Чтение онлайн

М-да. С этим надо было что-то делать. Я, честно говоря, не смог бы продержаться в таком режиме без каких-либо занятий целых три месяца.

И у меня был проверенный метод, как развеять скопившиеся в голове тучи.

— Ал, — окликнул я друга.

— М?

— Хочешь смахнуться?

— Предупреждаю, — произнес Алистер, когда мы переместились в духовный мир, — Может быть я и слабее тебя, но просто не будет.

— И отлично! — довольно осклабился я. — Но прежде чем мы начнем…

Широко размахнувшись, я отвесил другу мощный подзатыльник. Силу в него не вкладывал, так что Алистеру не было больно, но от неожиданности он аж подскочил.

— Ты чего творишь?!

— Прекрати себя накручивать, идиот! — рыкнул я ему прямо в лицо. — На тебе висит огромная ответственность. И общая, за нас и наш план, и личная, за ту месть, что ты подготовил Пламенному Кулаку, и глобальная, за наступление Маалы на Земли Небесного Грома. И ты, такой серьезный и умный, тащишь эти ответственности на своем горбу. Вот только никто тебя за это не похвалит!

— И что прикажешь делать? — он просто нахмурился, но было видно, что и злость в нем я довольно успешно всколыхнул. Просто пока что недостаточно. — Большая сила — большая ответственность, знакомо? Если не я, то кто?

— Никто, например? — пожал я плечами. — Как тебе такой вариант? Ты — не герой комикса! И ты ничего не должен этому миру, по крайней мере точно не столько, чтобы рвать жопу ради его спасения, забывая о личных переживаниях и трагедиях! Здоровый эгоизм, знакомо?

— Именно такими мыслями и руководствуются Понтифик, Пламенный Кулак, Умса и остальные, и мир катится прямым путем в жопу! — воскликнул Алистер, сжав кулаки.

— Да нихрена подобного! Эгоистичность, гордыня, высокомерие, желание захапать себе даже то, что вообще не нужно, лишь бы было, без оглядки на последствия — вот что катит мир в жопу! А я говорю о том, чтобы ставить свои интересы выше интересов остальных, только и всего! Я не говорю, что мир не надо спасать, тем более не говорю, что из его краха нужно пытаться выудить выгоду. Но сначала маску себе, потом ребенку. Реши свои проблемы и только потом занимайся спасением мира, иначе ты и мир угробишь, и сдохнешь несчастным!

Понятное дело, что я не раскрывал мировые тайны. Все то, что я говорил, Алистер должен был прекрасно понимать и сам, и понимать, что это правильно.

Но я отказывался верить, что, потеряв единственного любимого человека в жизни, никому об этом не рассказав и прожив с этим грузом двести лет, он продолжал искренне верить в эту правильность, и следовать этим элементарным, на самом-то деле, принципам.

Пару секунд он смотрел на меня, краснея буквально на глазах. Он явно пытался сдержать хлещущие через край эмоции, остаться тем Алистером, к которому все, и он сам в том числе, давно привыкли: расчетливым, хладнокровным, знавшим ответы на все вопросы и способны решить любую проблему.

Но передо мной, единственным, кто был сильнее него, а потому не нуждался в его покровительстве и снисхождении, его внутренние барьеры не были настолько же непробиваемыми, как если бы он говорил с Ваном, Эллисой или Линдой.

И в конце концов его прорвало:

— Да куда уж более несчастным-то быть, Тим?! Она умерла из-за того, что встретилась со мной, умерла в одиночестве, страхе и отчаянии! А я остался жить! Ты понимаешь?! Если бы не я…

УДАР!!!

Прямо в его раскрасневшееся от крика, полное печали, впервые за неизвестно сколько времени искреннее лицо.

На этот раз я уже не сдерживался, вложил в атаку все, что у меня было. Единственной поблажкой, что я сделал Алистеру, был отказ от использования техник порядка и хаоса.

И этого оказалось вполне достаточно, чтобы он успел отреагировать.

В мой кулак ударило сразу несколько десятков разных энергий. И хотя ни одна из них поодиночке не могла сделать с моей атакой ровным счетом ничего, их слияние чудесным образом обрело невероятную мощь.

В этом была главная сила Алистера. Комбинировать то, что на первый взгляд не могло быть объединено, и получать на выходе нечто на порядок лучшее.

С этой силой он начал свой путь в Хейхе — малом мире Земель Небесного Грома, где переродился. С этой силой он добрался до верхушки мощи Великих Душ.

И если я не буду аккуратен с этой силой сейчас, то вполне могу проиграть, несмотря на превосходство в энергии и грубой силе.

Отразив атаку, Алистер отлетел прочь, плавно приземлившись в нескольких километрах от меня.

— Это было не слишком по-дружески! — воскликнул он, стирая кровь с губ.

Впрочем, судя по мягкой ауре, окружившей его тело, все нанесенные мной повреждения будут уже очень скоро исцелены.

— У меня свое понимание дружбы,– пожал я плечами. — Дружба — это не только безоговорочная поддержка, но и право, и даже обязанность вправить товарищу мозги, если он начал говорить или творить херню!

— Очень философски, — хмыкнул Алистер, после чего широким жестом вытащил из пространственного хранилища свой любимый арсенал.

Во-первых, были два идеально круглых щита: золотой и серебряный. Золотой мог вырастать до многих километров в диаметре и отражать масштабные удары, а серебряный, разделяясь на сотни копий, позволял блокировать мощнейшие точечные атаки.

Во-вторых, на его плечи лег плащ, многократно повышавший скорость хозяина, причем скорость не только передвижения, но и реакции и мышления. Физически Алистер, хотя и был куда сильнее обычных Магистров и даже скорее всего некоторых Мудрецов, мне уступал на порядки, но с этим плащом ему не нужно было бояться, что он не сумеет вовремя отреагировать на мои атаки.

В-третьих, хотя этого было не видно под одеждой, но я знал, что в районе его сердца появилась небольшая металлическая пластина, выполнявшая одновременно роль последнего средства обороны, а также источника практически бесконечной энергии для подпитки того, что было «в-четвертых».

Семь стволов, в мировых скоплениях Древа Вечности и Божественном Царстве, где Алистер готовился к фестивалю, ставшие почти что легендарными.

Пушка длиной в тридцать метров, или, с учетом небольшой рукояти и ее расположения, скорее гипертрофированная базука. Изящная снайперская винтовка, будто взятая из концепт-артов, где художник пытался смешать идею огнестрела с эльфийской утонченностью. Самый настоящий обрез, правда с тремя дулами, каждое из которых было толщиной с руку Алистера. Здоровенный и блестящий, словно прямиком из армии земного двадцать первого века, миниган с двумя дюжинами стволов. Что-то совсем футуристичного вида, бывшее, насколько я знал, смесью гранатомета и АК-47.