Чтение онлайн

— Нечестно, — покачал головой Макс, но в глазах его плясали смешинки.

Я улыбнулась, глядя на них. Такие тёплые, родные отношения.

— А Людмила Вячеславовна не ездит сюда? — спросила я, вспомнив мать Макса.

Марк Андреевич махнул рукой.

— Неее, — протянул он. — Она больше городская. Ей подавай городскую суету. Даже летом.

— Привыкла, наверное, — сказала я.

— Привыкла, — согласился он. — Питерская штучка. Ей тут и комары, и трава, и вообще… не её.

— Зато нам хорошо, — вставил Макс. — Мужской клуб.

— Точно, — кивнул отец. — А женщины пусть в городе суетятся.

Мы посмеялись. А я подумала, что такие простые разговоры — лучшее лекарство от душевной боли.

Вечерело. Солнце уже клонилось к закату, раскрашивая небо в розовые и оранжевые тона. Я шла по пыльной деревенской дороге, наслаждаясь тишиной и покоем. Зашла в местный магазинчик, купила воды и печенье для сестёр.

Телефон зазвонил. Тётя Вера.

Я удивилась — она редко звонила просто так. Обычно по делу или поздравить с праздником.

— Лиза, — начала она без предисловий. — Я не знаю, что происходит, но приезжал какой-то амбал на внедорожнике. Весь из себя такой, москвич. Накаченный, руки большие, плечи широченные. Тебя искал.

Сердце пропустило удар.

— Какой амбал? — спросила я, хотя уже знала ответ.

— Ну такой… чёрные волосы, глаза серые, — описала тётя. — Сказал, что ты его девушка и нужно срочно поговорить. Но я подумала — ты бы ему сказала, куда уехала. А раз не сказала, значит, случилось что?

— Тётя Вера, вы только маме не говорите! — выпалила я.

— Лиза, что случилось? — в голосе её появилась тревога.

— А вы сказали, где я?

— Нет-нет, ты что! — заверила она. — Мало ли кто это. Сказала, что бы сам разбирался с тобой. Адрес не дала.

— Спасибо… — выдохнула я с облегчением.

— Лиза, скажи честно, — тётя Вера понизила голос. — Это коллектор?

Я рассмеялась. Невольно, нервно. Что еще могла предположить тетя Вера, увидев серьезное лицо Демида и его габариты, а плюсом ко всему его черный внедорожник.

— Нет, тёть Вер. Это… начальник мой.

— Начальник? — удивилась она. — А представился парнем.

— Ну, эм…

— Он что, влюблён в тебя? А ты прячешься? — тётя Вера явно вошла в роль следователя. — Глаза у него, конечно, бешеные были. Умолял сказать, где ты. Это… как его… сталкер, что ли? Ну как в сериалах.

Я снова рассмеялась. Сквозь слёзы.

— Нет-нет, просто…

— Поругались? — догадалась она.

— Да, — выдохнула я. — Можно сказать и так.

— Поняла, — сказала тётя Вера. — Ладно, Лиза, ты держись. Если что — звони.

— Хорошо, тётя Вер. Спасибо.

Я повесила трубку и застыла посреди дороги. Он приехал. Он ищет. Он нашёл Петровское, но не узнал, где я. Пока.

Я сглотнула и пошла дальше. Сердце колотилось где-то в горле.

Два часа дороги. Два часа, которые растянулись в бесконечность.

Я гнал машину по трассе, не чувствуя ни скорости, ни времени. За окнами мелькали поля, перелески, маленькие деревушки, но я ничего не замечал. Перед глазами стояла только она. Лиза. Её улыбка, её глаза, её голос, когда она шептала «папочка».

Мысли терзали, рвали на части. Что я ей скажу? Как объясню? Поверит ли? А если не поверит — что тогда?

Навигатор отсчитывал километры. Сто пятьдесят… сто двадцать… сто… Я сжимал руль так, что костяшки побелели.

Наконец указатель: «Петровское». Я свернул с трассы на просёлочную дорогу. Машину начало трясти на ухабах, но мне было плевать.

Деревня встретила меня тишиной. Старые деревянные дома с резными наличниками, покосившиеся заборы, куры, копошащиеся в пыли. Где-то лаяла собака, пахло сеном и коровами. Небо здесь было чище, воздух прозрачнее — и от этого контраста с Москвой становилось ещё больнее.

Я медленно ехал по улице, вглядываясь в номера домов. Пятнадцатый… где же пятнадцатый?

Вот он. Дом 15.

Я остановился, заглушил двигатель и вышел. Сердце колотилось где-то в горле, руки дрожали. Я подошёл к калитке, вцепился в неё, будто она могла удержать меня от падения.

Из-за дома вышла женщина. Лет пятидесяти, в простом ситцевом платье, с половником в руке. Увидела меня, нахмурилась, остановилась.

— Это кто тут трется у моего забора, а? — спросила она строго, оглядывая меня с ног до головы.

— Здравствуйте, — выдохнул я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Я ищу Елизавету Павловну Волкову. Вы… её мама?

— А зачем вам Лиза, а? — она прищурилась, и в этом прищуре было столько недоверия, что я понял — просто так она ничего не скажет.

— Поговорить нужно, — я сглотнул. Горло пересохло, слова давались с трудом. — Очень. Вопрос жизни и смерти.

— Чьей? — усмехнулась она.

— Моей, — ответил я честно.

Она хмыкнула.

— Ишь ты, романтик московский, — покачала головой. — А ты кто ей будешь, а?

— Мужчина её, — сказал я, глядя ей в глаза.

— О как, мужчина, — она усмехнулась. — А что ж не знаешь, где твоя женщина, а? Что-то не похож ты на её парня!

— Да, чёрт, — я провёл рукой по лицу, чувствуя, как отчаяние заливает грудь. — Я её, она моя. Это сложно объяснить. Но мне нужно её найти. Очень нужно.

— Ага, конечно, — фыркнула она.

— Лиза здесь?

— Нет, её здесь нет.

— Уехала?

— Не приезжала. Не живёт здесь.

— Как? — я опешил. — Прописка же…

— С детства, — перебила она. — А теперь живёт в Москве. Только в гости иногда приезжает. Но сейчас её нет.

— А её мама где живёт? И сёстры? — спросил я с надеждой, чувствуя, что это последний шанс.

— Ага, так я и сказала чужому человеку, — усмехнулась женщина. — Я тебя, москвич, первый раз вижу. Может, ты маньяк какой? Или коллектор?

— Да нет же! — почти крикнул я. — Я… я люблю её. И мне нужно объясниться. Пожалуйста.

— Всё, уезжай давай, — махнула она половником. — Нечего тут.