Чтение онлайн

Резкая боль в ухе привела меня в чувство быстрее, чем того хотелось.

– Прости, я случайно! – затараторил Ойс. – Очень больно?

Отрицательно покачав головой, я осторожно потрогал кончик уха, который отрезал парнишка. Придется топать в медицинский пункт и самому обрабатывать ранку. Лекаря у нас не числилось – их просто невыгодно было присылать сюда. Обучение стоит дорого и занимает много времени, и поэтому прошедшие обучение лекари на Ррахе были на вес золота. В отличие от Стражей… Кто выжил – тот молодец. Одно радовало – лечебные снадобья поставлялись в наблюдательную башню регулярно.

Идя в медпункт, я еще раз бросил взгляд в сторону леса. Мне кажется, или туман продвинулся еще немного вперед? Остановившись, выбрал взглядом одно из деревьев, что стояли чуть впереди остальных. Этого ствола туман точно никогда не касался. Пойду обратно – проверю, как обстоят дела. Может, пора попросить лекаря выписать мне какие-нибудь отвары от паранойи?

Конечно, медпунктом это сооружение называл только я, по старой памяти. Здесь не было привычных таблеток и пластырей – только травы, припарки, настойки и лосьоны. И спирт. Им я и обработал ранку. Тщательно и качественно, чтобы исключить возможное воспаление. Мы жили в таких спартанских условиях, что горячая ванна считалась непозволительной роскошью. Честно говоря, гигиена среди Стражей вообще была на довольно низком уровне. И, пожалуй, к такому привыкнуть оказалось сложнее всего. Этот мир для меня вонял. Пахли грязные потные тела, пахла стираемая руками одежда, воняли сапоги. Конечно, это касалось далеко не всех моих товарищей, но тем не менее.

Закончив свои дела, я вышел на улицу, дошел до входа в башню и замер, забыв, что надо дышать. Ствол выбранного мной дерева скрылся в тумане.

Общее собрание созывали экстренно.

– Внимание! – прогрохотал командир Стражи в полной тишине. – Один из наших товарищей сегодня обнаружил нечто необычайное и тревожащее: туман начал наступление. Все мы знаем, что раньше такого не случалось. Граница с территорией Не-людей никогда не передвигалась. Я отправил конного гонца прямиком в столицу, но ответ мы получим в лучшем случае завтра. Судя по скорости наступления тумана, он будет у ворот нашей башни через тринадцать, максимум шестнадцать часов. Скорее всего, решение мне придется принимать самостоятельно. Есть вопросы?

Руку поднял Ярс. Я приподнял бровь и по привычке метнул взгляд в сторону Морта, вот только его место за столом пустовало уже неделю.

– Говори, новичок, – голос Ара был спокоен.

Ярс громко и натужно откашлялся.

– Разумнее всего отступить. Мы знаем, что туман опасен.

Раздались короткие смешки – никто и не ожидал от толстяка особой смелости. К удивлению Стражей, командир не поддержал всеобщее веселье. Обведя тяжелым взглядом наши ряды, Ар громыхнул:

– Кто-то из вас готов стать добровольцем и прямо сейчас прогуляться в туман? Никто? Почему тогда вы смеетесь над товарищем?

Весельчаки притихли. Я катал из хлебного мякиша шарик и думал, в какой непростой ситуации оказался командир. Если мы начнем отступать, жители окрестных поселений посчитают нас трусами, не способными их защитить. Но и бороться с туманом не имеет никакого смысла – все знают, что ни один из смельчаков оттуда так и не вернулся.

Пожалуй, не хотел бы я быть на месте Ара.

– Получается, ты все уже решил? – выкрикнул один из весельчаков.

– Да. И, если кто-то вдруг забыл, ваша главная задача – беспрекословно подчиняться моим приказом. Даю три часа на сбор вещей. Лишнего не брать. Оружие, сменная одежда, походное одеяло, паек.

– И куда мы пойдем? – упорный попался парень. Надо бы к нему присмотреться.

