О камушках и рыбках
Шрифт:
– О, слухи о моей библиотеке уже и до ваших мест добрались, - усмехнулся Тристан.
– Люди болтают, что воинов в моей армии ровно столько же, сколько книг на полках, и число тех и других пишется с шестью нулями. Я, конечно, не считал... Но кажется, книг у меня все-таки больше...
– Ты знала? Нет, признавайся, ты знала!
– Альбин пристально поглядел на сестру.
– Понятия не имела!
– развела руками она.
– Я думала, что король Янтарного королевства - противный толстый старикан!
– Надеюсь, я не сильно тебя разочаровал?
– спросил Тристан с улыбкой, от которой Маргарита вспыхнула и засияла, так что стало очевидно - нет, не разочаровал ни капельки.
Альбин засмеялся от радости. Лучшего жениха для Маргариты он и придумать бы не смог.
Глава 16. Только не в тритона!
Прошел час. Или два. Альбин по-прежнему сидел на скамейке в саду и вдыхал аромат цветущих роз. А что ему, собственно говоря, оставалось?
Тут к нему - так и хочется сказать, подбежала, но принцессы ведь не бегают, - подошла быстрой походкой запыхавшаяся Маргарита.
– Вот ты где!
– А я никуда и не уходил отсюда с тех пор, как повстречал вас с Тристаном. Кстати, а где твой будущий супруг? Отбыл восвояси, перелистывать армию и муштровать книжки в библиотеке?
– Нет, Тристан сейчас здесь, во дворце, говорит с родителями. Он решил сразу же, без церемоний, им представиться и попросить моей руки, - сообщила Маргарита. Она выглядела немного ошеломленной, словно и сама не могла поверить во все происходящее.
– А ты уверена, что он - именно тот, кто тебе нужен?
– осторожно спросил Альбин.
– Ты ведь знакома с ним каких-то полчаса...
– Нет, уже два часа и сорок восемь минут, - возразила Маргарита, поглядев на крошечные бриллиантовые часики, прицепленные к поясу.
– Не знаю, Альбин, не знаю. Впервые в жизни мне хочется не рассуждать и анализировать, а просто радоваться и наслаждаться жизнью. И потом, Тристан - он такой... Такой великолепный! В него невозможно не влюбиться! Я не знаю, какая девушка устояла бы перед его чарами. Разве что слепая?
– Кей, например, устояла бы, - ревниво сказал Альбин.
– Или ты думаешь, что ей тоже захотелось бы прыгать на одной ножке при виде его белых чулок и шляпы с перьями?
– Нууу, я имела в виду только тех девушек, чьи сердца еще свободны, - лукаво сказала Маргарита.
– Кстати, о сердцах. Войны не будет, ты это понимаешь? Твоя королевская шкурка спасена! Женись, на ком угодно! Хоть на кочерге или маслобойке! Но лучше - на Кей. Теперь ты можешь смело делать ей предложение руки и сердца.
– Я сделал уже предложение руки и сердца, - мрачно сообщил Альбин.
– Сегодня утром.
– О боже, ушам не верю!
– возликовала Маргарита.
– А давай устроим две свадьбы одновременно!
– Свадьбы не будет, - прервал ее брат.
– Кей мне отказала. Мои рука и сердце ее не заинтересовали. Может, надо было предложить глаз и селезенку? Или что там считается ценным у девушек, не чуждых черной магии? Ногти мертвеца? Но я пока еще жив....
Маргарита усмехнулась.
– Больше всего в людях Кей ценит мозги. А ты, увы, этим редким артефактом не обладаешь....
– Давай, давай, погружай меня еще глубже в пучину отчаяния, - улыбнулся Альбин.
– И, между прочим, мои мозги тут ни при чем. Как ты упомянула, сердце Кей не свободно. Поэтому, наверное, она меня и прогнала...
Маргарита воззрилась на брата как на редкое и исчезающее животное.
– Что? Что ты на меня так смотришь?
– рассердился он.
– Ведь любому болвану понятно, что она в кого-то влюблена! Ты помнишь то шуточное заклинание поиска, которое она написала пару дней назад? Ведь в каждой строчке чувствовалась нежность... и любовь...
– Ну да, любому болвану понятно, - кивнула Маргарита.
– Но ты ведь у нас не любой болван. Ты болван особенный. Болван королевской крови.
Ничего не понимая, он смотрел на сестру. А она раскрыла расшитый жемчужинами кошелек, висевший на поясе рядом с зеркальцем, гребешком и часиками, и вынула из него небольшую, аккуратно сложенную бумажку. Расправила эту бумажку и с выражением прочитала:
... у него веснушки на правой щеке и на левой, и две на носу...
... у него отвратительный почерк, как будто курица писала лапой, причем левой...
... он всегда сгребает крошки от пирога в ладошку и съедает, и это так трогательно...
... он в профиль похож на смешную птичку...
... прежде, чем сесть на стул, он всегда смахивает с него несуществующую пыль...
... он не говорит "спасибо", а только "премного благодарен!" ...
– Продолжать?
– спросила она.
– Тут еще много.
– Достаточно, - сказал Альбин хмуро.
– Думаешь, мне так уж приятно выслушивать все это? Про какого-то там ...
– А я все-таки продолжу, ты уж потерпи, помучайся, - сказала Маргарита, - уж больно мне последние строчки нравятся:
... он черкает в моих книгах, и за это мне иногда хочется его убить....
... он пишет отвратительные стихи, но очень смешные...
... он камушек, а не рыбка, но я готова связать с ним свою судьбу...
... если я не превращу его в тритона в первую неделю после свадьбы, то у нас все получится....
И тут наконец до Альбина дошло.
– Кажется, я его знаю, - проговорил он изумленно.
– И я тоже его знаю, - фыркнула Маргарита.
– Он редкостный тупица.
– Нет, ты уверена?!
– В том, что ты тупица?
– Нет, в этом-то я и сам уверен, - махнул рукой Альбин.
– В том, что тут написано обо мне! Если мы ошиблись, она меня в тритона превратит! Она обещала!
– Ничего, - сказала Маргарита, - я посажу тебя в аквариум и буду кормить червяками и многоножками. Хотя многоножки - это, конечно, фу. Может быть, ты согласишься на крошки от бисквита?
– Если я стану тритоном, убей меня сразу, - сказал он мрачно. Сорвал с куста белую розу и решительным шагом направился в Сумрачную башню.