Чтение онлайн

Расни прикрыл веки. Вокруг не осталось свободного просвета — в пяти метрах стояли богомолы, готовые рвать людей по приказу. Он усмехнулся:

— Хорошо. Но я могу т е б е снести башку.

Расширенный на конце меч выскочил из ножен.

— Нет, не получится, — хихикнул демон и повернул собачью морду к великану слева. Богомол склонил треугольную голову, что-то щёлкнуло и послышался грустный знакомый голос:

«— Я не могу убить человека. Никак».

— Так уверен, что похож на человека? — вспыхнул Расни и занёс меч.

Это существо не тряслось от страха, как несчастный шаман-пурун. Оно не внушало такой ненависти, как Чёрный Бык — тот всегда колотил Расни, а теперь ещё и Ритайю против воли возьмёт. От вида голой собаки в животе поднималась холодная, честная ярость. Почему бы не отрубить скалящуюся голову?

Но что-то внутри не давало, как будто глиняная стена закрыла врага, и меч всё равно скользнёт по ней мимо. Даяк, который неспособен никого убить. Прав отец, что изгнал?

Прав.

Лезвие метнулось молнией... И остановилось возле безволосой собачьей шеи.

— Демон! — Расни отбросил клинок и отвернулся, пока никто не увидел его лица.

Ветки кругом трещали, падали листья от невидимых движений.

— Пульт у тебя для антуража, так? — спросил Доктор, подкидывая и ловя отвёртку. — Знаешь, Оммеллин, — чупакабрис напрягся, услышав своё имя, — я тут недавно гулял по джунглям. Гулял-гулял и набрел на небольшой грузовой транспортник с ангаром, а в ангаре стоят двадцать две капсулы для межзвёздной перевозки биороботов. Так вот. — Инструмент взметнулся на полтора метра вверх, вернулся в руку владельца и уткнулся куда-то в джунгли.

— Ты отсюда не улетишь. Не улетишь, пока я не услышу двадцать два взрыва — эти модели ведь снабжены средством самоуничтожения?

— Мерзкий махинатор! — взвыл любитель кож. — Ты перевёл управление кораблём на свой зонд! Погоди, не нажимай. Сейчас.

Хлоп — неподалёку от Инги свалилось нечто коническое, зелёное, размером с пляжный мяч. Она сначала решила, что фрукт — но торчащие усики и фасетчатые глаза убеждали в обратном.

Хотя, местные плоды, они такие непредсказуемые...

— Не вздумай это попробовать, — прошептал Доктор.

— Даже не собиралась, — насупилась она.

Вокруг раздавались хлопки, падали треугольные головы, рушились гигантские тела со множеством длинных конечностей.

— Теперь — всё. — Обладатель звуковой отвёртки удовлетворённо кивнул и спрятал её в карман. — И учти, Оммеллин: если ещё хоть на одном из рынков девяти галактик появится хоть одна кожа с Земли — я знаю, с кого спрашивать.

Чупакабрис гигантским скачком перемахнул через лежащего богомола. Он прыгал к своему кораблю с безмерной радостью оттого, что ему не придётся проводить остаток жизни в лесу богом забытой планеты.

— Интересно, — раздумчиво сказала Инга, — а ты, Доктор, видишь духов леса? Ну, вон те туманные овальчики?

Доктор всмотрелся в листву:

— Ты имеешь в виду игру света в восходящих потоках воздуха от нагретых стволов? Или облачка коммуникационных феромонов, особенно плотные у старых деревьев? Или киттеров — форму квази-жизни, паразитирующую на эмоциях мелких существ, что тут миллиардами вылупляются, растут и погибают? Или, может, те сдвиги пространства-времени, которые неизбежно производит такой колоссальный объём биомассы, пытаясь выжить и умножиться?

Инга потрясённо уставилась на лес. Она уже и не замечала ничего, кроме стай комаров-толкунчиков, перепархивающих птиц и снующих по коре мышек.

Чупакабрис исчез среди веток, туши богомолов медленно погружались в болото. Расни улыбнулся: теперь Ритайя пойдёт в лес, соберёт бананы, поджарит, и получатся хрустящие кругляши. Жаль, их уже не попробовать...

— Зачем ты отпустил демона?! — повернувшись, возмутился Сури. От огорчения он даже свою добычу отбросил. — Ты мог принести его череп и стать нашим вождём!

— Беги к Длинному Дому, — сказал ему Расни, чувствуя, как лодыжки охватывают цепкие ростки.

Мальчик повернулся и припустил по дорожке.

— Беги, беги! — закричал вдогонку Красный Кот. — И не забудь сорвать все манго у обломанной расамалы — они переспеют!

Пояс уже захлестнули сочные стебли. На этот раз Расни не стал отбиваться, а только глядел кругом, чтобы вобрать в себя, унести в другой мир и высокие папоротники с птичьими гнёздами в стволах, и гомон пёстрых попугаев, и ящериц, взлетающих зигзагами по листьям.

Инга увидела, что Красного Кота оплетает зелёным, рванулась к другу — но поздно: мощные стебли закрутились и сомкнулись у него над макушкой.

Её саму притянуло к ближайшему стволу, накрыло ветвями. Окутала мгла.

Снова знакомое дупло, она лежала на деревянном полу. Оперевшись на руку Доктора, встала.

Мимо шмыгали белые тараканы; зубы сидели на запястьях, на животе Расни и покрывали ноги.

Красный Кот поднял глаза на спутников:

— Я прошёл испытание. Да, Доктор?

— Нет. — Тот горько покачал головой. — Прошла.

Инга недоумённо уставилась на галлифрейца, потом на Красного Кота: он — девочка?! Но как, это невозможно! Доктор в ответ на вопрошающий взгляд утвердительно прикрыл веки.

Расни улыбался... Улыбалась:

— Когда ты понял?

— С самого начала. — Доктор постучал себя сбоку по носу. — У тебя не было шансов.

— Ух ты хитрый летучий лис! В следующий раз натрусь тухлой черепахой.

Расни попыталась поправить съехавшую повязку с перьями, но не смогла из-за существ, закрывших пальцы. Она стала белая уже по плечи.

— Что со мной будет теперь, Доктор? Как насчёт посмертия? Я превращусь в дикого красного кота и буду охотиться в джунглях, охраняя Длинный Дом?

— Нет, не выйдет. Ты станешь веточкой Древа, его частью.

— Значит, и тут обманул старик Еонт! — донеслось из-под копошащейся массы.

Зубы рассыпались, разбежались — и ничего не осталось. Пустота снаружи и внутри.

Инга села, прижавшись спиной к лианам. Было слышно, как за тонкими стенками деревянных проводов бегут соки во все концы огромного организма, от корней к самым кончикам листьев и обратно. Бегут и уносят с собой чувства, память, жизнь.