Чтение онлайн

Я должен во всем признаться насчет своего дурацкого плана. Даже если я больше не собираюсь его осуществлять, она заслуживает знать правду.

Но как?

Как сказать ей, что я начал все это ради мести ее отцу, но где-то по пути у меня появились к ней чувства? Что я отбросил этот гребаный план в тот момент, когда понял, что она важнее мести.

Что месть даже не имеет значения, если это означает, что мне придется причинить ей боль.

Что она стала единственным настоящим другом, который у меня есть. Кроме мамы, самым важным для меня человеком.

Что одна мысль о том, чтобы причинить ей боль, заставляет меня физически страдать.

Как, черт возьми, сказать ей все это, не разрушив все, что происходит между нами сейчас? Я покончил со своим планом; он больше не актуален. Но я должен сказать ей, не так ли?

Она пожимает плечами, касаясь моих губ своими.

— А теперь я готова.

— Малышка, нет, я… — начинаю я, готовый признаться ей во всем своем гребаном существовании в этот момент, но ее палец ложится на мои губы, заставляя замолчать.

— Не надо. Тебе не нужно ничего говорить. Так долго моя жизнь, мое тело, мои выборы не принадлежали мне. Но это решение, мое, и только я могу его принять. И я хочу, чтобы это был ты. Я хочу, чтобы ты забрал мою девственность, Сейнт.

ЛЕННОН

Мое сердце бешено колотится в груди, пока я смотрю на парня, которому только что предложила свою девственность. Хотя я не уверена, согласится ли он вообще, потому что сейчас он смотрит на меня так, будто я сказала нечто безумное.

— Ты не хочешь… — фраза замирает на моих губах, потому что он резко садится, прижимая меня к себе так плотно, что захватывает дух, и заглушает мои слова поцелуем, от которого у меня кружится голова и перехватывает дыхание.

Когда он отстраняется, его темные глаза полны бури.

— Поверь, я хочу тебя сильнее, чем что-либо в своей гребаной жизни. Никогда не сомневайся в этом, — он проводит большим пальцем по моей линии подбородка, который держит в своей руке. — Просто я помню, ты говорила, что не готова. И не хочу, чтобы ты чувствовала давление или делала что-то без уверенности.

Я таю от того, что он беспокоится о моем согласии и ясности мыслей. Но правда в том, что я никогда не была так уверена ни в чем другом.

Я носила это кольцо обещания как напоминание себе после всего пережитого. Дело никогда не было в девственности. Всегда дело было в выборе, в возврате права решать. Чтобы тот, с кем я буду заниматься сексом, был тем, кого я сама захочу.

И я выбираю Сейнта.

С ним я чувствую себя уверенно, комфортно и в безопасности. Я чувствую, что меня видят не только как человека, которым я пытаюсь стать, но и как того, кем я всегда была. Мне не нужно скрывать, кто я есть.

Даже если мы не будем вместе, или если мы никогда не выйдем за рамки этого момента, я точно знаю: именно с ним я хочу этим поделиться.

— Я уверена на тысячу процентов. Хочу, чтобы это был ты, — говорю я, поднимая подбородок, и в моем голосе слышна непоколебимая твердость.

На мгновение между нами повисает пауза, его глаза изучают мои, впитывая всю серьезность сказанного мной.

Наконец, когда тишина становится слишком тяжелой, он кивает.

— Хорошо.

— А теперь, если ты закончил защищать мою добродетель… не вернешься ли ты к тому рычащему, грязно говорящему мужчине, которым был минут пятнадцать назад? — я прикусываю губу, сдерживая смешок, когда его взгляд сужается, и он наклоняется вперед, кусая чувствительную кожу на изгибе моего плеча, погружая зубы до тех пор, пока я не издаю стон. Нуждающийся, отчаянный звук, который на секунду кажется мне чужим.

Его язык скользит по только что укушенному месту, и каждая нервная клетка моего тела разом оживает.

Боже, как он так хорошо читает мое тело? Порой кажется, он знает его лучше, чем я сама. Знает, где именно прикоснуться, поцеловать, лизнуть, чтобы свести меня с ума от желания.

После оргазма, который он только что подарил мне своим языком, я отчаянно жажду большего.

Пульсация внутри меня нарастает с каждым движением его языка.

Мои соски напряжены до предела, и ощущение их трения о его грудь настолько приятно, что я задаюсь вопросом: а могу ли я кончить просто от этого?

Он отрывает губы от моей кожи, и его дыхание обжигает ее, вызывая мурашки, бегущие по всему телу.

Он оставляет поцелуи везде, куда могут дотянуться его губы — на моей ключице, выпуклости груди, шее, пока я уже почти не задыхаюсь.

— Я хочу, чтобы ты была сверху, двигайся медленно или быстро, как захочешь. Я хочу, чтобы ты контролировала все, малышка.

— Хорошо, — бормочу я, проводя рукой по его груди, пытаясь усмирить бурю внутри себя.

Он такой внимательный, такой уверенный, и это… мило.

Слово, которое я никогда бы не подумала использовать для описания мужчины подо мной.

Он задерживает на мне взгляд еще на мгновение, будто давая время передумать, и когда я не делаю этого, а лишь отвечаю дерзкой улыбкой, он протягивает руку между нами и сжимает основание своего члена, лениво проводя вдоль него рукой.

Это невероятно сексуально. Я мысленно отмечаю попросить его… изучить это подробнее позже. Есть много вещей, которые я хочу изучить с ним.

— Введи мой член в себя, сантиметр за сантиметром… Я хочу, чтобы ты приняла его полностью, — хрипит Сейнт.

Мой клитор пульсирует в ответ. Я приподнимаюсь на дрожащих коленях, руки цепляются за его плечи, и я делаю, как сказано.

Он проводит своим возбуждением по моей киске, покрывая широкую головку моей влагой и растирая ею мой клитор. Подушечка его большого пальца скользит по прорези, вокруг пирсинга, от которого мне одновременно и любопытно, и слегка страшно узнать, каково это будет, когда он окажется внутри меня.

Мое сердце колотится от предвкушения, опьяняющего желания, стольких разных эмоций, но все кажется таким правильным.

— Черт возьми, я чуть не забыл про презерватив. Ты сводишь меня с ума, Золотая девочка, — он стонет, откидывая голову на изголовье. — И я даже не взял кошелек, а значит…

— У тебя его нет?

Он кивает.

— Ничего страшного. Я просто заставлю тебя кончить своим ртом… — он наклоняется и целует уголок моих губ. — Своими пальцами… — оставляет еще один поцелуй у края моей челюсти.

— Давай обойдемся без него.

Он резко отстраняется, хмуря брови.

— Я никогда не занимался сексом без презерватива.