Чтение онлайн

— Ты не понимаешь любви?

Я даже в самых смелых мечтах не ожидала, что Доминик произнесет это слово из четырех букв. Когда это слово произносится при правильных обстоятельствах, оно может запечатать ваше будущее, наполнить его радостью и счастьем. А бывают моменты, как сейчас, когда мужчина небрежно произносит это слово, словно оно ничего не значит.

Я смотрю на стол и не могу сказать ничего положительного. Внезапное чувство тяжести разливается внутри меня, заставляя мышцы онеметь. Я не в состоянии улыбаться, смеяться, плакать или вызывать какие-либо эмоции, кроме шока.

Доминик кладет свою руку на мою — любящий жест, не похожий на его обычную отстраненность.

— Я думаю о тебе весь день и всю ночь. Когда она лежит рядом со мной в постели, я представляю, что это ты. Я всегда возвращаюсь к тебе. Я никогда раньше не испытывал таких чувств. Это сводит меня с ума.

Отчаяние в его тоне трудно игнорировать, как и тяжесть его руки на моей.

— А потом я вижу тебя с ним? Это убивает меня, когда я вижу тебя с кем-то другим. Тогда я понял, что больше не могу так поступать. Я не хочу, чтобы к тебе прикасался другой мужчина. Я хочу, чтобы ты была только моей.

Я убираю руку обратно к себе на колени, на его лице видна обида.

— Так это из-за Ноя? Ты ревнуешь? Дай угадаю. Твое эго получило удар, и теперь ты думаешь, что если скажешь мне, что чувствуешь что-то, то что именно я сделаю?

— Не что-то, а я люблю тебя, Кейт, — наконец признается он.

Моя кожа начинает краснеть, а в комнате вдруг становится невероятно жарко. Оттянув губы, обнажив зубы, я быстро встаю, желая, чтобы этот разговор закончился: — Мне нужно идти. Этот разговор окончен. Разберись со своим браком, Доминик, но не принимай решений, основываясь на том, что ты думаешь, что чувствуешь.

Я выбегаю из бара, не оборачиваясь, чтобы посмотреть, как он пытается меня запугать, и через холл выхожу на улицу. В воздухе висит угроза дождя. Я опускаю голову, стараясь отгородиться от шума во время торжественной прогулки домой. Через несколько кварталов стук дождя начинает создавать вокруг меня щит. Капли падают с силой, пропитывая мои волосы и одежду и одновременно охлаждая кожу. Бисерные струйки стекают по моему лицу, смывая неопределенность моей жизни, хотя бы на несколько мгновений.

За неделю моя простая жизнь превратилась из нуля в сотню.

Ной вернулся.

Доминик исповедует слово «любовь».

И все это усложняет мою жизнь, в какую бы сторону я ни повернулась.

Я проклята, если сделаю это, и проклята, если не сделаю.

Мой шаг замедляется на фоне непредсказуемого шторма, обрушивающегося на наш город. Пряди моих волос прилипают к коже — липкое и неприятное ощущение, вызванное повышенной влажностью. В отражении стекла разбросана моя косметика. Так называемая водостойкая тушь оставила меня с глазами панды. Порывшись в сумке в поисках ключей, я поднимаю голову и вижу Ноа, стоящего у стены рядом с моей дверью.

— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я, переводя дыхание.

— Жду тебя. Я хотел извиниться за то, что сказал сегодня вечером, но, возможно, это я идиот, — в его тоне сквозит обида. — Ты ведь пошла к нему, не так ли?

— Видишь, вот почему мы не можем быть друзьями, Ной. То, что я делаю со своей жизнью, — это мой выбор. Ни ты, ни Чарли не имеют права голоса. Точно так же, как я ни разу не помешала тебе жениться на Морган.

— Я не останавливаю тебя ни в чем, ясно? Я просто указываю на то, что он тебе не подходит. Ты заслуживаешь лучшего.

— Я заслуживаю того, чтобы делать свой собственный выбор. А сейчас, если позволишь, я промокла, истощена и хочу в постель.

Наконец, найдя ключи, я поворачиваю их в замке и открываю дверь. Ной замирает у входа, и я, опустив плечи, втягиваю его внутрь, не говоря ни слова.

Внезапным движением он обхватывает меня руками, крепко прижимая к себе. Уткнувшись лицом в его грудь, вдыхая его запах, я умоляю себя не плакать в его присутствии. Я даже не могу вспомнить, когда в последний раз проливала слезы. Я не склонна к эмоциям, а сегодняшняя ночь разрушила всю мою систему убеждений.

— Помнишь, ты говорила мне, что мы все совершаем ошибки? — тихо шепчет он. — Это просто ошибка, Кейт. Живи дальше.

— За то время, что мы были в разлуке, я забыла, как это — иметь кого-то, кто знает все глубины моей души, кто понимает мое сопротивление неудачам и знает, как заставить меня двигаться вперед к лучшему.

Ноа всегда это делал, пока, конечно, не оттолкнул меня.

Мои руки прижимаются к его груди, создавая дистанцию, пока я избегаю его взгляда.

— Иди в душ. Потом мы посмотрим фильм и закажем еду на вынос, — требует он с теплой улыбкой. — Мне нужна американская еда, потому что я по ней безумно скучаю.

Я опускаю голову с мягким смешком: — Чтобы ты знал, сегодня мы смотрим «Клуб «Завтрак».

— Это про завтрак и еду?

— Нет, считай, что это обряд перехода во взрослую жизнь.

— Кажется, я это уже слышал, — он ухмыляется.

— И прежде чем ты спросишь, да, это та же актриса, что и в «Красотке в розовом».

Я отхожу от него, услышав его стон. Быстро приняв душ, чтобы смыть с себя «сегодняшний вечер», я надеваю серые шорты и подходящую майку. Я расчесываю волосы в сторону, давая им высохнуть естественным путем, и возвращаюсь в гостиную.

Ной смотрит на меня, когда я сажусь рядом с ним.

— Что? — спрашиваю я, хватая пульт.

— Ты полуголая.

— Я не полуголая. Эта пижама из очень дорогого бутика в Италии.

— Я вижу буквально все твои сиськи.

Я закрываю руками грудь и в шоке поворачиваюсь к нему лицом.

— Ты такой мужчина. Ткань не прозрачная, — я убираю руки, пытаясь доказать свою точку зрения. — Видишь?

Лицо Ноя напрягается: — Сколько они берут с тебя за кусок ткани, который едва прикрывает тебя, и к тому же тебе холодно?

Я хватаю подушку и шлепаю его ею, отчего мой ремешок сползает и случайно задевается: — О, отвали! — смеется Ноа.

— Британка вернулась. И чтобы ты знала, когда захочешь, но с этими девушками на шоу я, вероятно, долго не продержусь.

— Эй, основные правила, приятель, — напоминаю я ему. — Мы просто друзья. Сексуальные намеки на этом заканчиваются.

— Могу я сделать еще один комментарий о твоих сосках?

— Нет, — зеваю, пользуясь пультом. — Я поняла. У меня большие сиськи. А теперь заткнись.