Чтение онлайн

И пока Дамиан переваривал услышанное, Адвиль возвестил начало церемонии. Традиции каэрских похорон не отличались сложностью. Лорды и гости по очереди подходили к закрытому гробу и оставляли на крышке какую-нибудь безделицу или цветок, затем самые важные персоны читали прощальные речи, а заканчивалось всё оглашением завещания. И, стоило отметить, большинство из собравшихся только и ждала, когда же иностранные послы, да дряхлые лорды завершат свои восхваления почившему Йорану. Дамиан видел алчный блеск в глазах Элофа и его свиты, а так же явное нетерпение в строю Когъёрда. Наконец, последняя речь была произнесена, и лорд Адвиль вышел к гробу с запечатанным свитком. Сломав королевскую печаль, он, прочистив горло, развернул бумагу. Зал застыл в ожидании, однако канцлер выдержал приличную паузу, прежде чем приступил к чтению. Дамиан напряжённо вслушивался в прощальные королевские указы, боясь упустить заслуженное возвышение отца, но Адвиль зачитывал только переходящие в наследство земли, да сокровища. Так, северные пастбища были отданы во владения Когъёрду, а несколько мелких прибрежных деревень — Элофу, несколько домов в столице получили какие-то представители старой аристократии. И тут голос канцлера смолк, а Дамиан застыл в недоумении. В сердце будто бы вбили стальной кол. Дамиану с трудом сделал вдох, однако он не наполнил лёгкие, те отказались принимать воздух. Так и застыв с открытым ртом, Дамиан только и мог судорожно глотать новые порции воздуха, не в силах протолкнуть их внутрь себя. Немыслимо! Да что там, полное безумие! Дамиан напрочь отказывался верить в то, что обожаемый им король мог его так подло и жестоко обмануть!

— На этом всё, — сворачивая свиток, сказал Адвиль. — Предлагаю перейти к объявлению претендентов на престол.

— Протестую! — донеслось со стороны иноземных гостей.

— Что? — Адвиль вмиг нахмурился. — Кто это сказал?!

— Посол эльфов! — смело заявил Франсьен, выходя к канцлеру. — И, думаю, ко мне готовы присоединиться послы и других стран. На своём последнем совете Его Величество Йоран зачитывал нам совсем другое завещание. Не правда ли?

— Поддерживаю! — поднимаясь, согласился Сильвио.

— Тоже вынужден поддержать, — мрачно констатировал посол Ариат, и с ним рядом встал недобро ухмыляющийся принц Юджин.

— И откуда только взялась эта лживая бумажка? — насмешливо вопросил Гвол, вмиг оказавшись рядом с Адвилем. Драконеанин расправил свои чёрные крылья, от чего его облик стал выглядеть довольно устрашающе. Похоже, канцлер ощутил то же, потому сделал боязливый шаг назад.

— Вероятно, её изготовил сам канцлер, — предположил Рош, вставая в поддержку. — И должен заметить, работа проделана весьма небрежно! Как можно поверить, что король на время испытаний даже не назначил регента или хотя бы посла!

— У нас всем этим занимается канцлер! — самодовольно выпятив грудь, заявил Адвиль, но тут же сник, и, кажется, потерял дар речи, ведь перед его глазами волчком закрутился алый вихрь, который в долю секунды превратился в посла демонов.

По траурному залу пробежали возгласы ужаса и страха. Кажется, одна дама чуть не потеряла сознание, но её спутники вовремя подхватили заваливающуюся леди, так что всё обошлось без драматичных сцен. Но как-то инцидент был исчерпан, всё внимание безраздельно заполучил Аулус. В его руках обнаружился ещё один свиток, который он настоятельно протягивал онемевшему Адвилю.

— Это обязательная копия, которая хранится во Дворце совета, — пояснил демон. — Не желаете сверить?

— Не желаю! — вскрикнул Адвиль, отшатнувшись от демона. — И вообще, как вы смеете вмешиваться в дела чужого государства! — Собственные слова, похоже, придавили канцлеру смелости, и он, уверяясь в своём праве, всё больше раззадоривался: — Мы не ваши марионетки, так что нечего нам указывать, как именно нам поступать!

Злобный смех Гвола был остановлен жестом Аулуса. Демон качнул головой, и драконеанин тут же замолк. Убедившись, что в зале воцарилась полная тишина, Аулус повернулся к каэрцам:

— В таком случае, нам остаётся только спросить мнения местных жителей. Кто-нибудь может опровергнуть зачитанное канцлером?

