Чтение онлайн

Конвойный отвел его в комнату. Пустующая спальня, в углу — железная кровать и тоненький матрас, расстеленный поверх. Оконные стекла особой толщины, из нескольких прозрачных слоев, сквозь которые искажается любой свет, любой врывающийся снаружи образ, отчего кажется, будто комнаты превращаются в аквариум, одновременно радужный и матовый, словно смотришь на мир сквозь лужу бензина.

Но полковнику все равно: он даже вздохнул с облегчением, убедившись, что будет жить один — единственная деталь, которая его волновала. Не произнеся ни слова, он окинул комнату взглядом, хотя окидывать было нечего. Конвойный неловко (ему тоже неловко) прочистил горло, издав звуки, походившие на трение наждачной бумаги. Он тщательно подбирал выражения, обращаясь к излишне молчаливому и отстраненному полковнику, пытался как-то заполнить пространство. Практически с извинением в голосе он произнес: «К сожалению, из-за шумного Отвоевания здесь будет сложно уснуть».

«Я не сплю», — ответил полковник.

О вы, мученики, являющиеся

мне во тьме

ведь я должен обратиться именно к вам

с кого же из вас начать?

Я опасаюсь ночи, как добыча —

хищника

каждый вечер я гляжу на солнце

в надежде, что сегодня оно не упадет

за горизонт

оно одно держит вас на расстоянии

вас, моих мучеников, моих палачей

вас, моих терзателей

но каждый вечер оно заходит

падает, исчезает, и тогда вы оживаете

в моих глазах

за веками, зажмуренными

изо всех сил

вы являетесь, воплощаетесь

впотьмах

в моей комнате

и я вижу вас сквозь

зажмуренные веки

кто из вас явится меня терзать

этой ночью?

ты, Ихтиандр

самый первый

самый первый, кого я обратил в ихтиандра

и бросил в ядовитую

воду

в омертвевшую воду

ты, человек, чье имя я позабыл

но образ тела, сраженного

расчлененного

тела, которое нельзя назвать телом

ни на что не похожего

ставшего почти

смехотворным

гротескным

тело, которое нельзя назвать телом,

знаете ли

нужно напрячься, чтобы вспомнить:

когда-то

это был человек

личность

с чувствами

мечтами

и

драмами

кожа была кожей, а не

сплошной ссадиной

свежая рана, кровоточащая рана

сложно поверить, что способен вынести

человек

да вы и не поверите

сколько он может вместить боли

и страданий от страха

рвущейся плоти

я тоже раньше не верил, но теперь

верю

я знаю, я видел

своими глазами

своими руками

ведущими руки других

палачей

истязателей или

тех, кто

иногда берет дело в свои руки

ведь если хочешь что-то сделать хорошо

сделай это сам

тот же принцип в пытках

в искусстве допроса

сломать человека

замучить

свести с ума

разрушить его тело

кожу

члены

зубы

ногти

знаете ли, это искусство

я остался простым ремесленником, но

я знавал

эстетов

этой церемонии

режущих под музыку

таких не рвет вечерами

и глаза блестят, когда они выдирают

чужие глаза

я знавал таких, но не пополнил их ряды

простой ремесленник, а не эстет

хотя для тебя, Ихтиандр с растерзанным

разорванным

разрушенным телом

это вряд ли

что-то меняет

и теперь твоя очередь пытать меня

ломать меня

каждую ночь

каждый вечер

твоя и твоих сородичей, моих жертв,

вас это