Чтение онлайн

Он был занозой в моей заднице с тех пор, как я себя помню, всегда хвастаясь тем, что у него есть, потому что у меня никогда не было счастливой шаблонной семьи и никогда не будет, о чем ему частенько нравится мне напоминать. Не знаю, почему мы не переносим друг друга, — мы бы и глазом не моргнули, если бы одного из нас отдубасили до смерти снежным шаром.

— Как поживает твоя мамка? — острит Карсон, когда я прохожу мимо него. — Все еще жалкая наркоманка?

Я останавливаюсь как вкопанный и невозмутимо смотрю на него, поскольку если он пытается унизить меня, то ему лучше постараться.

— Как поживает твоя мамка? — вызывающе спрашиваю я, самодовольно вскидывая бровь. — Все еще горячая задница?

Карсон стискивает зубы: его сильно бесит то, что его мать — образ для утех каждого его приятеля. Просто для того, чтобы насолить ему и его мудачьему отцу, я трахнул ее несколько месяцев назад.

Это было проще простого.

Прибывает свита Карсона, готовая защитить своего вожака на случай, если он вот-вот разрыдается. Они расхаживают вокруг с покачивающимися членами, в отличие от Карсона, который, если подумать, всегда кажется довольно сдержанным, когда находится в раздевалке.

Когда из-за угла появляется тренер Андерсон, кажется, что Карсон сдержан и рядом с ним.

Кулаки Карсона слегка сжимаются у боков, когда тренер похлопывает его по спине.

— Хорошая игра, Бекетт. Вы, мальчики, могли бы поучиться кое-чему у нашего квотербека.

Обычно я не проявляю никакого интереса к этому буйству, но Карсон действительно дергается, и мне интересно, почему. Его кулаки все крепче сжимаются.

Карсон замечает, что я наблюдаю за ним, и его неловкость переходит в ярость.

— Берегитесь, парни, — язвит он, скрещивая руки на широкой груди. — Думаю, Рэв заценивает ваши члены.

Эти безмозглые неудачники смеются и борются за получение доминирования над звуком струящейся воды в душе, бьющей по кафельным стенам. Эта помойка тестостерона, потных шаров и надменности, но в основе всего — увиливание Карсона. Он хочет переключить с себя внимание, что только усиливает мое любопытство.

Впрочем, я его не потешаю.

— Думаю, ты здесь единственный, у кого членовая зависть, учитывая то, что ты всегда одеваешься первым, — заявляю я, не прерывая зрительного контакта с Карсоном. — Не хочешь, чтобы твои клоны увидели, что у их большого и храброго лидера карликовый член?

У Фосса отвисает челюсть, а Черпак заглушает смех своей большой ладонью.

Я знаю, что сейчас произойдет, и я приветствую это, так как если этот уебок нанесет первый удар, то ему лучше убедиться, что он на хрен вырубит меня, потому что я не остановлюсь, пока не выбью ему все зубы.

Он набрасывается на меня, швыряя меня спиной к шкафчикам. Тупицы кричат, прыгая вверх-вниз, как дикие обезьяны в джунглях, пока подбадривают Карсона. Он бьет меня в рот, пока я громко смеюсь. Кровь стекает по губе и скатывается на пол.

— Это все, на что ты способен, ты, ублюдок с вялым членом? — насмехаюсь я, вытирая выступившую кровь с губ тыльной стороной ладони. — Неудивительно, что Дарси смеялась над тобой. Ты, блин, чмошник.

Я хотел добавить это, чтобы посыпать соль на раны, а также напомнить ему, что она никогда не будет его.

Он снова поднимает кулак, но на этот раз я хватаю его на лету и заламываю ему руку.

Начинается.

От толчка в грудь, что я использую в свою пользу, он отшатывается назад, затем набрасываюсь на него и наношу удар в голову. Один из парней толкает его обратно в схватку, когда Карсон вновь спотыкается.

Я бью его в челюсть и нос, который трескается — музыка для моих ушей.

Запрокидывая голову, я глубоко вдыхаю. Люблю запах победы.

Карсон надвигается на меня, но я низко прогибаюсь и бью его по ребрам. Как раз в ту минуту, когда собираюсь нанести апперкот, руки обхватывают меня за талию и оттаскивают в сторону.

— Достаточно! — это тренер Андерсон. — Вы двое, в мой кабинет. Живо!

Удивительно, что он не вмешался раньше.

Тренер Андерсон утаскивает меня, пока я скалю зубы в кровавой ухмылке, показывая средний палец Карсону, который привалился к шкафчикам, пытаясь перевести дыхание. Уебок умеет наносить удары, но я бы отрезал себе язык и сожрал бы его, прежде чем когда-либо признался ему в этом.

— Повеселись там, — говорит Карсон, выплевывая полный рот крови. Что бы это могло значить?

Тренер затаскивает меня в свой кабинет, захлопывая за нами дверь. Похоже, он принимает нас по очереди.

Во время драки с меня слетело полотенце, так что я стою в кабинете тренера с голым задом, и стою я горделиво.

— Я должен заключить тебя под стражу за тот трюк, который ты выкинул! — произносит он, обходя свой стол и садясь в свое потертое кожаное кресло. — Ты мог сломать Карсону руку.

— Так и было задумано, — самодовольно парирую я.

Кресло тренера Андерсона скрипит, когда он раскачивается вперед и назад… вперед и назад, его глаза осматривают мое обнаженное тело с головы до ног. Если это какая-то форма запугивания, то ему лучше постараться, так как он не первый чувак, который смотрит на меня таким образом.

Я высокий, мускулистый, но стройный, и это воззрение «меня ваще ничего не парит», похоже, только еще больше их приманивает.

Может быть, они видят во мне вызов, но в случае с тренером, думаю, он видит во мне кого-то, кого, по его мнению, он сможет эксплуатировать. Он вот-вот глубоко ошибется.

— Я не сообщу директору Йейтсу, но я ожидаю кое-что взамен, — говорит он, ясно давая понять, чего он хочет, когда смотрит на мои причиндалы.

— О, правда? — спрашиваю я, решительно глядя на него. — А чего именно Вы хотите? Сомневаюсь, что Вы желаете, чтобы я присоединился к Вашему маленькому дикому футбольному клубу, так что скажите мне, тренер Андерсон… Чего. Вы. Хотите?

Пауза между каждым словом, кажется, еще больше завлекает его.

— Думаю, ты знаешь, чего я хочу, мистер Блэквуд, — он ерзает в своем кресле.

— Нет, я действительно не знаю. — Если этот мудозвон чего-то от меня хочет, пусть перестанет говорить намеками и скажет, а когда он это сделает, я скормлю ему его язык.

— Тебе кто-нибудь говорил, что у тебя необычный оттенок глаз?

— Вообще-то, многие, — отвечаю я, скрещивая руки, не впечатлившись. — Но я уверен, что Вы притащили меня сюда не для того, чтобы поболтать о моих глазах.

Тренер Андерсон усмехается, и это усмешка хищника.

Он выдвигает ящик стола и выкладывает на него стопку бумаг. Он смотрит на меня, затем на них, как будто я должен знать, что это, блин, значит.