Чтение онлайн

— Дем, — выдохнул он. — Вы оба безумцы.

— Знаю, — усмехнулся я. — И мне это нравится.

— И что дальше?

— А дальше, — я допил пиво и поставил стакан. — Завтра она принесёт трусики. Или нет. Но я её найду. И трахну так, что она забудет, как её зовут.

— Охренеть, — покачал головой Кир. — Ладно, поехали. Завтра новый день. Новая охота.

— Ага, — я встал, бросил деньги на стол. — Поехали.

Мы вышли из бара и я сел в машину. Кир поехал на такси, а я остался один в тишине салона, с мыслями, которые разрывали голову.

Блядь.

Как вычислить? Как до неё добраться?

С личного телефона пишет, явно. Не с рабочего, не с корпоративной почты. Значит, номер я не пробью — анонимка, временная симка, чёрт знает что. Но почта… Почту можно попробовать, но там тоже, скорее всего, левак.

Я откинулся на сиденье и закрыл глаза.

Член на взводе, мысли в кашу. Только она. Только её слова, её фото, её следы на теле, которые она мне показала.

«Помню, как на коленях стояла…»

Ишь что пишет. Помнит. Сосать ей, видимо, понравилось. И не сказать, что профессионалка — скорее, энтузиастка. Голодная, жадная, готовая учиться и брать всё, что дают.

Да, сука такая, что от одного её взгляда и язычка я готов был кончить тут же, в ту ночь. Еле сдержался, чтобы не опозориться, как малолетка.

Я завёл двигатель, но не тронулся с места. Смотрел в темноту и думал о завтрашнем дне. Принесёт трусики? Или нет?

И тут телефон запиликал. Уведомление.

Я глянул на экран и похолодел.

Бывшая.

Та самая, что пять лет назад разбила мне сердце, изменила с каким-то левым хером и ушла, даже не обернувшись. Пять лет молчала. И тут — на тебе.

«Демид… может встретимся? Как в старые добрые»

Я сначала не поверил своим глазам. Перечитал раз, другой. Она. Собственной персоной. Пять лет тишины — и вдруг «как в старые добрые».

Блядь.

Я набрал ответ, даже не думая:

«Ты охуела?»

Отправил и замер. Через минуту — ответ:

«Ну чего ты как маленький. Не обижайся. Может, я тебя забыть не могу.»

Я усмехнулся. Забыть не может. А когда трахалась с другим в нашей постели — тогда могла?

«А я с радостью тебя забыл.»

Отправил и заблокировал номер.

Всё. Точка.

Я завёл машину и выехал с парковки. В голове крутилось одно: контраст. Та, бывшая — красивая, правильная, из хорошей семьи. И та, ночная — развратная, смелая, готовая на всё. Которая пишет «мой хозяин» и присылает фото своих синяков.

И ведь бывшая никогда такой не была. С ней было скучно, правильно, по расписанию. А эта…

— Сука, — прошептал я в темноту салона. — Где ж ты?

Дома я лёг в кровать и долго смотрел в потолок.

Завтра. Завтра всё решится. Или она принесёт трусики — и я пойму, что она моя. Или нет — и игра продолжится.

Но я её найду. Чего бы это ни стоило.

Я шла в офис как на эшафот.

Нет, даже хуже. На эшафоте хотя бы быстро — раз, и готово. А тут целый день сидеть, работать, делать вид, что всё нормально, и при этом знать, что под строгой юбкой — ничего.

Совсем ничего,кроме колготок…

Сердце колотилось где-то в горле, когда я заходила в здание. Кивнула охране, прошла через турникеты, поднялась на лифте. В коридорах пока пусто — только уборщицы шуршат тряпками, да где-то вдалеке разговаривают охранники.

Раннее утро. Лучшее время для маленьких преступлений.

Я зашла в приёмную, бросила сумку на стул и выдохнула. Руки дрожали. Я села, попыталась успокоиться, но мысли скакали как бешеные.

Как блин просидеть весь день в одних колготках без трусиков? Это же безумие!

Я полезла в сумку, нащупала ежедневку и быстро прошмыгнула в туалет. Приклеила — так хоть чуть-чуть комфортней, не будет ощущения, что совсем голая. Хотя… ощущение «совсем голая» осталось. И это заводило похлеще, чем пугало.

Вернулась на место, посмотрела на часы. 7:15.

Надо подложить трусики тогда, когда он не ожидает. Слишком рано — в офисе мало народу, он может заподозрить, что это кто-то из своих, кто имеет доступ. Слишком поздно — подумает, что я струсила.

Надо вовремя.

Я прокручивала в голове его расписание. Между 7:55 и 8:15 он обычно выходит из кабинета — идёт на планерку или просто кофе пьёт. В это время в приёмной может быть кто-то из сотрудников, курьеры… Рискованно. Слишком.

А если подбросить так, чтоб он не сразу заметил? Прямо с утра? А когда спросит — сказать, что в ящике стола? И пусть потом сам догадывается, кто и когда.

Да. Так и сделаю.

Я посмотрела на часы. 7:20. В офисе никого, камер у него в кабинете нет. Идеально.

Я встала, подошла к его двери, прислушалась. Тишина. Открыла — пусто. Зашла, быстро подошла к столу, открыла верхний ящик и бросила туда трусики. Чёрные, кружевные.

Закрыла ящик, выскользнула из кабинета и села на своё место.

Сердце колотилось так, что, казалось, его слышно во всём офисе.

Я сидела, смотрела в монитор и пыталась дышать. Без трусов. Под юбкой — только колготки и ежедневка. И адреналин плещет через край.

Боже, что я творю?

Через полчаса начали подтягиваться сотрудники. Кто-то здоровался, кто-то пробегал мимо. Я кивала, улыбалась, делала вид, что всё как обычно. А сама думала только об одном: в его столе лежат мои трусики. А я сижу без них.

Ровно в 7:45 дверь лифта открылась, и вышел он.

Демид Александрович. В идеальном костюме, свежий, выбритый, с кофе в руке. Прошёл мимо моего стола, бросил короткое:

— Доброе утро, Лиза.

— Доброе утро, Демид Александрович, — ответила я ровно, глядя ему прямо в глаза.

Ни одной эмоции на лице. Ледяная глыба.

Он скрылся в кабинете, а я выдохнула. В голове неслись мысли: он там. Сейчас сядет за стол. Откроет ящик. Увидит.

Что он подумает? Кого заподозрит?