Чтение онлайн

Когда дверь закрылась, он подошел к кровати. Мегана слабо улыбнулась, а он сел на край постели, и осторожно взял ее здоровую руку.

— Ты слышала? Всё хорошо!

Его голос был хриплым от сдерживаемых эмоций.

— Я знала, что ты найдешь меня! — тихо сказала она — И спасешь! Верила...

В ее глазах не было упрека, только усталость, и надежда.

— Даже когда ты злился...

— Я больше никогда… — начал он, но она слабо сжала его пальцы.

— Не клянись. Просто будь рядом. Нам сейчас нужна твоя сила. Не та, что ломает, а та, что защищает.

Он наклонился и очень бережно, словно боясь коснуться, поцеловал ее в лоб.

— Все силы, что у меня есть! — прошептал он — Все!

За окном гроза отступала, грохот стихал, уступая место ровному шуму дождя. В комнате стало тихо, тепло и безопасно. Буря осталась позади. А впереди, сквозь страх и боль, пробивался новый, хрупкий и самый важный росток их общей жизни.

Коронация Эдмона прошла сдержанно, без королевской пышности. Слишком свежа была память о покойном короле, слишком зыбко чувствовал себя на троне новый монарх. Но формальность была соблюдена: в древнем соборе, под сводами, видевшими десятки поколений правителей, на голову Эдмона возложили тяжелую, усыпанную драгоценностями корону. Он выдержал церемонию, бледный как полотно, но не упал в обморок, что многие сочли добрым знаком.

Мегана наблюдала за церемонией из специальной ложи для знатных дам, рядом с другими женами сторонников Клауда.

Она видела, как Марианна, в платье цвета слоновой кости и с маленькой, изящной короной на золотых волосах, сжимала руку мужа, когда тот поднимался по ступеням к алтарю. Видела, как ее сестра улыбалась, но улыбка была напряженной, а глаза — слишком большими и испуганными.

После коронации Мегана осталась в столице. Ждать. Клауд отбыл в свою армию, но отложил любые силовые действия. "Ждем его шага" — сказал он коротко.

На этот раз, за ней не шпионили, а только охраняли.

Клауд доверился ей. И это доверие было для нее дороже любой клятвы.

Она встречалась с Марианной тайно, в маленьком, уютном будуаре новой королевы, подальше от ушей придворных. И с каждой встречей видела, как сестра меняется. Не в лучшую сторону.

В тот день Марианна выглядела особенно уставшей. Темные круги под глазами не скрывал даже искусный макияж. Она сидела, сгорбившись, в кресле у камина, хотя на улице было уже тепло.

— Он кашляет по ночам! — сказала она, не глядя на Мегану. — Так тихо, будто старается, чтобы я не услышала. Но я слышу. И каждый раз сердце замирает.

— Лекари что говорят? — спросила Мегана, подсаживаясь ближе.

— Говорят, что морской воздух помог бы. Что здесь, в этой сырости, в этом вечном стрессе ему не выжить.

Марианна подняла на нее глаза, и в них стояли слезы.

— Он пытается, Мегги. Он действительно пытается быть королем. Сидит над бумагами до рассвета, принимает послов, выслушивает советы. Но он тонет. Я вижу, как он тонет. И я не могу ничего сделать. Я королева, а я не могу даже мужа своего защитить.

Мегана взяла ее за руку. Рука Марианны была холодной.

— А он? Что он?

— Он говорит… что ты была права, — прошептала Марианна — Что корона — это не благословение, а проклятие для него. Что он несет ее, как каторжник — колодки. И что он хочет от них избавиться. Ради себя. Ради меня. Ради… ребенка.

Мегана замерла.

— Ребенка?

Марианна кивнула, и по ее щекам покатились слезы, но на губах дрогнула слабая, счастливая улыбка.

— Да. Я еще никому не говорила. Даже ему толком. Но я почти уверена.

Она положила руку на еще плоский живот.

— И я боюсь, Мегги. Боюсь, что если он останется здесь, под этим давлением, он не доживет до того дня, когда увидит своего сына или дочь. Он сломается.

Мегана чувствовала, как комок подкатывает к горлу. Ребенок. И у Марианны будет ребенок! Продолжение династии. То, чего не было в прошлой жизни у нее с Эдмоном. И то, что могло все изменить. Или все усложнить. Возможно, Эдмон захочет оставить корону своему, еще не рожденному, наследнику.

— Поздравляю, сестренка! Это такое счастье! Но…что вы, в теерешнем положение, с учетом твоей беременности, будете делать? — спросила она.

— Мы хотим уехать! — выдохнула Марианна — Уехать далеко. К морю, как он мечтает. Где тепло и он может дышать полной грудью. Где он сможет просто жить. Быть мужем и отцом. А не королем.

Мегана тоже выдохнула.

— Твой муж уже думал об этом! — тихо сказала она — Он говорил мне об отречении. В пользу Клауда.

Марианна кивнула, вытирая слезы.

— Он говорит об этом все чаще. Говорит, что Клауд силен. Что он справится. Что он, может быть, и не добрый, но справедливый. И что он доверяет тебе. Что если ты рядом с ним, то он не станет тираном.

Эти слова, повторенные из уст сестры, поразили Мегану. Доверие, которого она, с ее ложью и манипуляциями, не заслуживала.

Но, вслух ничего не сказала. Не нужно ни сестре, не Эдмону, знать о ее прошлых, и нынешних, интригах.

— А советники? Двор? — спросила она — Они позволят?

— Они позволят, если у них не будет выбора! — сказала Марианна, и в ее голосе вдруг прозвучали стальные нотки — Если король будет слишком болен, чтобы править. Если единственный наследник — Клауд. Законный, по крови. И с армией за спиной. У них не будет выбора, Мегги. Или они примут Клауда, или страна погрузится в хаос борьбы за власть. А о моей беременности им знать пока не нужно.

Мегана смотрела на сестру, пораженная. Марианна, эта тихая, наивная девочка, продумала все. Или ей помогли продумать. Возможно, сам Эдмон. Они строили не просто побег, а политический маневр. Маневр, который давал Клауду корону без борьбы, а им, Эдмону и Марианне — свободу.

— Ты готова к этому? — спросила Мегана — Отдать корону? Стать просто леди Марианной, живущей у моря?

— Готова ли я?

Марианна рассмеялась, и смех ее был горьким.

— Мегги, я каждую ночь молюсь, чтобы это случилось как можно скорее. Я ненавижу эту корону. Она тяжелая, она колет, и она отравляет все, чего она касается. Я ненавижу эти приемы, где на меня смотрят, как на экспонат. Ненавижу интриги, шепотки за спиной. Я хочу простой жизни. Сада у моря. Здорового мужа. Здорового ребенка. Вот и все мое королевство.