Чтение онлайн

— Ага… Как же. Так я тебе дверь и открыл. Держи карман шире, — сквозь зубы выцедил таксист и вдавил педаль газа.

Я сжалась, услышав скользящий удар по крыше машины, и застыла, не веря в спасение.

А я еще тебя на переходе приметил. Едва под колеса моей машины не попала. Вот и подумал: «Неужели девке жить надоело?». Дай, думаю, посмотрю. Может, случилось чего? А оно вон что получается. И чего этот бугай за тобой гнался?

Таксист сыпал вопросами, а я медленно отходила от шока.

— Зонт у меня ветром вырвало, и, покружив по клумбам, в его босса попал. Знатно прошелся грязью по его одежде. Кузнецов зверем смотрел и орал, что только его костюм двадцать пять тысяч долларов стоит. А там еще пальто и рубашка, — удрученно прошептала я, чувствуя, как горло сдавило в спазме.

— Это же сколько на наши деревянные рубли? — поинтересовался мужчина.

— Почти два с половиной миллиона только костюм, за остальное молчу. Вот и затребовал владелец земель и магазинов мою квартиру в оплату за его шмотки. Хотел, чтобы я на него всё переписала. Только понимаю, что на этом бизнесмен не остановится. Посадит меня на бабки и счетчик включит, а это пожизненная ипотека. И в моем случае без просвета и мечты на светлое будущее. Так состарюсь, умру и все еще буду должна.

Представив себя старушкой в лохмотьях, всхлипнула и разревелась.

— Жируют богатеи. За тряпки готовы с человека последнюю шкуру содрать. А ты… Это, дочка, брось реветь. Адрес говори, куда тебя везти?

Шмыгнув носом, назвала улицу, на которой живу.

— А дом какой? — тут же спросил таксист.

И я чуть не сказала, но тут же прикусила язык. Наверняка Глеб запомнил номер такси. Таксист — дядечка добрый. Только хозяева жизни могут и на него управу найти. Что мы можем против «власть имущих»? И чем дольше думала, тем отчетливей понимала: то, что меня сейчас не схватил Глеб, ничего не меняет. С их-то связями вычислить мой адрес — дело нескольких часов. Перед глазами всплыл момент, как Кузнецов со всей силы сжимает мой бейджик. От отчаянья я чуть не завыла, но сразу взяла себя в руки и лихорадочно стала думать: «Ни в коем случае я не должна попасть в руки бизнесмена и его охранника. А спастись от гнева и загребущих лап можно только одним способом. Исчезнуть из Краснодара».

Назвала сердобольному мужчине номер соседнего дома. Открыв сумочку, достала кошелек и, сказав таксисту: «Большое спасибо. Если бы не вы, трудно представить, что бы со мной было», — расплатилась за проезд, вышла из машины. Пройдя до входной двери, встав под козырек, стала рыться в сумочке, как будто в поиске ключей, и заодно поглядывать на уезжающее такси. И как только оно скрылось за поворотом, схватила телефон. Набрав номер подруги, закричала, уже не сдерживаясь от нервного срыва:

— Нинка! У меня беда! Срочно дуй ко мне!

Отключив телефон, рванула к своему дому. Входную дверь и лестничные пролеты одолела будто на одном дыхании. А у двери квартиры нервы сдали совсем, руки ходили ходуном, да так, что едва смогла попасть ключом в замочную скважину. Когда мне это удалось, юркнула в квартиру и сразу закрылась на все замки.

Раздевалась машинально. Сначала перекинула через голову плечевой ремень от сумки. Мирон терпеть не мог дополнительный аксессуар в женских сумочках. А я сегодня будто чувствовала и пристегнула длинный кожаный ремень к компактной кросс-боди. На первый взгляд сумочка казалась маленькой, но я любила ее за то, что она была вместительной. Документы на квартиру я в ней не носила, но телефон, кошелек, паспорт и ключи от квартиры помещались легко. Страшно подумать, чтобы со мной было, если бы моя сумочка попала к Кузнецову.

Скрюченными от холода пальцами с трудом расстегнула пуговицы на пальто и, скинув на пол мокрую насквозь вещь, подпрыгнула от дверного звонка. Застыв с округлившимися глазами, боялась пошевелиться. Трезвон вогнал меня в оцепенение.

— Беда! Долго мне еще здесь стоять! — закричала в нетерпении Нинель.

