Отродье мрака
Шрифт:
Арли кивнул и быстро зашагал прочь, догоняя остальных. Архивариус глядел ему вслед, пока адепт не скрылся за силуэтами бродяг, семенивших у ворот и просивших подаяния. Какой-то человек потянул Вирла за рукав со словами: «Голодаешь, малец? Я же ви-и-ижу, голодаешь...»
?
Снова дорога. Снова тянулся вдаль поросший тривеском Вьющийся тракт, и стучали по нему колёса влекомых свинокрысами телег. Телег теперь было двое, и Пламя везли только в одной — баронесса всё-таки приняла дар Служителей, хоть поначалу и отнеслась к нему равнодушно. В роли провожатых оставались Лузи и Друзи, которые решили заработать побольше Пламени, с тем чтобы обжить незанятую пещеру где-нибудь у Гроттхуля, на замену разграбленным и сожжённым Свекольным Уделам.
Вьющийся тракт шёл теперь под откос, полого спускаясь книзу, где через много миль переходил в Срединные ярусы. Лузи и Друзи знали эти места не так хорошо, как пещеры близ Хальрума, и выясняя дорогу, часто спорили. Арли забавляла эта картина: два одинаковых человека, которые топают ногами и обзывают друг друга остолопами. И хотя случалось это почти на каждом привале, близнецы всегда умели прийти к согласию и ни разу ещё не ошиблись, определяя, через сколько путникам встретится стоянка или родник.
На второй день пути тракт внезапно начал пустеть. Поначалу казалось, что всему виной сократившийся поток товаров из Гроттхуля, — ведь известно, что тамошний князь славится заносчивостью, — однако на третий день им встретилась бригада испуганных рудокопов.
— Люди-без-огня там… — поведал один из них. — Вылезают из боковых пещер, на караваны нападают, на грибников, старателей... Вы бы не совались, а то монахов они с потрохами сожрут, даром что рожи у вас суровые.
— Уже и на тракт выходят… — задумчиво гладил бороду Грегори. — Не к добру это. — он оглянулся на адептов. — О нас не беспокойся, добрый человек. Управимся.
Памятуя о сражении в Свекольных Уделах, юные адепты с тревогой переговаривались и шли неохотно, но Грегори воодушевлял их проповедями, старался унять в них страх. Ярко полыхавшее за стеклом Пламя поднимало боевой дух Служителей — расположившись с боков, они чувствовали себя под защитой столь знакомого ярко-оранжевого света.
Дошли до перекрёстка, где от тракта отделялись два изогнутых тоннеля. Возле разбитого, перевёрнутого воза были раскиданы связки ценнейшей гроттхульской древесины, а позади в другой телеге виднелись гружёные мылом ящиики. Землю устилали, отражая свет Пламени, свежая кровь и внутренности, безобразно раскиданные вокруг обоза. Было тихо, но, стоило лучезарному свету Пламени просочиться в укромные отверстия и узкие щели, как по пещерам разнёсся пронзительный, безобразный вой.
Как не охватывала адептов дрожь при воспоминании о последней битве, как не желали они вернуться назад в Хальрум, узнав о предстоящей стычке, — на этот раз Пламя благоволило им. Уже не было того панического ужаса, смутившего их при первой встрече с людьми-без-огня; пламенные шары метались строго по команде Грегори, ворохи искр сыпались на врага в самый подходящий момент, низводя в ничто его исступлённую ярость. Адепты надвигались, отступали, сменяли друг друга в идеальном порядке, словно действовали не каждый по своей воле, но управлялись мановением наставника, чей холодный ум вёл их к победе. Один только Махо всё время трусил и держался позади остальных. Ни следа не осталось от его прежнего нахальной мины с тех пор, как он обмочил штаны в Свекольных Уделах. Арли льстило, как он, некогда главный зачинщик его травли, теперь сам служил посмешищем для остальных.
Наконец уняв Пламя, они насчитали около двух дюжин сожжённых дикарей. В воздухе пахло жареным мясом; догорала плоть, и мыло, растаявшее под воздействием температур, булькая стекало на дорогу.
— Вы хорошо сработали, — похвалил адептов Грегори. Арли вспомнились его слова: «В следующий раз, когда мы встретимся с опасностью, ты уже не дрогнешь». Ему стало противно. Он не хотел признавать, что наставник оказался прав.
— Люди-без-огня на Вьющемся тракте… — значительно проговорил Джошуа. — Воистину, смутные времена!
— Нужно удостовериться, что мы добили всех, — сказал Грегори. — Друзи, Лузи, есть тут поблизости тихое место, чтобы выждать и отдохнуть?
Близнецы переглянулись, будто желая согласовать мысли.
— В пяти сотнях шагах есть одна норка, — отозвался Друзи. — Там охотники раньше собирались, а теперь не знаем.
— Точно. Теперь не знаем, — повторил Лузи.
«Норка» располагалась чуть в стороне от тракта и своей формой напоминала реторту. Шершавые гофрированные стены, сочащиеся влагой, плавно сужались кверху, пока не переходили в узкий лаз, скрытый в тени под потолком. На полу виднелись следы давно выгоревшего костра; в кучке золы валялись осколки глины и опалённые косточки.
Грегори вопросительно поднял голову к притаившемуся под сводом пещеры тоннелю.
— Раньше тут жил зубатый червь, здоровенный и слюнявый, — пояснил Друзи. — Это из-за его выделений стены тут оплавлены. Когда охотники нашли эту пещеру, они червя закололи и освежевали...
— Так что теперь тут нечего бояться, — подхватил Лузи. — Говорят, шкуру червя преподнесли в подарок гроттхульскому князю, и с тех пор у него в чертоге здоровенное чучело!
— Вы ручаетесь за то, что здесь безопасно? — спросил их Грегори.
Близнецы одинаково закивали.
— За всё Шествие нам ещё ни разу не пришлось пожалеть, что мы выбрали вас провожатыми, — вдумчиво сказал наставник. — Так тому и быть, выждем здесь. Но надолго мы в этой пещере не задержимся.
Телеги и животных оставили возле входа. Ред, Махо и Росс были назначены в караул и следили за грузом, в то время как остальные расположились внутри пещеры. Адепты улеглись вдоль ребристых стен на своих походных тюфяках — минувший бой всерьёз истощил их силы. Слуги принесли горшки со съестным и развели костёр, намереваясь сработать ужин, а Грегори, распорядившись обо всём необходимом, сидел у костра и беседовал с Джошуа.
Лёжа на тюфяке, Арли чувствовал приятную жёсткость, которая была куда ближе к его койке в Цитадели, чем постель в замке баронессы. Первый день пути дался ему нелегко: он едва волочил ноги, терпя головную боль и необъяснимую жажду, но переносил всё молча, с достоинством, пока недомогание не пошло на убыль. К сегодняшнему бою он восстановился целиком — не без гордости вспомнилось ему, как сразу три человека-без-огня рухнули на землю, сражённые его Пламенем.
— Давно ты был в Гроттхуле? — услышал он хриплый голос Грегори.
— Кажется, лет двадцать назад, — отвечал, дергая себя за бакенбарды, Джошуа. — Вряд ли князь меня помнит, но слухи о его дурном характере шли уже тогда, хоть он едва успел вступить на престол…
Возле костра Арли заметил Нессу, которая помогала одной из служанок нарезать солонину. Он фыркнул и отвернулся к стене грота. Влажная заскорузлая поверхность сквозила сотнями маленьких отверстий, за многие сотни лет проделанных водой и ветрами. Арли стал всматриваться в эти отверстия и, сам того не понимая, провалился в глубочайший сон.