Прошлогодняя синева, Курдюмов Всеволод Валерианович

Прошлогодняя синева

Курдюмов Всеволод Валерианович

Шрифт:

1. Рыцарь Високосного Года

Пусть ласково мне вешний воздух На сердце шепчет ворожбу — Ведь нехотя читал я в звездах Любви извечную судьбу. Перелистав у пыльных полок Фольянтов желтые листы, Всегда и всем седой астролог Дает разлучные цветы. Лицо мне опалили весны И сердце вправили в пращу, Но ожидай, и в високосный, В желанный год — я навещу. Мой черный плащ, мой плащ разлуки, Обоих нас оденет в ночь; Но зацелованные руки Опять приказывают: прочь!.. Всегда и всем седой астролог Дает разлучные цветы; Любящих путь уныл и долог, И дней заржавлены щиты, Но упадет звезды осколок, И будет день, и будешь ты.

2. Шпаги

Мы — лезвия скрещенных шпаг — Вовлечены опять во встречу; Я на твоем чекане мечу Победоносно мой зигзаг. Зажгла безумие мое Твоих касаний злая ласка, Что взоры девушек Дамаска, Дамасской стали острие. Клянуся именем звезды, Мои удары непреложны: Багрися кровью, прячься в ножны — Моей не смоешь борозды… Пройдут часы былых отваг, Мы заржавеем в лавках рынка, Мы не забудем поединка, Мы, лезвия скрещенных шпаг.

3. В горностаевом боа

Я считаю хвосты горностаев, Но боюсь на тебя я взглянуть; Верно, радость, так быстро растаяв, Не расплавила серую ртуть. Верно, клятвы звеневшего вальса Отзвенели на сердце твоем. О, рассмейся, прощая, и сжалься. — В сердце новой отравы нальем. Мы утонем в прощающем смехе, Нас сразившую руку хваля. О весны долгожданной доспехи Пусть расколется щит Февраля!

4. Февральский фейерверк

После радуг фейерверка К будним встречам не влечет. Всем моим обетам сверка, Всем ракетам — счет. Если полдень одинаков С полднем догоревших дней, — Ну, искать краснее маков, Глаз манящей и синей. Если встречен прежней лаской Долгожданный мой приезд — Ну, искать под новой маской Заневещенных невест. Мы любились круглый месяц, Двадцать девять жгли шутих. Мы сбежали много лестниц И замкнули строго стих. Февраль 1912

Пьяная

Деньги есть — поскорее разменивай! Для чего? — неуместный вопрос. Чтобы ласково к шали сиреневой Приколоть мне полуденных роз. О, не будь же расчетливым немчиком, Не тужи. — Кошелек будет пуст, — Отплачу ослепительным жемчугом Никогда не целованных уст. Февраль 1912

Шелковое рондо

Не будет с сердцем сладу — Ему пылать на сотне вертелов, Если забудет переулок Эртелев И шелковую Аду. ></emphasis > Где платье шелка, как уйти из плену, От шелестящего укрыться шелка И, замечая новую измену, Не умереть, когда мою шатлену Увозит прочь, не знаю чья, двуколка? Не умереть. Куда ж себя я дену, Поклонник платонического толка, Когда цветы нельзя кидать на сцену (Где платье шелка) —? Со мной поспорит, знаю, богомолка, Но если мне в вине пить только пену. Не лучше ль, шелковая, втихомолку, Как некий гладиатор на арену — Упасть, у кисти открывая вену, Где платье шелка —? Ноябрь 1912

Со щитом

He захмеленный бранной славой, Плетусь один в пыли когорт. Мой старый щит, постыдно ржавый, Ударом копий не истерт. Бойца венчают лавром войны, При громком стуке костылей, А я вернулся снова стройный, Еще покорней и смуглей. Ведь я, видав, как мой товарищ Испещрен летописью ран, Бежал, бледнея, мглы пожарищ И клал на щеки слой румян. Когда, с победным кличем рога, У храма склонят знамена, Меня у отчего порога Заколет верная жена. Апрель 1912

Сонет

В двузвездье глаз твоих ласкающе гляжу, Давно любимый стих — твое шепчу я имя, И меж желаньями твоими и моими Любовь заборонила тщетную межу. Но ирисом твои ль венки перевяжу Потом, осеннею порой, в вечернем дыме? Когда запорошат тебя снегами злыми, Предамся ли я, опечаленный, ножу? Все, что завещано, доверчиво настанет, Но не прочтен еще пергамент звездных карт, Где взвешенных страстей начерчены орбиты. Уходит прочь, кто так сегодня больно ранит, Но я пою беспечно, беспечальный бард, Веление судеб, — что мы сегодня слиты. Декабрь 1911

В бумажном домике

1. Осенью

Я ведь шалый, маленький, И к тому ж отважный. На лесной проталинке Домик мой бумажный. Светлым клеем склеенный, Он хорош без башен. В нем, мукой осеянный, Я и лют и страшен. Я зубами щелкаю, Брови в жженой пробке. Белочки под елкою Спуганы и робки. Домик зашатается, Когда станет топко. Знаю — все смывается. И мука, и пробка.

2. Зимою

Снегом дверь заложена Не уйти из дому. Сердце потревожено — Больно молодому. Я зубами щелкаю, Потому — морозно. Белочки под елкою Разбежались розно. Домик не шатается, Заснежило тропку. Что же не смывается Ни мука, ни пробка? Декабрь 1911

Двойник

Угодный воле Дровосека, Под топором ты не отник, Мой заповеданный, до века Неоскудеющий двойник. Когда невесте я маячу, Предупредив ночную тишь, Ты, уготованный безбрачью, Своей тонзурою слепишь. Где мне вино, — там, знаю, черствый Ты с голубями делишь хлеб. Пощады нет, как ни потворствуй, Пока в разгуле не ослеп. Но благодатью, может статься, Лозовый посох зацветет, — Сорвешь руками святотатца Ты набухающий приплод. Обманешь светлыми очами, Не дав лампады мне возжечь, Наиздеваешься ночами Прикосновеньем смуглых плеч… Расправив в зелени побегов Шипы таимые, гряди! Приветствую, и щит Олегов Мне пригвождается к груди. Ноябрь 1912

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12-14

Поделиться с друзьями:

Чтение онлайн

КНИГИ

АВТОРЫ

ЖАНРЫ

Деловая литература

Детективы

Детские

Документальная литература

Дом и Семья

Драматургия

Жанр не определен

Компьютеры и Интернет

Любовные романы

Научно-образовательная

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия и эзотерика

Справочная литература

Старинная литература

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор

Прошлогодняя синева

Курдюмов Всеволод Валерианович

Шрифт: