Чтение онлайн

Звук ее влаги на моих пальцах возбуждает меня. Я располагаю голову между ее ног и слизываю ее соки. Она вскрикивает от удовольствия. Она так сладко стонет, что я чувствую, как еще больше напрягаюсь.

Я крепко прижимаю язык к ее клитору, провожу по нему пальцами и облизываю, наслаждаясь ее вкусом на своем языке. Каждый нерв в моем теле возбужден, каждая клеточка во мне горит от потребности. Когда я ввожу в нее палец, ее стенки сжимаются, но немного ослабевают, когда я начинаю трахать ее им.

Ее глаза закрываются, голова откидывается назад, а выражение лица окутано экстазом. Моя грудь вздымается от гордости, что это я заставляю ее чувствовать себя так.

Я понимаю, что она вот-вот кончит, когда ее крики становятся громче и она крепче сжимает мои волосы. Я натягиваю и вытаскиваю пальцы быстрее, крепче прижимая язык к ее клитору.

— Блядь… да…, — кричит она. — Алексей… я кончаю…

Ее крики наполняют меня удовольствием и еще большей дикой потребностью. Я не останавливаюсь, пока ее кульминация не вырывается из нее. Она яростно дергается, и я поддерживаю ее одной рукой.

Поднявшись на ноги, я приникаю к ее губам. Она на вкус как «Негрони», а в сочетании со вкусом ее оргазма это опасное сочетание, которое сводит меня с ума.

Она целует меня в ответ, и я стону, углубляя наш поцелуй и прижимая ее к туалетному столику. Ее соски тыкаются в меня через платье. Я жажду прямого контакта, поэтому срываю с нее платье, а она начинает расстегивать пуговицы на моей рубашке.

Когда мы оба оказываемся полуобнаженными, я прижимаю наши тела друг к другу и снова целую ее, на этот раз более глубоко, жадно. Статическое напряжение, от которого поднимается каждый волосок на моем теле, выходит за рамки похоти. Это электричество и нечто большее.

Мы оба задыхаемся, когда я отстраняюсь. Я двигаюсь, чтобы расстегнуть ремень, но Ирина кладет свою руку на мою.

— Я сделаю это. — Говорит она мягким, знойным голосом.

Я позволяю ей прижать меня к стене и встать передо мной на колени. Моя эрекция вырывается на свободу, когда она стягивает с меня трусы и майку. Я хрюкаю, когда она обхватывает рукой ствол моего члена.

— Он такой большой, — шепчет она. Она накачивает меня, а ее взгляд прикован к бусинке спермы на кончике моего члена. — Интересно, поместится ли он у меня во рту?

Я ухмыляюсь.

— Почему бы тебе не попробовать?

Ее язык высовывается и проводит по губам, затем она берет меня в рот, слизывая сперва сперму.

Я стону. Предвкушение бушует во мне, как огонь. Я отчаянно хочу большего.

Ирина берет меня в рот, пока я не чувствую, как мой член упирается ей в горло, затем она начинает сосать и качать меня. Я хватаю ее за голову и трахаю ее лицо, пока ее глаза не слезятся, и она не задыхается.

— Блядь. Как же это, блядь, приятно. — Я вижу, вернее чувствую, что она впервые берет мужчину в свой красивый ротик, но у нее это хорошо получается. Ее зубы скрыты за губами, и она продолжает глубоко вводить меня. — Ты так чертовски хороша, детка.

Проходит совсем немного времени, и я чувствую, как нарастает мой оргазм. Ее рот приятен, но я бы предпочел кончить в нее. Я выхожу, помогаю ей встать на ноги и прижимаю ее к туалетному столику.

Боже, как она сексуальна. Изгиб ее попки идеален. Я на секунду прижимаю свой член к ее входу, а затем вхожу в нее. Она цепляется за края стола и сладко стонет, когда я вхожу в нее.

— Ты тугая, детка. Ты идеальна. — Я стону. — Ты моя.

Моя.

А я — ее.

Это странно. Я всегда требовал женщин для себя. Но до сих пор я никогда не отдавался женщине добровольно. Господи. Власть, которую Ирина имеет надо мной…

Я тянусь к ее рукам и сжимаю их за спиной. Каждый толчок глубокий, жесткий и властный. Я ускоряюсь по мере приближения кульминации, и когда она наступает, я кончаю с мощным стоном, изливая в нее свое семя.

Ирина сжимается вокруг меня, ее стоны переходят в крик, когда оргазм настигает ее во второй раз за сегодняшний вечер. Она дрожит от удовольствия, и ее стенки сжимаются, освобождаясь только тогда, когда я уже мягко вхожу в нее.

Я выскальзываю и поворачиваю ее к себе. Она рушится мне на грудь, задыхаясь. Она прекрасна.

Я откидываю пряди рыжих волос с ее лица.

— Давай приведем тебя в порядок.

Подняв ее с пола в стиле невесты, я несу ее в ванную и запускаю горячую воду. Мы намыливаем друг друга, прежде чем вернуться в спальню и забраться под одеяла. Мы по-прежнему оба голые.

Ирина кладет голову мне на грудь. Она пахнет ванилью и клубникой.

— Могу я спросить тебя кое — о чем?

Я провожу пальцами по ее спине.

— Валяй.

Она громко сглатывает и спрашивает:

— Что это была за женщина в клубе?

Я сразу же понимаю, о ком она говорит.

— Надя?

Она кивает головой.

— Да, она.

— Она никто. — Ирина очень чувствительна, не думаю, что ей понравится, если я назову женщину шлюхой, но все же я объясняю ей. — Надя — дочь Игоря. У нас был секс, но не более того, я даже долгое время не мог запомнить ее имени. Что она тебе сказала?

Ирина пожимает плечами.

— Что-то про то, что она согревает твою постель, и ты предпочитаешь ее мне.

Я почти смеюсь. Нет на свете женщины, которую я предпочел бы Ирине, потому что за все тридцать три года, что я провел на этой земле, никто и близко не смог заставить меня чувствовать себя так, как она.

Для меня Надя была не более чем шлюхой с рабочим ртом.

— Я никогда не предпочту тебе ни одну женщину, Ирина. Ты моя жена, моя вторая половина, — заверяю я ее. Я переворачиваюсь на бок и глажу ее лицо. Наши глаза встречаются. — Ты для меня все, Ирина.

Она моргает. Ее зубы впиваются в нижнюю губу.

— Значит ли это, что ты никогда не изменишь мне?

Я никогда не давал обещаний, которые не могу сдержать, и не собираюсь начинать сейчас. Именно поэтому я пристально смотрю в глаза Ирины, потому что хочу, чтобы она почувствовала честность в каждом моем слове. Потому что, что бы ни случилось, я никогда не причиню ей боль, как мой отец причинил ее Саше и моей матери. Я никогда не заставлю ее плакать и не разобью ей сердце.

— Я никогда не изменю тебе, Ирина. — Я целую ее в лоб. — В моей жизни никогда не будет никого, кроме тебя, обещаю.