Чтение онлайн

В сердце Бай Сюинь вспыхнула надежда. От горечи отверженности оно внезапно переметнулось к радостному предвкушению. Не привыкшая к столь бурным проявлениям внутренних переживаний, Бай Сюинь чувствовала себя измотанной. Ей надо было срочно что-то предпринять, пока ещё оставались силы. И, не задумавшись над последствиями подобного решения, она перевернула свою руку, накрытую чужой, ладонью вверх. Теперь они почти держались за руки. Да Шань повернул голову и уставился на их руки, а потом перевёл растерянный взгляд на неё. Очевидно, такого поворота событий, он не ожидал. Бай Сюинь с мстительным спокойствием посмотрела ему прямо в глаза и сжала его ладонь. Вот теперь они и правда держались за руки.

Да Шань снова посмотрел на их руки и нахмурился. Казалось, он решает какую-то сложную задачу. Наконец, его брови расслабились, и на губах, всего на мгновение, промелькнула улыбка. Он снова уставился куда-то в сторону, где мирно сопела Шао Цинмэй, и сжал чужую руку в своей.

Бай Сюинь, кажется, не дышала.

Они. Держатся. За. Руки.

Ну всё, ему не отвертеться. Ему придётся взять ответственность!

Её сердце заметалось зверьком, загнанным в клетку из рёбер, а на губах уже была готова расползтись глупая улыбка. А потом Шао Цинмэй тихо застонала, и Да Шань, не раздумывая ни секунды, бросился к ней.

Рука старейшины Бай внезапно опустела. Это невыносимое чувство утраты, когда у тебя было что-то дорогое, но внезапно это отняли. Вырвали вместе с кровью, плотью и костями. Бай Сюинь смотрела пустым взглядом на свою пустую руку и думала о том, как она ненавидит Шао Цинмэй просто за то, что та существует.

Глава 11

Долгая дорога

Она бежала изо всех сил, но тьма подступала. Споткнувшись обо что-то мягкое, она упала, с хрустом разбивая колени о каменный пол. Где-то в темноте слышались то ли смех, то ли рыдания. Раздирая руки об острые камни и ломая ногти, она тащила своё тело вперёд. Холод, бегущий по позвоночнику, сменился жаром, позади послышался шум сотен коготков, который был всё ближе. В отчаянном усилии она подтянулась ещё немного. Чужие руки добрались до её тела и вонзились в него ногтями, разрывая плоть, словно могильные черви. В воздухе разнёсся удушливый запах гнили. От боли и ужаса она открыла рот в беззвучном крике, но вместо звука из него с бульканьем полилась кровь, которая казалась чёрной в бледном дрожащем свете. Мертвецы с перерезанными шеями приближались к ней со всех сторон. Невидящие мутные глаза вели их к добыче, а губы растянулись в немом оскале. Она рыдала и содрогалась в агонии, раздирая тело об острые камни, которые утопали в вязкой крови, перемешанной с гнилью.

Шао Цинмэй открыла глаза, жадно хватая ртом воздух. Сон, это всего лишь сон. Она обхватила себя за плечи, всё ещё ощущая тошнотворный гнилостный запах. Её бельё промокло от холодного пота. Она дрожала, не в силах выкинуть из головы кошмар, который снился ей снова и снова с тех пор, как она увидела ту пещеру.

В поле зрения появилось обеспокоенное лицо Да Шаня. Он гладил её по голове, а его губы беззвучно двигались, словно шепча слова утешения. Шао Цинмэй моргнула, пытаясь понять, что он делает в её покоях, а потом осознала, что она не в покоях. Она повернула голову и наткнулась на ледяной взгляд старейшины Бай.

Шао Цинмэй поспешно села и попыталась привести свою измятую одежду в приличный вид.

— Прошу прощения, — прошептала она, — я даже не заметила, как заснула.

За резкими движениями она пыталась спрятать внутреннюю дрожь. Видения из сна всё ещё маячили перед глазами.

«Это сон. Просто сон», — повторяла она в мыслях, словно мантру.

— Молодая госпожа Шао, вы в порядке? — холодно спросила старейшина Бай.