Двумя шагами я преодолела расстояние до двери и быстро справилась со всеми замками. Впустив подругу в квартиру, вновь провернула ключи в дверных скважинах.

— Оль, что случилось? У тебя такой голос был, будто родители померли, и оба сразу.

— Хуже смерти родных ничего нет, но со мной и в самом деле случилась большая беда. Дай разденусь. Пока я согреваюсь в ванне, ты дуй на кухню, сделай бутербродов побольше и вскипяти чайник. Потом буду собирать чемодан и рассказывать о том, что со мной приключилось…

Допив остатки сладкого чая, я поставила кружку на стол и направилась к шкафу. Открыв дверцы, вытащила чемодан и, бросив его на диван, развернулась и направилась к полкам. Первым делом сгребла нижнее белье. Затем уложила: пижамы, коготки, джинсы, свитера и футболки. Место в чемодане осталось на пару костюмов, а я еще и половины вещей не собрала на свою дальнейшую жизнь. Вспомнив о бабушкиной вместительной сумке, порадовалась, что в свое время не выкинула ее, бегом направилась в зал и тут же услышала ниже этажом тявканье Пуги.

— Да заткнись ты, визгливая пакость! Без тебя, идиотки, тошно! — заорала я и для убедительности ударила со всей силы пяткой по полу.

Не знаю, что больше подействовало: мой злобный голос или стук тяжелого удара на потолке в квартире ниже этажом, но вредная собачонка, заскулив, заткнулась и больше не мешала мне собираться. Видно, наконец, сообразила своим маленьким мозгом, что гуляющие по квартирам воры — это меньшее из всех зол.

Огромную сумку из плащевой ткани забила обувью и верхней одеждой. Сверху вещей положила ноутбук, пакет со спортивным костюмом и тапочками.

— Оль, на мой взгляд, ты слишком эмоционально восприняла слова Кузнецова. Ну сама подумай. Зачем бизнесмену твоя квартира?

— Нин, ты даже не начинай. С моей-то везучестью я сама не пойму, как останусь без жилья. Это у меня ещё время в запасе есть, Надхан Лазерович бороздит просторы неба и пока недосягаем. Меня могут разыскать через полицию, поэтому нужно быстрей смотаться из квартиры. Вызови лучше такси, а я пока таблетки в дорогу соберу и деньги спрячу.

Меня все еще до сих пор потряхивало от недавнего переохлаждения. Не заболеть бы. На улице продолжал валить снег с дождем, поэтому, не раздумывая, утеплилась. Ступни ног согревали кожаные, на натуральном меху ботильоны. Черные с утепленной подкладкой брюки на байке плотно облегали ноги и попу. Поверх футболки надела белый вязаный свитер. Надев двухстороннюю куртку на синтепоне, перекинула плечевой ремень сумочки через голову и, присев на край дивана, бросила взгляд на стенку. С портрета на меня смотрела бабушка. В ее взгляде всегда лучились теплота и доброта. Вот и сейчас мне показалось, будто она старалась поддержать меня и убедить, что все будет хорошо.

Тяжело сглотнув, подхватила сумку и ручку чемодана и тут же услышала возмущенный голос: «Беда! Ты совсем уже рехнулась. Оставь мне хотя бы чемодан».

Так мечтала ни с кем из соседей не встречаться, но не тут-то было. Аврора Подгубная вывела на прогулку свою злющую собачонку. Но ввиду ненастья держала ее на руках, и они обе впились в нас недобрым взглядом.

Колесики чемодана, перекатываясь со ступеньки, глухо ударились об старую бетонную дорожку.

В тот же миг Пуга заливисто залаяла и, от негодования зарычав, схватила зубами старческую руку хозяйки. От боли Аврора завыла сквозь зубы, зашипев, как змея на собачку.

По всей видимости, пушистая зараза сама испугалась того, что искусилась на руку хозяйки, и от страха ничего лучше не придумала, как описаться.

Я смотрела на мокрое пятно, растекающееся по шерстяному пальто Подгубной, и сделала себе в уме зарубку: никогда не заводить маленьких собак, а о Баскервилях вообще лучше не думать.

Пока таксист загружал мои вещи в багажник, а мы с Нинель заняли места. Подруга на переднем сиденье, а я на заднем.

Едва успела хлопнуть дверью и посмотреть в переднее стекло, сразу увидела медленно двигающейся нам навстречу черный внедорожник. Мгновенно упав на сиденье, сжалась и заскулила практически так же, как недавно Аврора.