Чтение онлайн

Весь его вншній видъ въ эту минуту какъ-то оттолкнулъ меня. Необыкновенное счастье прошлаго вечера, наполнившее вс его карманы, сдлало его самонадяннымъ и самодовольнымъ. Во время нашего разговора онъ опускалъ голову, закрывалъ рукой лобъ, точно на немъ было позорное клеймо, которое онъ не хотлъ показывать, и въ глазахъ его, когда онъ поднималъ ихъ кверху, отражалась вся ихъ лживость. Но у него была самая красивая шея, какую только можно себ представить, и тонко очерченный, красивый ротъ.

— Ну, а вы какъ думаете объ этомъ? — повторилъ онъ свой вопросъ.

— Не мн объ этомъ судить, — отвтилъ я уклончиво.

— Другими словами, — пробормоталъ онъ, — вы не хотите понять словъ вполн разумнаго человка.

Онъ презрительно пожалъ плечами и нсколько разъ съ волненіемъ прошелся за своимъ прилавкомъ. Затмъ онъ остановился и спросилъ:

— А впрочемъ, чмъ могу вамъ служить, разъ вы потрудились притти ко мн?

Я назвалъ разные предметы, — первое, что мн пришло въ голову, въ сущности вовсе не нужное мн. Когда онъ завернулъ мои покупки, я ушелъ отъ него, не сказавъ больше ни слова.

Едва усплъ я вернуться въ гостиницу, какъ лакей кинулся мн навстрчу и принялся разсказывать, что курьеръ господина изъ Зинвара привезъ деньги. И отецъ Паво сидитъ теперь и ждетъ, когда откроютъ игорную залу. Но Паво ничего не знаетъ объ этомъ, и онъ не долженъ ничего знать. Ему, лакею, хорошо заплачено за то, чтобы онъ не говорилъ ни слова объ этомъ Паво.

Пробило пять часовъ, и какъ только открыли игорную залу, господинъ изъ Зинвара отправился играть. Онъ былъ въ сильно возбужденномъ состояніи и длалъ какіе-то странные жесты руками, точно произносилъ клятву или обтъ.

Принцъ и старый однорукій воинъ также сидли за игорнымъ столомъ. Недоставало только румына. Отецъ Паво прежде всего выкупилъ свои кольца.

— Я буду играть сегодня большими суммами, — сказалъ онъ крупье.

Теперь онъ казался спокойнымъ и важнымъ.

— Да поможетъ вамъ при этомъ ваша счастливая звзда, — отвтилъ крупье, почтительно кланяясь,

Игра началась.

Господинъ изъ Зинвара поставилъ три раза подъ рядъ на красное и выигралъ. Тогда онъ положилъ обратно въ бумажникъ свои деньги и продолжалъ играть на выигранныя. Онъ нсколько разъ пробовалъ ставить на тринадцатый номеръ, но проигрывалъ, затмъ ставилъ опять на черное и выигрывалъ. Теперь передъ нимъ на стол лежитъ уже порядочная куча денегъ; онъ играетъ безъ разсчета, не сообразуясь ни съ какими правилами, дерзко рискуетъ и, чтобы даромъ не терять времени, приготовляетъ, пока колесо еще вертится, слдующую ставку. Онъ даже не считаетъ денегъ, онъ точно въ какомъ-то экстаз. Его глаза случайно замчаютъ черный квадратъ на зеленомъ сукн стола, и онъ начинаетъ ставить огромныя суммы на этотъ квадратъ — и выигрываетъ. Да, онъ выигрываетъ теперь каждый разъ, этотъ черный цвтъ превращается для него въ настоящее неистощимое золотое дно. Вдругъ онъ какъ будто что-то вспоминаетъ, задумывается на минуту и глубоко вздыхаетъ. Колесо рулетки опять завертлось, но господинъ изъ Зинвара забываетъ поставить ставку. Хорошо извстная ему молоденькая двочка входитъ въ залу. Улыбаясь и красня, подходитъ она къ нему. Онъ замчаетъ ее и длаетъ жестъ, чтобы она ушла.

— Видишь ли, — говоритъ онъ, — ты пришла, и я забылъ поставить ставку.

Но вслдъ затмъ онъ ее подзываетъ. Колесо теперь остановилось, и шарикъ стоитъ на красномъ. Значитъ, это счастье господина изъ Зинвара, что онъ забылъ поставить на черный квадратъ. Онъ кладетъ одно изъ своихъ дорогихъ колецъ въ руку двочки и что-то шепчетъ ей. И лицо двочки покрывается яркимъ румянцемъ, она крпко зажимаетъ руку и выбгаетъ изъ залы.

А онъ продолжаетъ играть со все возрастающей смлостью и азартомъ. Онъ ставитъ на красное цлыя пригоршни золота и прибавляетъ еще нсколько тяжелыхъ свертковъ. Но вдругъ имъ овладваетъ какое-то сомнніе, онъ длаетъ движеніе рукой, какъ будто хочетъ взять ставку обратно, но все же оставляетъ деньги тамъ, куда поставилъ.

Колесо останавливается.