— Да, да, я в… в порядке… всё хорошо, — кивнула Шао Цинмэй, не поднимая глаз.

— Вам приснился кошмар? — также безэмоционально поинтересовалась старейшина Бай.

— Ничего особенно, — мотнула головой Шао Цинмэй. — Просто плохой сон.

— И часто вам снятся плохие сны? — продолжала допытываться старейшина Бай.

— Нет, совсем нет, — поспешно ответила Шао Цинмэй, а потом подняла голову и виновато улыбнулась. — Такие сны мне стали сниться после… после Лазурного ущелья… та пещера…

Она замолчала и перевела напряжённый взгляд на Да Шаня, который стоял перед ней, опустившись на одно колено. В его взгляде отчётливо читалось беспокойство, но помочь ей он не мог. Никто не мог.

— Вы не должны были этого видеть, — внезапно разрезал тишину бесстрастный голос старейшины Бай. — Такое зрелище не для глаз юной девушки.

— Но вы совсем спокойны, — прошептала Шао Цинмэй. — И тогда, и после. Нет, нет, — спохватилась она, — я не сравниваю нас, я не посмею. Просто… я тоже хотела бы быть такой же смелой, как старейшина Бай… Но я не такая смелая…

— Дело вовсе не в смелости, — посмотрела ей прямо в глаза Бай Сюинь. — Просто вы ещё совсем молоды. Разумеется, подобное зрелище поразило вас.

— А вас нет? — прикусила губу Шао Цинмэй. — Совсем?

— Если честно, — вздохнула Бай Сюинь и её голос смягчился, — это было ужасно. Но не самое худшее, что я видела в жизни.

Шао Цинмэй чуть было не спросила, что же тогда было самое худшее, но вовремя прикусила язык. Боги видят, она не хотела этого знать.

— Вам следовало сказать о том, что вас мучают кошмары. В нашем ордене есть травы, успокаивающие разум, — старейшина Бай выудила из широкого рукава шёлковый мешочек и начала в нём что-то искать. — Вот, — вытащила она свёрток, который явно был больше самого мешочка, — этот чай обладает успокаивающим эффектом. Принимайте его три раза в день, — старейшина Бай протянула Шао Цинмэй свёрток.

Да Шань тут же повернулся и забрал его, а потом отошёл и начал копаться в одном из сундуков.

— А-Шань, не обязательно заваривать его сейчас, — неловко сказала Шао Цинмэй, но Да Шань её проигнорировал, поэтому она повернулась к старейшине Бай. — Не могу выразить, как я благодарна за вашу заботу. Вам не стоило тратить эти ценные травы на меня.

— Пустяки, — отмахнулась Бай Сюинь. — У меня их много. Если это не поможет, обязательно скажите мне, я дам вам кое-что более сильнодействующее.

— Старейшина Бай так хорошо разбирается в травах и снадобьях, — нервно сцепила руки Шао Цинмэй, желая хорошенько врезать Да Шаню, который всё ещё упорно продолжал копаться в сундуках. Но при старейшине Бай надо было вести себя прилично.

— Вовсе нет, — пожала плечами Бай Сюинь, — это совсем не моя область. Просто некоторые травы и эликсиры мне приходится носить с собой. Для личных нужд.

— Вы принимаете подобное? — искренне удивилась Шао Цинмэй, но тут же спохватилась. — Ох, простите!

— Да, порой приходится, — улыбнулась старейшина Бай.

— Но вы ведь и так всегда такая спокойная и… возвышенная… — прошелестела Шао Цинмэй, не зная, как выразить свою мысль и боясь оскорбить строгую наставницу.

— Возвышенная? — усмехнулась Бай Сюинь. — Не думала, что произвожу такое впечатление. Молодая госпожа Шао, вы слышали о хаотичном духовном ядре?

— Да, — кивнула Шао Цинмэй, пытаясь вспомнить всё, что читала об этом. — Это особый тип духовного ядра, энергию в нём трудно удерживать и контролировать. Большинство людей с хаотичным ядром умирают сразу после его формирования от искажения ци. Потому что любая ошибка в совершенствовании или сильные переживания могут привести к потере контроля над энергией.