Чтение онлайн

Люстина хрюкнула в его ладонь, когда он двигал бедрами внутрь и наружу в ленивом, томном темпе. Если бы кто-нибудь наткнулся на них, ее бы наверняка вздернули и либо публично выпороли, либо казнили за такое отклонение. Согласно церкви, секс был строго предназначен для того, чтобы рожать детей, и без брака считался тяжким грехом. Секс ради удовольствия был запрещен.

И, клянусь Богом, она находила каждый дюйм тела барона приятным.

Ускорив шаг, он прижался губами к ее уху и прошептал:

– Ничто на этой земле не должно быть так приятно, как твоя теплая пизда, Люстина .

Прижав его руку ко рту, она ахнула через нос при звуке его грязных слов. Те, которые привели бы к мучительному наказанию, если бы епископ услышал, как он их произносит. И все же, что-то в этом взволновало ее. Глаза затуманились от похоти, она застонала, мысленно повторяя слова в своей голове.

– Тебе нравится, когда я говорю с тобой так грубо?

Она кивнула и снова застонала, когда он заполнил ее так глубоко, что ее живот напрягся.

– Ты моя леди, Люстина. Но когда мы вместе, вот так, я хочу, чтобы ты была моей шлюхой. Тебя это беспокоит?

Напротив, эта мысль взволновала ее. Возможно, потому, что он действительно относился к ней как к леди — единственный мальчик, который когда-либо относился. На самом деле, со времени их первого свидания в лесу она обнаружила, что он стал относиться к ней исключительно с большим почтением. Защищающий.

Даже ревнует.

– Сегодня вечером я буду трахать свою собственную руку под мысли о тебе. Рука, которая сейчас касается твоих губ, позже доведет меня до экстаза .

При этих словах она снова застонала, звук был приглушен его ладонью. Крошечные сокращения запульсировали внутри ее живота, ощущение, которое она замечала каждый раз, когда была с ним. Небольшие неконтролируемые толчки, которые, казалось, исходили от его плоти.

Вибрация, которая охватила ее внутренности, доя ее возбуждение.

– Каково это - грешить в той самой церкви, где святые люди дают свои обеты? Чтобы тебя забрали, как животное, в доме Святого Отца?

Ее колени почти подогнулись от его слов, все ее тело дрожало от оргазма, нарастающего внутри нее, как чайник, готовый закипеть. Она издала сдавленный стон, и когда он протянул перед ней другую руку и погладил ее чувствительную плоть, она уперлась ладонями в стену, пытаясь удержаться на ногах.

– Пожалуйста , - взмолилась она, прикрывшись его рукой.

– Тебе нравится, как мой член ощущается внутри тебя?

Она кивнула и запустила пальцы в камни, когда он провел пальцем по ее пульсирующему центру. От этого ощущения ей захотелось разрыдаться.

– Ты желаешь освобождения, Люстина?

Она отчаянно кивнула, всхлипывая в его руку, когда напряжение в ее теле достигло невыносимой интенсивности.

– Ты закричишь, когда я наполню тебя?

Еще один кивок, и она издала мучительный стон.

– Тогда дай мне свое освобождение .

Не в силах больше этого выносить, она откинула голову ему на грудь и позволила волнам удовольствия захлестнуть ее.

Пульс за мучительным пульсом заставляли ее кричать в его ладонь, как он и приказывал ей. Она едва могла стоять прямо, так как ее ноги стали слабыми и податливыми.

Он развернул ее и оторвал от земли, обхватив ее ногами за талию. Положив голову ей на грудь, он вошел в нее с отчаянной решимостью мужчины в поисках святого грааля. Он откинул голову назад, глядя на нее с благоговением коленопреклоненного рыцаря

перед своей королевой. Содрогнувшись всем телом, он издал тихий звук полного облегчения и крепко прижал ее к себе, наполняя теплом своего освобождения.

Его брови сошлись вместе, и он потянулся к ее волосам, поглаживая рукой длинные локоны цвета воронова крыла.

– Ты моя, навеки.
– Он прижался губами к ее губам, поглощая воздух из ее рта.
– И я принадлежу тебе .

Пряча улыбку, Люстина вышла из подвала, поправляя юбку своего платья. Свидетельство освобождения Иерихон стекало по ее бедрам, и при мысли о том, что она будет стоять перед епископом, пока оно высыхает на ее коже, ей захотелось рассмеяться.

Барон рискнул пойти в противоположном направлении, направляясь обратно к собору, чтобы встретиться со своим отцом, но не раньше, чем он улучил момент, чтобы полюбоваться на ее растрепанное тело, с грудями, выглядывающими из-под платья.

– Люстина , - окликнул ее знакомый голос, и она обернулась, чтобы увидеть Драйстана, пересекающего двор по направлению к ней.
– Могу я поговорить с тобой?

Его вид испортил ей настроение, и она застонала.

– Я бы предпочла этого не делать.

– Пожалуйста. Я обещаю, что просто хочу извиниться .

– Тогда извинись .

– Не могли бы вы, пожалуйста, уделить мне всего минуту вашего времени?

Раздраженно вздохнув, она скрестила руки на груди.

– Прекрасно. Говори то, что ты должен сказать .

– Не здесь .

Мольба в его глазах никак на нее не подействовала. Это был только риск того, что кто-то подумает, что они могут что-то замышлять, что заставило ее последовать за ним в подземелье, откуда она только что встретилась с Иерихоном. Неохотно заходя в нишу, где на ней только что было задрано платье, она остановилась перед одной из дверей.

Быстро оглядевшись вокруг, Драйстан открыл ее и втянул ее внутрь вместе с собой. В комнате потемнело, когда он закрыл дверь, единственный свет проникал через щели в дереве.

– Я не … Я не чувствую себя комфортно.
– Она направилась к двери, но не раньше, чем он преградил ей путь.
– Я хочу выбраться отсюда .

– Дай мне минутку. Мне нужно сказать тебе кое-что важное .

– Скажи мне, чтобы я могла заняться своими дневными делами. Мне не нравится находиться с тобой в этой комнате .

– Тебя беспокоит эта комната? Или я?

– И то,и другое .

– У меня есть признание.-Грубые ладони сжали ее руки, вызвав звон отчаяния в ее голове.
– Я не могу перестать думать о тебе. Это нечестивые мысли, которые приходят в голову. Порочные мысли о том, чтобы осквернить тебя .

От холодного и резкого толчка у нее перехватило дыхание.

– Отпусти меня. Сейчас же .

– Почему?

– Потому что я не буду потакать этим фантазиям с тобой .

– Но ты трахаешь моего кузена в подвале святого собора? Что за шлюха дискриминирует готовый член?