Паслен
Шрифт:
– Если ты имеешь в виду сам Паслен, то больше, чем многие, с которыми я здесь сталкивалась.
Каждый нерв в моем теле, казалось, гудел от его близости.
Близость, как ток, проходящий через меня. Отвлекающий и странный, он скручивал мой живот и ласкал бедра.
– Я чувствую это, - продолжал он, как будто не обращая внимания на ощущения, проходящие через меня.
– Тогда ты знаешь, почему многие здесь .
Я облизала внезапно пересохшие губы.
– Я верю .
От едва заметного падения его взгляда мои бедра дернулись от желания скрестить ноги, в то время как необъяснимое тепло разлилось по мне. Господи, неужели я чем-то заболела?
– Тогда ты осознаешь, что запах, который ты носишь, довольно необычен. Чистый и земной аромат. Живой. Что является загадкой, учитывая, где мы находимся .
Даже его голос внезапно стал глубже.
Так глубоко.
Раздраженная тем, что меня отвлекли, я прочистила горло и поерзала на стуле.
– Что это значит? Точно?
– Это означает, что, хотя некоторые могут быть невосприимчивы к нему, я могу заверить вас, другие могут находить его совершенно опьяняющим .
Отчаянно пытаясь сосредоточиться на его словах, я опустила взгляд, чтобы не пялиться на любопытную выпуклость в его брюках, которая идеально сидела на уровне моих глаз. У меня потекли слюнки. Почему, черт возьми, у меня вдруг потекли слюнки? Я проглотила слюну, скопившуюся у меня на языке. Сосредоточься.
– Ты хочешь сказать , что эта ... штука ... охотится на меня?
– Я не думаю, что это само по себе что-то может с собой поделать .
Опять этот голос.
Что-то было не так. Очень неправильно. Мое тело чувствовало, что оно выходит из строя, сигналы дают осечку внутри меня.
– Итак, мисс Рейвеншоу, как насчет того, чтобы вы проявили немного честности и рассказали мне, как вы на самом деле сюда попали?
Конечно, он должен был заметить, что что-то происходит.
– Я не … Я не чувствую … Я чувствую себя странно .
– Странно, каким образом?
Этот вопрос заставил меня усмехнуться. Как будто у меня были какие - то намерения сказать ему, что я испытываю непреодолимое желание расследовать это
выпуклость у него в штанах прямо сейчас.
– Это, эм ... мой желудок, я думаю .
– Твой живот , - сказал он ровным голосом и наклонился вперед.
Положив руки на подлокотники кресла, он заключил меня в клетку.
– Твой живот или твои бедра?
– Его взгляд скользнул к ним и снова ко мне.
– Кажется, они действительно немного сжимаются .
Я сжалась сильнее, мышцы горели. Дрожащая. До боли хочется, чтобы тебя схватили грубые руки.
– Я не знаю, что это такое. Я просто чувствую... это не я.
– Тогда, возможно, это другое "я" ответит на мой вопрос. Как ты попала в Паслен?
Услышав мягкое трепетание в верхней части моих бедер, я издаю всхлип, прочищая горло, чтобы скрыть нелепый звук.
Мой взгляд зацепился за небольшую часть его груди, выглядывающую между несколькими расстегнутыми пуговицами рубашки. И его запах.
Боже, этот аромат. Как будто все, что я когда-либо хотела, заключено в одном вдохе.
– Ты делаешь это со мной?
– Что делаю?
Так неприятно, что ощущение пронзает меня, словно я пытаюсь не нервничать во время просмотра фильма Генри Кавилла.
Он наклонился ближе, его губы коснулись моего уха, теплое дыхание самым восхитительным образом овевало мою кожу.
– Расскажи мне, как ты сюда добралась?
Я больше не могла этого выносить. Каждый раз, когда этот человек говорил таким голосом, я ерзала на своем стуле. К черту это.
– Камбион. Камбион помог мне перейти.
– Камбион .
Ощущение в моих бедрах ослабло, ток того, что поразило меня, уменьшился. Когда он наконец оттолкнулся, все это, казалось, рассеялось само собой.
Впившись ногтями в кожаное сиденье по обе стороны от меня, я прерывисто выдохнула.
– Я выпила чаю и... Упала с крыши в другой мир.
– Проснулась здесь .
– A, Чаю. И где именно ты нашла этого камбиона, который помог тебе?
– Чикаго. И поскольку я честна с тобой, как насчет того, чтобы ты поделился со мной немного откровенностью .
Подняв взгляд на меня, он снова скрестил руки на груди и обнял меня.
– Достаточно справедливо , - сказал он мне в спину.
Голова откинулась в сторону, я уловила его неясную фигуру только краем глаза.
– Я знаю, что ты знаешь о Пентакруксе. Мой отец послал меня к тебе. Я не знаю почему, но он это сделал.
Он обошел меня с другой стороны, как кружащая акула , направляясь к своему креслу. Все, начиная с его неторопливой походки и заканчивая тем, как он носил этот тщательно сшитый костюм, было хищным. И там я сидела, чувствуя себя уязвимой.
– Он чувствовал, что они угрожают мне, и верил, что ты ... Ну...что ты бы ...
Он провел большим пальцем по нижней губе, искорка веселья омрачила его взгляд.
– Что я бы что? Спас тебя? Защищал тебя?
– На это он усмехнулся.
– Я похож на героя одной из ваших книг, мисс Рейвеншоу?
Конечно, нет. Герои в книгах, которые я читала, были совсем не похожи на него. Они были нормальными, бесцветными и пресными. Ван Круа был бы коварным злодеем в этой истории, который видел их насквозь.
– Все, что я знаю, это то, что я не могу вернуться к своей старой жизни, пока не узнаю, преследует ли меня эта группа, или это часть какого-то тщательно продуманного розыгрыша. У меня есть теория, какой бы безумной она ни была.
– Какова ваша теория?
– спросил он со скучающим видом.
– Я полагаю, что Пентакрукс может быть... темными силами.
– Темные силы?
– Падшие. Пожалуйста, не играйте со мной, мистер Ван Круа. Я знаю, что тебе известно больше, чем ты признаешь.
Уголки его губ приподнялись в хитрой улыбке.
– Я могу заверить вас, что мое чувство игры гораздо более зловещее, чем скучный разговор о Падших .
– Я нашла перо в своей спальне. И на нем были странные символы. Странный символ, который мой отец называл Либидином. И еще один … Я не могу вспомнить, как он мог это назвать, но это было странно .