— Красное! — кричитъ крупье

— Красное, — повторяетъ господинъ изъ Зинвара, — и онъ улыбается всмъ окружающимъ и громко произноситъ:

— Опять красное! Да, у меня было предчувствіе, что оно опять выйдетъ!

И съ этой минуты онъ утрачиваетъ всякую способность мыслить, всякое сознаніе дйствительности. Часы бьютъ десять, въ залу входятъ заправскіе игроки, которые обыкновенно начинаютъ играть только въ этотъ часъ. Между ними находится и румынъ. Я забываю объ отъзд, не трогаюсь съ мста и слжу съ волненіемъ за игрой господина изъ Зинвара. Онъ, повидимому, даже не замчаетъ новопришедшихъ и не подозрваетъ, что многіе ставятъ на т шансы, на которые онъ ставитъ. Его удача какъ бы гиинотизируетъ его. Онъ играетъ крупными суммами и ставитъ на нсколько шансовъ за разъ. Капризъ, а можетъ быть внезапное предчувствіе заставляетъ его захватить полную горсть золота и поставить maximum на двадцать пятый номеръ. Три игрока слдуютъ его примру. Кругомъ вс шепчутся и ждутъ, что будетъ.

— Тринадцать! — говоритъ крупье. Проиграно!

Румынъ въ отчаяніи. У отца Паво является новая идея. Онъ слегка приподнимается съ своего мста и ставитъ опять maximum на Z'ero. Но никто не слдуетъ его примру, — такая азартная игра только отпугиваетъ всхъ.

— Z'ero!

Среди поднявшагося шума я слышу, какъ румынъ разражается проклятіями. Но вслдъ затмъ появляется Паво въ сопровожденіи лакея изъ гостиницы, который все же не утерплъ, чтобы не извстить его обо всемъ. И Паво тотчасъ же подходитъ къ отцу и, не говоря ни слова, беретъ его за плечи и встряхиваетъ его. Отецъ оборачивается, узнаетъ сына и покоряется своей судьб. Онъ понимаетъ, что никакое сопротивленіе не спасетъ его, да кром того онъ очень утомленъ.

— Какой ты злой, Паво, — говоритъ онъ. Машинально беретъ онъ свой послдній выигрышъ, собираетъ деньги и наполняетъ ими карманы. Онъ безпорядочно набиваетъ ихъ золотомъ и бумажками, беретъ въ руку не вошедшую въ карманъ толстую пачку бумажекъ, встаетъ и покорно идетъ за Паво.

Крупье кидаетъ яростный взглядъ вслдъ за удаляющимися. Игра пріостанавливается на минуту.

Поздне въ гостиниц разсказывали мн, что господинъ изъ Зинвара не только вернулъ весь свой проигрышъ, но выигралъ еще небольшую сумму, что-то около семи сотенъ.

Я въ глубин моего сердца порадовался за него и за то, что онъ все же побдилъ рулетку. Никто не игралъ съ такой наивностью и честнымъ намреніемъ, какъ онъ, а теперь онъ наврно на всю жизнь откажется отъ игры въ рулетку.

На слдующій вечеръ все было готово къ моему отъзду. Багажъ былъ уже отправленъ на пароходъ, счетъ уплаченъ, и все было въ порядк. Я сунулъ лакею бумажку и простился съ нимъ. Вки его быстро замигали, и онъ заплакалъ; и этотъ бдный малый поцловалъ мн руку.

— Хотите — врьте, хотите — нтъ, — говоритъ онъ тотчасъ же вслдъ за этимъ, вытирая глаза, — господинъ изъ Зинвара детъ съ вами на одномъ пароход,- онъ общалъ Паво ухать домой и ршилъ сдлать это какъ можно скоре.

Этотъ всезнающій, всевдущій человкъ преслдуетъ меня до послдней минуты своими разсказами.

Паво опять прочелъ цлую проповдъ отцу. Когда же его угроза обратиться съ жалобей къ князю Варивсу не подйствовала, онъ вытащилъ маленькій, совершенно негодный пистолетикъ и сказалъ, что долженъ къ великому своему сожалнію застрлиться, чтобы хоть этимъ спасти свою честь. Тогда отецъ пошелъ на вс уступки. Онъ дйствительно не желалъ потерять дружбы князя Варивса. Да притомъ же онъ вдь далъ Богу обтъ перестать играть, какъ только вернетъ свои деньги. Однимъ словомъ, господинъ изъ Зинвара согласился вернуться домой съ сегодняшнимъ пароходомъ.

— Прощайте! — сказалъ мн лакей, — вы наврно встртитесь съ нимъ на пароход.

Часы пробили пять.

И въ то самое время, когда открыли двери игорнаго зала, я отправился на пристань. Пароходъ грузилъ цлую партію цыновокъ. Нсколько минутъ спустя господинъ изъ Зинвара дйствительно пріхалъ въ сопровожденіи своего стараго лакея, и оба они были въ дорожныхъ костюмахъ. Много народа провожало его, но между ними не было Паво. Я подошелъ къ какому-то старику и спросилъ:

— Почему Паво не провожаетъ отца?