Чтение онлайн

– Ква!
– 'Я - лягушка!'

– Нашел чем хвастаться.

Заметив, как мои глаза медленно наливаются кровью, - зрелище то ещё: зеленая пузырчатая лягушка с красными глазами, - Парсик поднял лапы в знак примирения:

– Ладно-ладно! Переводчик, так переводчик. Говори давай.

Я повторил свой вопрос. Вик, настороженно выслушав котенка, ехидно гавкнул.

– Ага, как же!
– начал добросовестно переводить ушастик.
– Думаешь, если бы его расколдовывала Лена, я бы так волновался?

Все. Нам крышка.

– Ребята, у меня все готово, - с кровожадной улыбкой сообщила нам Лена, держа в руках колбу с красно-желто-бурой жидкостью.

Я некстати вспомнил, что случилось со мной после предыдущего опыта шептуньи. Интересно, что она мне материализует на этот раз? Душу? Хотя нет, лучше об это не думать.

– Хозяин, - мурлыкнул со стола Парсик, ехидно сверкая глазами, - ты обязан выжить. Мы ещё уборку в квартире не закончили.

В этот момент меня разбирали противоречивые чувства. С одной стороны, очень не хотелось убирать. С другой - очень хотелось жить. В итоге я решил остановиться на третьем варианте, что очень хочу убить Совесть, и, бросив на Вика красноречивый взгляд, сделал отчаянную попытку смыться.

Но, видимо, сегодня был не мой день. Когда до заветной двери остались считанные прыжки, меня в полете настигло замораживающее заклинание.

Попытка спастись бегством с треском провалилась. Причем второй раз за день. Обидно.

Лена профессиональным движением открыла мне рот и влила зелье.

Через несколько минут, потирая ушибленную при падении спину (заморозка заморозкой, а приложился я об пол ощутимо), я со злорадством наблюдал, как Ленка методично загоняла в угол гавкающего Вика. Тому настолько приглянулась собачья шкура, что он решил с ней не расставаться. У Лены на этот счет было другое мнение. Как она объяснила: 'Шеф сказал расколдовывать, значит, будет расколдовывать'.

Вот так, не сходясь во мнениях, некроманто-пес и алхимичка носились по лаборатории. Хотя на лабораторию это помещение теперь походило мало. Что-то подсказывало, что шеф не обрадуется тому, что придется делать здесь ремонт.

Пока мои коллеги устраивали состязание по бегу с препятствиями, я объяснял Паразиту, в чем он не прав. Котенок важно кивал, трепетно обнимая люстру. При всем желании добраться до него я не мог. Во-первых, с левитацией у меня всегда были проблемы, во-вторых, лестницы под рукой не было. А нарезать круги под люстрой и кискискать Совести как-то не хотелось. Вот ещё, все равно не слезет.

Так что, бросив бесполезные попытки разбудить в Парсике совесть (интересно, а совесть у моей совести есть?), я продолжил наблюдать за своими коллегами. Лена все-таки загнала упиравшегося Вика в угол и, заморозив, вливала в его полураскрытую пасть свое зелье. Почему она не воспользовалась заклятием раньше, лично для меня загадка.

Напарнику я почти сочувствовал. На вкус очередной эксперимент шептуньи был, мягко говоря, не очень.

Через пару минут, когда зелье Лены начало действовать, Виктор снова стал человеком. Правда, от некромантки-алхимички он почему-то шарахался и старался держаться как можно дальше.

Сама же мучительница беззащитных коллег была очень довольна собой. Спросить, почему, я не решался. Услышать в ответ что-то вроде: 'А я не знала, что это такое и как оно на вас подействует, но ведь все закончилось хорошо, правда?', мне очень не хотелось. И так передергивает, когда вспоминаю свое грандиозное падение на пол после заклятия. Синяк на спине все-таки будет.

Потом Ленка потащила нас к шефу, показывать, что её задание выполнено. Некроманты расколдованы, готовы к труду и обороне. Да и улыбка Золотоха после этих слов мне очень не понравилась.

Шеф, который до этого важно обсуждал с сэром Ричардом методы воспитания современного поколения, азартно потер руки:

– Что ж, в таком случае у меня для вас как раз есть небольшое задание, - и многообещающая такая улыбка, до ушей.
– Мне звонили из местного отделения полиции...

– Шеф, если что, мы не виноваты, - настороженно произнес Вик.
– У нас даже алиби есть - мы полдня сидели в лаборатории.

– Да причем тут вы, - отмахнулся от его замечания Михаил.
– Так вот, коллеги из органов сказали, что на окраине города видели непонятную собаку. Явно нежить. И по описанию очень похожа на ваших собачек Баскервилей, как вы их наименовали.

– И?
– уже догадываясь, что будет дальше, спросил я.

– И сейчас вы отправляетесь на поиски этой собаки, - простодушно улыбнулся Золотох.
– И найти её желательно до того, как она кого-то покусает.

Мы с Виком переглянулись.

Я даже догадываюсь, кто сегодня будет покусанный.

Понуро направившись к выходу из агентства, я успел заметить мрачное выражение лица Маши. А потом до самых дверей чувствовал, как спину жжет пристальный взгляд некромантки.

Как я и думал, поиск по отпечаткам ничего не дал.

Точно больше чай не пью.

В это же время

Стрелецк, особняк семьи Степновых

– Дорогая, ты уверена, что это необходимо?
– страдальчески закатив глаза, с мольбой в голосе спросил высокий светловолосый мужчина. Он ловко балансировал на хлипкой лестнице, стоящей посредине комнаты, и обводил её грустным взглядом карих глаз. По всему помещению были хаотично разбросаны строительные материалы, банки с краской, кисти разных размеров и форм и прочие атрибуты его самого 'любимого' слова - ремонта.

– Степнов, ты прекрасно знаешь, что я отвечу, - отмахнулась от мужа женщина с темно-русыми волосами, азартно роясь в ящике с инструментами.
– ты этот вопрос каждый раз задаешь, когда я затеваю ремонт.

– А затеваешь ты его с завидной регулярностью, - прискорбно заметил мужчина, не отводя от жены взгляда побитой собаки. Женщина, поправив выбившуюся из косы прядь, гневно сверкнула светло-зелеными глазами:

– Дорогой, ты же знаешь, на меня не действуют твои штучки! Зомби будешь глазки стоить, а не мне.

Услышав слова жены, Степнов чуть не свалился с лестницы.

– А зачем зомби глазки стоить?
– фыркнул он, с обреченным видом принимая из рук жены кисть и банку краски.
– Они и так послушные..., - и совсем тихо: - не то, что некоторые.

– Дорогой, ты что-то сказал?
– мило улыбнулась женщина, как бы невзначай потянувшись к самой большой кисти, лежащей неподалеку.

Отец Коли быстро оценил опасность и начал красить потолок:

– Нет, дорогая, ничего.