Аристократы заметно заволновались, по залу пронеслись тревожные шепотки, но никто не спешил подняться. На лице Адвиля запылала довольная улыбка, которая тут же слетела, когда в конце зала выросла фигура.

— Позвольте вмешаться! — Голос Торика гулко отдался от стен. — Капитан доверенного королю судна, я имел честь сопровождать Его Величество на последний совет и, согласно морскому праву, был ознакомлен с указанной бумагой, так что могу смело заявить, что всё, зачитанное лордом канцлером абсолютная ложь!

— Лорд Торик! — вспыхнул Адвиль. — Как вы смеете обвинять меня в подобном!

— Лорд Адвиль, — мягко произнёс Торик. — Могу только подивиться вашей недальновидности. Неужели вы в самом деле решили, что можно так легко подделать столь важный документ?

— Но… но… — Адвиль вдруг стал заикаться. — Раньше иноземцам не было нас никакого дела! — наконец, выдал он, заметавшись по залу. Лорд явно искал поддержки у знати, но аристократы предпочли отмолчаться. Мало кому хотелось перечить собравшимся иноземцам, возглавляемых демонов. Вдобавок Дамиан к своему удивлению отметил, что к заявлению Торика отнеслись с особым вниманием. Похоже, часть аристократии хорошо знала лорда-капитана, и его слова вызывали большое уважение. Как же так получилось, что он не знал столь значимую личность? Вероятно, Йоран нарочно не знакомил их, держа Торика вдали как козырную карту, словно предвидел, что настанет час её разыграть.

— Я готов огласить истинное завещание, если, конечно, лорд Адвиль не желает исправить свою ошибку, — добавил Торик и сделал уже шаг в сторону демона, но его прервал красный, словно варёный рак, Адвиль.

— Вероятно, произошло некое недопонимание, — пробормотал он, пока его глаза нервно метались по залу, оценивая ситуацию. — С этим надо будет обязательно разобраться! А сейчас давайте же ознакомимся с истинным завещанием!

Он несмело подошёл к демону, выставив руку вперёд. Аулус не скрывая насмешки, передал канцлеру свиток. Адвиль продолжал бормотать себе под нос что-то невнятное, пока вскрывал королевскую печать. Затем же, его голос вдруг обрёл глубину и некую отстранённость. Он зачитывал один пункт за другим безо всяких эмоций, сухо и бесцветно. Едва были розданы семейные реликвии, Адвиль перешёл на назначения. Сначала чести удостоился конюший, ему король даровал титул главного конюха страны, затем нескольким моряков повысили до капитанов, завещав судна, и только после, наконец, канцлер объявил:

— Моему верному целителю вверяю западные земли от Кривого мыса до Кромки Корийских гор, и нарекаю лордом Джулианом Корийским, а его потомству завещаю наследование титула отныне и во веки веков.

Как бы не пытался Адвиль скрыть свои чувства, всё же при этих словах его губы дрогнули, а лицо исказила гримаса бессильной злобы. Подобно маске она намертво приклеилась к лику канцлера, пока он дочитывал завещание. Он едва успел перевести дух, прежде чем перешёл к последнему пункту: объявлению претендентов на престол.

— Когъёрд Лимосский!

Зал взорвался аплодисментами. Аристократы горячо приветствовали выходящего лорда. Когъёрд гордо прошествовал в центр зала, где остановился в изголовье гроба, тем самым обозначая выбранные городские ворота, с которых он намеривался выйти на испытание. По старой каэрской традиции покойного всегда укладывали головой к леднику, что символизировало верность северу, а ноги указывали на море, чьи воды и должны были забрать тело. По тому выходило, что Когъёрд выбрал себе Северные врата и вместе с тем самую простую дорогу. И, судя по той уверенности, с которой он взирал на всех присутствующих, в своей победе тот не сомневался ни на миг.

— Элоф Диарский! — протрубил Адвиль, впервые допуская в голос нотки гордости.

Зал вновь рукоплескал, пока Элоф поспешно занимал место по правую руку почившего короля. Западные ворота вели к пологим холмам, что тоже считалась неплохой дорогой в горы. Что ж, того следовало ожидать, что самые вероятные наследники выберут себе удобные пути. К чему излишние трудности? Дамиан уже начал продумывать, как будет выходить с Восточных врат, когда Адвиль огласил новое имя:

— Торик Отрийский!