Непроявленные пленки
Шрифт:
Виктор снял очки и откинулся на спинку кожаного кресла. Он внимательно посмотрел на Бернарда, будто ожидая от него ещё каких-то объяснений. Бернард не смог уловить какую-либо реакцию в его пронзительном взгляде, проникающем прямиком под черепную коробку. Виктор ловко мог скрывать свои эмоции и будто бы идеально видел других насквозь.
— Вполне устроит, — только и сказал он.
За стенами кабинета и вне рабочих вопросов Чилтон позволил себе более расслабленный вид. Бернард расспросил его об операции, но ничего кроме общих фраз о том, что «теперь всё хорошо», не услышал.
— Сам-то ты как? — спросил он, мягко улыбаясь. — Надеюсь, то, что тебя беспокоило, больше тебя не тревожит. По крайней мере, выглядишь более здоровым, чем в прошлый раз.
Бернард ощутил, как вдоль позвонков пробежался холодок. Виктор будто бы всё знал. И не только о том, кто нашёл кости в лесу, а ещё и то, что Бернард видел призраков. Чилтон словно бы вообще знал всё наперёд. Будто жизнь для него это заранее продуманная партия в шахматы. Он не требовал прямолинейного ответа, но умел разговаривать так, что человек готов был выдать всё сам.
— Всё в порядке, — осторожно произнёс уже заученную фразу Бернард. Ещё совсем немного, и скоро она вообще потеряет какой-либо смысл. Хотя сейчас было действительно «в порядке», так что он даже не соврал.
В прихожей Мария надевала пальто. Бернард учтиво предложил её подвезти, но женщина сказала, что хочет прогуляться, пока нет дождя. Чилтон поблагодарил её, она сказала ему что-то про уколы и препараты, которые ему назначили, и они расстались.
— Спасибо, что приехал, — сказал Виктор и улыбнулся. Почему-то в этот момент мужчина показался Бернарду уязвимым и... смертным. Может, из-за того, что Чилтон продолжал с силой опираться на трость.
«Возраст и болезни всё-таки берут своё.
Отбирают
».
— Передавай Юэну удачи на новом рабочем месте. Вы ведь с ним общаетесь, да? — с загадочной улыбкой сказал Виктор, похлопав Бернарда по плечу. И это прозвучало не как вопрос.
***
В отремонтированном бассейне витал дух старого бассейна. Количество дорожек осталось таким же — пять. Контингент прежний — большинство лиц так или иначе выглядели знакомыми. Бросалась в глаза обновлённая плитка, чуть более светлого оттенка, чем была прежде. Однако серый свет, льющийся сквозь растянувшиеся во всю стену высокие окна, всё равно поглощал пространство. Говорили что-то ещё про новую систему фильтрации воды, но обычным посетителям сложно было заметить разницу.
Бернарду, в общем-то, всё равно, капитальным или косметическим был здесь ремонт, важнее всего была вода, которая вытягивала излишек навязчивых мыслей. Физическая нагрузка здорово прочищала голову, и после тренировок Бернард чувствовал себя обновлённым.
Когда он остановился у бортика, чтобы перевести дыхание и оценить, на сколько «бассейнов» ещё хватит сил, его окликнул знакомый голос. Он даже не сразу понял, что обращаются к нему, но когда повернул голову, увидел на соседней дорожке сияющую улыбкой Эрику.
— Привет, — сказал Бернард, сдвинув плавательные очки на лоб и приблизившись к разграничителям.
На девушке был слитный чёрный купальник и такого же цвета шапочка.
— Не знала, что ты тоже тут плаваешь.
— Я ходил раньше, ещё до ремонта. Вот, захотел возобновить тренировки. А ты? Я тебя раньше не видел.
— Вообще я вожу младшего брата на занятия. И пока он плескается в детском бассейне, решила и сама плавать.
Бернард сложил руки на разграничителях и дружелюбно улыбнулся. Порозовев, Эрика скромно улыбнулась в ответ. Из-под её шапочки чуть-чуть выбивались светлые волосы, а уши без сережек-колец выглядели непривычно. Она неуверенно дотронулась до своей шеи и провела по ключице.
— Ты ещё долго будешь плавать? — спросила она.
— Планировал пару «бассейнов» и домой.
— Понятно. Я только минут десять-пятнадцать назад пришла, а занятия у брата длятся сорок минут, так что мне ещё долго.
— И сколько раз в неделю вы вот так ходите в бассейн с братом? — спросил Бернард. Он уже отдышался и даже ощутил, что начал охлаждаться, но чисто интуитивно хотел поддержать разговор, чтобы он не закончился неловкими общими фразами.
— Три раза. Во вторник и четверг в это время, и в субботу днём. А ты ходишь по каким-то определённым дням?
— Нет. Когда есть настроение после работы.
— Что ж, приятно видеть здесь знакомое лицо, — сказала Эрика. — И плавать даже становится не так скучно. Если будет настроение, приходи по вторникам и четвергам, — она дотронулась до уха, потом заправила выбившуюся прядь волос под шапочку. — Можешь мне даже заранее написать, когда решишь прийти.
Бернард задумался. Он мало с кем был знаком из тех людей, что встречались в бассейне. Многие знали его заочно — спасибо многолетней репутации «странного сына странного фотографа» — сейчас градус слухов определённо поубавился. На него почти даже не косились, либо люди научились делать это незаметно.
— Хорошо, — в итоге сказал Бернард. — Я напишу.
Он стянул очки обратно на лицо. Поправил их, и пока мышцы полностью не остыли, поплыл.
***
— Ты уверен, что тебе дали выходной, а не просто уволили? — спросил Бернард, когда они выехали из города на шоссе.
Ночью прошёл дождь, а наутро чуть похолодало и местами появился туман.
— Завтра узнаем, — усмехнулся Юэн.
У него был первый выходной. И вместо того, чтобы весь день отсыпаться, он вскочил рано и, громко напевая, заявился на кухню. Сидевший за столом Бернард посмотрел на него с лёгкой завистью — у парня даже намёков на синяки под глазами не было. Где брать столько энергии и выглядеть при таком графике свежо и бодро?..
Юэн уговорил Бернарда не ехать сегодня в студию, а поехать в то заброшенное кафе, которое они планировали посетить уже больше недели.
— Выходные у меня ещё будут. По крайней мере я надеюсь, что будут, вроде бы не подписывал контракт на рабство, — говорил он, с азартом поглощая завтрак. — Но я не уверен когда. В течение испытательного срока эти даты плавающие, поэтому мы не можем упускать такую возможность. К тому же погода благоволит. Дождь обещают только ночью, мы всё успеем сделать до наступления темноты, а вечером у меня репетиция с друзьями.
«Может быть, его организм вообще не знает, что такое усталость, эмоциональное выгорание, перенапряжение? И чем больше тратится энергии, тем больше её вырабатывается», — думал Бернард, озадаченно смотря на Юэна.
— Это ты мне говорил что-то про фанатичность? А сам-то хочешь куда-нибудь поехать сильнее меня.
— Именно. Я хочу выбраться. Сменить обстановку. За прошедшую неделю я даже не играл, только спал и работал. В таком режиме я быстро выдохнусь.
Бернард, конечно, высказал своё сомнение, но Юэн был непреклонен. Откровенно говоря, он сам давно ждал, когда у них появится возможность съездить в заброшку, и сегодня день был действительно подходящим для подобной вылазки. Глобальных и срочных дел в студии не планировалось, поэтому они быстро собрались и выехали.