Последний день может стать первым
Шрифт:
– От чего скингеры так нервничают?
– Они не нервничают, это агония.
– Они нервничают. И ты тоже. Оно и понятно – ты ведь так долго не протянешь… Я знаю – твоя болезнь тебя скоро погубит.
– Что за бред?!
– Ты же сказал, что тебя поразил сарказм. От него умирают очень быстро.
– С чего вдруг?
– Нас тоже убивает что-то подобное. В древних легендах рассказывается о том, как человек дал нам имя врага, но не дал оружие…
– Не путай сарказм с саркомой!
– Я ничего не путаю. “Это” что-то вроде “того”.
– Ну да. Если так посмотреть, чужеродное образование в сознании или в организме – все едино – чужеродное образование. А вообще паразита с верным соратником ровнять не следует.
– Так это разные заболевания?
– Безусловно.
Уселся на диван, согнав скингера и стряхнув клок его серебристого меха – поставил излучатель упором в пол, оперся на него, как на костыль, и наклонился к Серому коту, примостившемуся у моих ног. Ничего, сейчас и эта любознательная шкурка с хвостом деру даст… Я уже заметил, что это серьезный, деловой и уверенный кот, иногда даже его взгляд кажется осмысленным.
– Бывает, что в иммунной системе происходит сбой – клетки изменяются, перерождаются в паразитов, разрастаются в злокачественную опухоль, которая быстро расползается, увеличивается и испускает в организм яды. Только сразу предупреждаю, не сравнивай систему развития опухоли с моделью нашего общества.
– Упреждать такую бестактность просто грубо.
– Моя грубость обойдется тебе дешевле, чем твоя.
– Это и есть сарказм?..
– Почти.
– Почему ты нас всерьез не воспринимаешь?
– Потому, что вы себя слишком серьезно позиционируете. Это позволительно только “защитникам” и людям S12.
– Но почему!?
– На данный момент нет никого, кому их интеллект покажется несоответствующим заявленному уровню.
– Так ты умрешь от сарказма?
– Вот уж не знаю. О таких вещах можно судить только в зависимости от того, на кого нарвешься. Унтер-офицеры от безвыходности придумали себе утешение – говорят, что отсутствие чувства юмора не значит, что его и вовсе нет.
– Сарказм – это шестое чувство…
– У кого как. Это тоже такое чужеродное образование… только воображаемое. Оно ядовито, но скорее относится к защитным свойствам – все потому, что яд изнутри наружу выводит. Хотя, наверное, саркома – это тоже защита – защита планеты.
– От чего?..
– От перенаселения – она предназначена для тех, кого ни голод, ни холод не берет.
– Странный ты, Айнер… Злой такой…
– Не злой, а обозленный.
– А что разница есть?
– А то как же? Злоба изнутри исходит, а озлобленность извне провоцируется.
– И от чего ты вдруг так озлобился?
– От того, что понимаю, что происходит.
– Как интересно. Мы тоже иногда злимся, только обычно, когда не понимаем, что происходит. Знаешь, у нас есть болезни…
Кот, видимо, ждет реакции с моей стороны…
– Чего ты хочешь, Серый кот?
– Почему они появляются? Ну… Болезни почему появляются?
– По-разному. Это сложные процессы.
– Ну и что, что сложные? Мне нужно это знать.
– Не сейчас.
– Но ты должен. Я знаю, что люди могут лечить все болезни… Ты должен нам это рассказать, пока еще жив.
Вот как зарождались первые врачи и ученые…
– Вы все такие любопытные?
– В общем, да…
– Чрезмерное любопытство штука опасная.
– Почему?
– У крыс спроси, они тебе лучше объяснят.
– У крыс? Я не понимаю.
– Потом поймешь – когда с крысами пообщаешься.
– Может, ты их все-таки успокоишь?..
Скингеры не бьются в агонии?.. Нет… Просыпаются…
– Уйди, Серый кот!
Они действительно очень нервничают и боятся. Не очень приятное пробуждение я им устроил, но по-другому не умею. Главное, чтобы сейчас они с перепугу не разорались.
Приходят в себя – ментальный фон постепенно концентрируется… Они на раздражители реагируют – щурятся от света. Дальше пусть сами, а я понаблюдаю. Переключился на линию своего “передатчика” – он уже пару секунд погон царапает…
– Ты вернул им жизнь…
– Не совсем – они не умерли, просто спали.
– Ты вернул им жизнь – только волей.
– А то как же? Но до этого “защитник” вколол им нейтрализаторы. Просто им толчок нужен был.
– Ты можешь…
– Крыс, вы связь наладили?
– Да.
– Иди узнай все и доложи.
– Иду.
Не могу больше думать, а то у меня в голове короткое замыкание будет. Наблюдаю, как у скингеров подергиваются лапы, уши, как они начинают шевелить носами, вычесывать колтуны…
Крыс вернулся быстро, весь взъерошенный – сам дверь открывал…
– Как обстановка за Шаттенбергом?
– Все по-старому.
– С Ивартэна патрули не сняли?
– Нет.
– И блокпост с подземной границы не сняли?
– Ничего не изменилось в защите Ивартэна.
Все удовлетворение от того, что вытащил скингеров из пустоты, как рукой сняло.
– Ясно. Шаттенберг патрулируется?
– Реже, чем обычно – только север, северо-запад.
– И то хорошо. Все, отключаюсь. Надо подумать.
Запись№65 08. 09. 206 год Новой Техно-Эры 16:48
Вместо того, чтобы думать, битых пол часа просидел со скингерами в полном ауте. Размышления – благовидный предлог, чтобы остаться наедине с молчанием. Моя голова уже переполнена до краев, и сейчас мне нужна тишина и покой, чтобы все это переварить. Мои мысли меня же самого и пугают. Не могу сделать выбор – как об этом думаю – сразу просто клинит. Сижу и смотрю, как скингеры очухиваются потихоньку. Пять минут назад еще качались, а сейчас уже начали шуметь и суетиться. Вообще шумно здесь стало – не орет никто, но свистят, хрюкают, верещат – полный набор звуков, свойственных грызунам. Мой статус в глазах крыс поднялся чуть ли не до небес, и это опять же меня мучает: они пойдут за мной, куда только и когда только я ни скажу. Именно потому, что пойдут хоть сейчас, я и не могу отдать приказ. Время торопит, все готово… кроме меня…
Скингеры совсем расшумелись – иду в жилую часть сектора высшего состава.
Кот свернулся на подушке калачиком…
– Что, Кот, позавтракал?
– Нет. И не позавтракаю. Уже обедать пора.
– D40, пропиши программы крысиным ошейникам.
– Пропишу, но не сейчас.
“Защитник” ничего не спрашивает, ничего не делает, ничего не говорит… Сейчас мне только этого не хватало – начинаются проблемы с самым надежным из моих подчиненных. Я не способен долго сомневаться, но на сегодня дам себе отсрочку – такие вещи так просто не решаются. D40 все смотрит…