Никем не победимая!
Шрифт:
Я сижу в лодке… Серые сумерки незаметно опускаются на землю; река неторопливо несёт свои прозрачные воды; покачивается на волнах лодка в которой я сижу… Где то там – по краям, стоит только повернуть голову или скосить взгляд, проплывают мимо берега. Но я не могу повернуть голову, или скосить взгляд: всё моё внимание забирает себе – без остатка, прекрасная незнакомка, сидящая напротив… Русые волосы падают локонами на плечи; светлое платье с игривыми цветочками обтягивает стройную фигурку, подчёркивая те места, которыми всегда любят наслаждаться мужчины – или поглядывать украдкой, а то и подглядывать… Широкополая кокетливая шляпа скрывает лицо, но ещё больше его скрывает кокетливая черная вуаль. Я гляжу, не отрываясь: стараюсь отгадать – кто ты, прекрасная незнакомка ? А она загадочно молчит и чуть улыбается, дразня… Ну кто же ты ? Нетерпеливо пытаюсь подняться с сиденья и дотянуться до неё, но чьи то сильные руки давят мне на плечи, заставляя опуститься на скамью ! А незнакомка продолжает улыбаться. Что за чертовщина ?!
Резко открыл глаза, приходя в себя… Над головой незнакомый потолок, который покачивается в такт движению. Движению ?!
– Проснулись товарищ командир ? – раздался рядом заботливый голос Рощина. Повернул голову – точно он. Осмотрелся: так это я в генеральском автобусе и куда то еду, покачиваясь на лесной дороге…
– И куда мы едем ? – хрипло выдохнул я.
– На станцию… - лаконично ответил Рощин и решил пояснить – вы заснули и мы решили вас не будить…
– А что с трофеями ?
– с трудом протолкнул с хрипом слова в горле.
– Да нормально всё товарищ командир – не первый раз замужем ! Парни знают своё дело ! Лейтенант поднялся, налил в стакан воды из бачка и протянул мне со словами:
– Вы лучше попейте, а то вы даже говорить нормально не можете… Выпил полстакана – полегчало. "Пробежался" по себе: слабость ещё есть, но жить уже можно. Опять я залез в "красный коридор"… Сначала бег 15 километров, да с большой скоростью вместе с "метаниями" над полем боя; ну и лечение раненых… Но не умер же – и ладно…
– А сколько я проспал ? – поинтересовался: неужели так быстро всё обобрали ? Рощин ухмыльнулся:
– Почти четыре часа товарищ командир ! Однако ! Или я спал, или лежал в "отключке"… Ладно: отдохнул, пора и делами заняться. Осторожно сел – вроде бы ничего… Рощин протянул развёрнутую плитку шоколада. Съел. Ну что – жить можно. А раз можно – значит будем жить ! Назло врагам Советской власти !
– Место засады мы уже давно проехали, значит скоро подъедем к станции… - жизнерадостно заметил Рощин и смутившись спросил:
– А этот Вязьмин вам зачем понадобился ? В голосе прозвучали ревнивые нотки. Конкурента опасаешься ? Зря. Меня надо опасаться !
– Помнишь я говорил: каждый солдат должен знать свой манёвр ! Так вот ты знаешь свой, а он будет знать свой. Вопросы есть ?
– Никак нет товарищ командир ! – вскочил лейтенант – вопросов нет ! Вот и славно… Каждый будет делать своё дело и лишь мне придётся делать сразу много дел. Но видно у меня судьба такая… Автобус дёрнулся, как вагон на сцепке и остановился. Я распахнул дверь…
Глава третья
Хочу и надо – за что награда…
На станции меня уже встречали: к автобусу спешил капитан Молодцов, руководивший засадой на пустоши; три комбата, разгромившие остатки дивизии; два комбата стажёров и командир батареи реактивных миномётов. К моим командирам пристроился и комдив 280й дивизии, вернее её остатков… Сначала, как водится, доклады комдивов, участвующих в операции: количество немцев, уничтоженных в ходе операции; количество уничтоженной бронетехники; количество трофеев… Ну и, под конец доклада – о скорбном: количество наших потерь – убитых и раненых… О убитых при разгроме остатков дивизии: больших, чем в лощине, я в курсе – сам там был, а вот потери Молодцова в засаде меня неприятно удивили: когда я убегал на помощь второй группе, разгром полка был уже практически завершён. И три убитых ?! Молодцов правильно понял мой недоумённый взгляд, ответил смущённо:
– Все убитые – при зачистке колонны… Недоглядело прикрытие; не среагировало на броски гранаты и автоматную очередь…
– Мало, значит их дрючили ! – процедил сквозь зубы – и ты, капитан, в ответе за эти смерти ! Молодцов побледнел, вытянулся:
– Готов понести любое наказание товарищ командир !