– Первоочередная задача – эвакуация жителей близлежащих поселений. Проблемы будут. Возможно, потребуется грубая сила. Будьте к этому готовы и морально, и физически. На этом все, свободны. Время пошло!

Я вышел из общего зала одним из первых – у меня осталось дело, которое надо было давно завершить, но я постоянно его малодушно откладывал. Невыполненное обещание грызло изнутри.

Склад встретил меня затхлым запахом и пылью, медленно и печально кружащейся в воздухе. Мы здесь почти не бывали – слишком тяжело было видеть личные вещи покинувших наши ряды товарищей. Часть из них отдавали по запросу родственникам, но это случалось редко. О тех, кто ушел в Стражи и не вернулся, старались не вспоминать.

Пришлось потратить почти полчаса, чтобы найти пожитки Маркуса. Их некому было отправлять. Я забрал только две вещи: его кресало и маленький рисованный портрет, на котором красивая темноволосая женщина обнимала ребенка. Сын был похож на отца – такой же русоволосый, вихрастый и голубоглазый.

В последний день перед поездкой сюда мы пили горькую травяную настойку, почти не пьянея, и перекидывались короткими, ничего не значащими фразами. Но когда я встал, чтобы уйти спать, Маркус меня остановил:

– Ван, погоди. У меня есть просьба.

Я оглянулся, удивленный его тоном. Маркус никогда ни о чем меня не просил.

– Знаю, что ты продержишься дольше. Твоя душа цела, хотя тело и пострадало из-за болезни. Когда придет мой черед, я хочу, чтобы ты забрал портрет моих жены и сына и отправил его моей двоюродной сестре. Она все знает. Адрес на изнанке портрета. Если не получится отправить – оставь себе. Не хочу, чтобы они лежали среди кучи пыльных и никому не нужных вещей.

Молча кивнув, я ушел в свою комнату, где полночи смотрел в потолок. У меня никогда не было жены и детей, но сочувствие к Маркусу жгло изнутри.

И вот теперь, глядя на маленький портрет, я пытался убедить себя, что души отца, матери и их сына встретились. Где-то там, в условном раю. Забавно – всю жизнь был ярым атеистом, но сейчас столь же яро хотел верить, что ошибался.

Положив вещи в карман, аккуратно поставил коробку с вещами Маркуса в самый дальний угол. Времени на сборы оставалось мало. Я поспешно зашел в медпункт, прихватил там пару настоек и почти бегом направился к корпусу с жилыми комнатами. Собрать свои немногочисленные пожитки было пустячным делом, но в очереди за пайком пришлось постоять. Выдающие работали очень медленно, из-за этого Стражи злились и позволяли себе грубые замечания. Я посмотрел на часы – до назначенного времени оставалось всего сорок пять минут, а мне надо было еще зайти к кастеляну за походным одеялом.

Обернулся к светловолосому парню, стоявшему за мной:

– Мне надо отойти. Скажешь, что я занимал?

– Да, Ван, – заметив мое удивление, Страж пояснил, – тебя здесь все знают.

По пути к кастеляну в голову пришла неприятная мысль: а ведь на меня тоже наверняка давно делают ставки.

Получив одеяло одним из последних, я вернулся в очередь за пайками, когда до меня оставался всего один человек. Везучий лисий сын. Так, кажется, здесь говорили?

Ровно через три часа во дворе башни стояли сто полностью готовых мужчин. Мне показалось, что Ар испытывал гордость, ведь, по сути, мы были просто разношерстным сбродом. И только его тренировки и муштра, хоть они и были редкими, превратили нас в тех, кем мы стали сейчас.

– В колонну по четверо становись! – пророкотал командир.

Здесь случилось несколько заминок, потому что разнообразные способы построения мы изучали не особо тщательно – Туманной Страже просто некуда было уходить.

В самом конце я позволил себе ненадолго оглянуться. Выглянувшее на мгновение закатное солнце освещало наблюдательную башню, золотя камни. Увы, его лучи были не способны проникнуть сквозь туман, который подполз еще ближе к последнему оплоту безопасности Рраха.