пока она пробиралась внутрь просторного салона, устраивалась, удивлялась бархатистости палевой кожи и тому, что коленки не упираются в спинку переднего сиденья, тихо разговаривал с водителем.

– Отвезёшь меня в офис на Таганку и поступишь в распоряжение Киры Дмитриевны. Повози её по дорогим бутикам и салонам.

– Значит, это она, наследница? – с интересом спросил шустрый невысокий водитель, кивая головой в сторону «пассажирки».

Заинтересованность Арсена больно царапнула самолюбие Дмитрия Викторовича, но разбираться в причинах этой боли не было времени.

– В восемь приезжай за мной в контору, – холодно приказал он и сел в машину.

Занимая водительское место, Арсен выразительно посмотрел на садящегося в машину телохранителя – они обязательно обсудят увиденное, потом, когда останутся одни и можно будет расслабиться, отдохнуть от выполнения профессиональных обязанностей.

Ещё никогда Кира не ездила в таких шикарных машинах, даже Ларискина «Тойота-Карола» не выдерживала никакого сравнения с иномаркой представительского класса.

«– Ларка умрет от зависти, когда узнает, на чём я ездила по магазинам, и что Шубин оставил мне свою квартиру, – с несвойственным ей бахвальством неожиданно подумала Кира, глядя через лобовое стекло на движущиеся по Садовому Кольцу машины, и тут же опечалилась. – А что скажет муж, узнав от неё о машине и наследстве? Скандала уж точно не избежать! Нет, ничего нельзя никому говорить! Тем более Лариске – она никогда не умела хранить чужие тайны, тут же выбалтывала их самому неподходящему человеку».

От своих невесёлых дум Кира сразу сникла и отвернулась к окну от сидящего рядом мужчины, чтобы тот не увидел её поскучневшее лицо.

В салоне иномарки приятно пахло кожей, дорогим табаком и типографской краской: у заднего стекла на полочке лежали газеты и глянцевые журналы – но никто их давно не читал.

Последнее время, отгораживаясь от суеты окружающего мира бронированным стеклом, Дмитрий Викторович Юшкин устало откидывался на спинку сиденья, закрывал глаза и пытался задремать – ночью, с её приходящими призраками и невесёлыми думами, уснуть ему не удавалось.

И виновница его изматывающей бессонницы сидела сейчас рядом с ним, в его машине и, как ни в чём не бывало, смотрела в окно, и нервно покачивала ногой, и пахла французскими духами, которые Лизонька терпеть не могла, а он не знал этого и на её именины купил именно их, и она расстроилась, и плакала у него на плече, а духи из опрокинутого флакона капали на ковер, наполняя комнату терпким ароматом, и он утешал её, и гладил по голове, как маленькую, и обещал завтра же купить другие, но, как водиться, завтра не купил, а через день Лиза умерла от сердечного приступа…

Расстроившись окончательно, Дмитрий Викторович отодвинулся к самой двери машины, сунул руку в карман пиджака и нащупал трубочку с валидолом – после смерти Павла он стал возить его с собой: иногда от воспоминаний сердце больно толкалось в груди, но доставать таблетки передумал: унизительно проявлять слабость перед потенциальным противником.

Он открыл окно, хотя раньше никогда этого не делал – в машине всегда работал кондиционер – и жадно задышал горячим, пропитанным выхлопными газами воздухом.

– Дмитрий Викторович, закройте, пожалуйста, окно, – вежливо попросил Сергей, удивленно глядя через плечо на насупленного мужчину.

Дмитрий Викторович нехотя подчинился и обиженно уткнулся носом в тонированное стекло.

Так они и ехали всю дорогу до офиса: молча, отвернувшись друг от друга, нервно покачивая ногами и думая невесёлые думы – каждый свои.

Телохранитель и водитель снова посмотрели друг на друга и пожали плечами – что-то явно происходило с этими двумя людьми, но им было не понятно, что именно…

Нагруженная покупками, под завистливыми взглядами продавщиц Кира гордо вышагивала по ковровой дорожке очередного модного бутика мимо манекенов, задрапированных сверкающими тканями.

Как ни странно, после первого же магазина её настроение и, правда, улучшилось: тратить деньги оказалось настолько приятно, что это занятие постепенно вытеснило из её головы все тоскливые мысли. Ей даже приходилось сдерживать свои «восторги и порывы», отговаривать себя от приобретения ненужных вещей.