– Что толку с твоей готовности капитан ? Разве этим вернёшь погибших бойцов ? А ведь они верили, что их прикроют, когда шли на зачистку ! Молодцов молчал, только желваки "играли" на скулах…
– Всех прикрывающих на участках потерь – в новички ! ВСЕХ ! – рявкнул я со злостью так, что все, поневоле, втянули головы в плечи. – И перевести их на обычный паёк новичков – заелись, обленились !
– Ну а ты, капитан – Молодцов напрягся, даже дышать перестал - с получением ордена, которым тебя наградили, повременишь ! Парень с трудом удержал на лице равнодушное выражение, задавив рвущуюся наружу радостную улыбку – пронесло ! Что там орден – командир доверяет: оставил на прежней должности ! Посмотрел на командира батареи ракетных миномётов: тот раскрыл рот, намереваясь доложить, но я пресёк его попытку: ни к чему разглагольствовать о нашем секрете
– Каков процент попадания по наблюдениям корректировщиков ?
– 60-65 процентов товарищ командир – "сдулся" комбат ракетчиков…
– Значит почти половина снарядов – бесполезная трата ?!
– Мы изыскали возможность увеличить процент попаданий ! – выпалил комбат, уверенно глядя в глаза.
– Доложишь потом – отдельно… – поддержал командира ракетчиков. Вперёд решительно шагнул командир стажёров:
– Товарищ командир ! Разрешите вопрос ? – отчаянно выпалил он. Кивнул, понимая – что это будет за вопрос. И не ошибся…
– Товарищ командир ! – голос молодого комбата зазвенел от напряжения – мои бойцы готовы громить немецких захватчиков, а вы нас не взяли на операцию ! Вы что нам не доверяете ?! Молодой; горячий, но пока ещё глупый. Ну разве можно к командиру с таким вопросом, да ещё в таком тоне, да ещё после такого разноса ?
– По первых комбат… Ты зря назвал своих подчинённых бойцами: они стажёры и я из не переводил в разряд бойцов. Во вторых… О доверии и недоверии… Только я решаю: когда, кому что делать ! Если я не привлекаю вас – значит не считаю нужным ! Это понятно ?
– Никак нет – товарищ командир ! И я и мои… подчинённые считаем, что мы готовы драться не хуже бойцов, а может быть даже и лучше ! – выпалил комбат отчаянно ! У Молодцова и комбатов-ветеранов удивлённо поднялись брови – вот это заявка молодого, да дерзкого !
– Комбат – ты меня что – плохо слышишь ? Тогда обратись к медикам: может они тебе помогут… Лейтенант "залился краской" – покраснел как спелый помидор; открыл было рот…
– И прекращай эту бесполезную дискуссию – я всё сказал !
– раздражённо закрыл неприятную тему. Повернулся к комдиву… Тот шагнул вперёд и сказал добродушно улыбаясь:
– Спасибо вам товарищ майор, что помогли транспортом и накормили мои бойцов… Если это возможно: мне хотелось бы знать о дальнейших ваших планах – может мы сможем вам чем то помочь ? Да что за день сегодня такой – день удивлялок что ли ?
– У вас, товарищ комдив – своё начальство имеется: что оно вам прикажет – то и будете исполнять ! – не сдержался я. Хотя… - может он искренне хотел нам помочь ?! А чем он нам может помочь ?
– Вы, товарищ полковник… - добродушно продолжил я, стараясь смягчить свою резкость – лучше пришлите ко мне своих комбатов…