Чтение онлайн

Это было неожиданно. Каверзный вопрос венценосного воспитанника перетек в не менее каверзный ответ.

— Осмелюсь уточнить, служу исключительно императору или его наследнику. — Абэ, как обычно, улыбался и слегка щурил раскосые карие глаза.

— Вон оно как… И наследника уже определил? — прошептал он. Фердинанд не просто был недоволен или рефлексировал, он был зол и едва сдерживался. Нандин откровенно забавлялся ситуацией. Как ни странно, злость шла его императору. Однако в чем была причина? Взгляд Нандина опять скользнул по рабочему столу, по разбросанным фотокарточкам. Выхватил изображение брата. Вряд ли причина плохого настроения в нем. Но чем черт не шутит?

— Я не могу читать вас, мой император. Сжальтесь и просто объясните, что вас раздражает.

— Объяснить? — он наконец отлип от своего кресла и подался вперед. Вечно холодное лицо перекосилось от негодования. — Пятнадцать лет назад ты засвидетельствовал смерть всех моих родных и подконтрольных им уродцев. Как ты тогда сказал? Ни деда… ни родителей, ни братьев, ни их семей, ни их охраны. Вся наша многочисленная родня была уничтожена в течение считанных минут.

— Не стоит мне напоминать о столь прискорбном факте нашей биографии, мой император, — предупредил Нандин. Он уже знал, куда клонит Фердинанд. Если его так бесит Райго, так уж и быть… придется заканчивать с ним и выбирать другую приманку.

— Не смеши, тебе неведома скорбь, — прошептал Фердинанд, копируя интонации Нана и поднимая изображение Тариса Лаена. — Никого не напоминает, а?

— Нет, — ответ Абэ был категоричен… А его воспитанник тем временем еще больше распалялся.

— Синие глаза, Нан… Эти синие глаза ходят за мной следом полжизни, — продолжал гнуть свое Фердинанд. Поднимаясь и наваливаясь руками на стол. — Я хочу его крови. Он должен исчезнуть.

— Любой каприз, мой император, — Нан был непробиваем. Он мог поверить во что угодно, только не в то, что кто-то из погибших братьев жив. — Могу зарезать его как поросенка у вас на глазах. — И, чуть сощурившись, добавил: — Но этот парень вам не родственник…

— Тогда почему твой клон ввязался в это дело?

Абэ промолчал. Здесь ему крыть было нечем.

В дверь постучали, и в кабинет тихо проскользнул личный секретарь:

— Все порталы активированы, господин. Ваши распоряжения? — поинтересовалась женщина средних лет, застыв в дверях. От нее не укрылось напряжение, повисшее между обоими мужчинами. Да и злость императора слишком явно отражалась на его лице.

— Прекрасно, — прошептал Фердинанд и снова взглянул Нандину в глаза. Фотокарточка упала на стол. — Как поросенка. Здесь… иных способов не приемлю.

Фердинанд первым покинул свой кабинет, словно сбежал. А Нандин завис над столом, смотря на фотокарточку своего брата и ГМО.

Он мог поверить во что угодно, только не в то, что кто-то из погибших братьев Фердинанда жив.

* * *

Яркость белого потолка слепила. Привычная гладкая поверхность не радовала, но и не раздражала. Абсолютная бездушность изнутри. Монитор компьютера горел белым. Черные буквы складывались в очередной отчет доверенного лица.

Маркус лениво читал его, периодически прикрывая глаза. На поверхности уже властвовало утро. А здесь, под землей, время никогда не разделяли на сутки. Люди жили по сменам. Ели по сменам. Общались, женились и даже спали, ориентируясь исключительно на время своей смены.

Ирраиль, чей список Маркус сейчас читал, был нагл. Слишком много требовал он от «Биби». Словно пришлый господин был должен ему за все те неудобства, о которые успел споткнуться старый мастер на своем пути.

Впрочем, список был реален. Старик даже имплантов не требовал, всего лишь их составляющие, из которых подземные умельцы сами смастерят то, что надо.

Ирония жизни. В прошлом изощренные умы могли управлять миром, диктовать курсы развития и потребления. Теперь же их умелые потомки были загнаны в норы, как кроты. Обслуживали технику, щурили полуслепые глаза, не привыкшие к яркому свету, и мечтали о натуральных, несублимированных помидорах.

В дверь постучали.

Маркус даже не дернулся. Он прекрасно знал, что голографическая маска скрывает его лицо.

Женщина, зашедшая в его кабинет, была жилистой и лысой. Невысокая, левый глаз ее светил бельмом. Правый уже был сменен на мощный объектив, отличающийся от натурального лишь неестественной чернотой искусственной зеницы. Лысый череп был татуирован. На левом виске маячила знакомая лампочка импланта. По сравнению с Вито работы Ирраиля эта женщина была сделана более качественно. Увы, ее мастер скончался, а новый еще не набил руку.

Впрочем, это дело наживное.

— Вито ушла в переработку, — с ходу начала Дэйла. — Использованные ею люди сбежали.

Она смотрела на голографическое лицо «Биби» непринужденно. Стоя перед ним навытяжку, словно солдат.

— Давно?

— Прошлым утром, — ответила она не мешкая. — Судя по свидетельствам, ГМО прихватил с собой двух других ребят и спрыгнул с пятой смотровой площадки западного пути.

— Вито должна была его убить…

— Она убила, выстрелом в голову. Просто парень попался не простой. — Дэйла привычно обошла стол и склонилась над мужчиной. Взгляд ее скользнул по ожогу, изуродовавшему некогда приятное лицо, по синим глазам с поплывшими изувеченными веками, по здоровой части головы, очерченной мягкими русыми волосами. — Он выжил после выстрела в голову, потом устроил пожар. Едва не сгорел и в итоге спрыгнул вниз с площадки, утащив с собой двух живых. Там несколько сотен метров высоты.

— Невозможно…

— По слухам, которые наводнили больницу, — продолжала шептать она, — у него регенерация и способность к управлению клетками и к повышению температуры.

Маркус мрачнел с каждым ее словом, но женщина даже не думала умолкать.

— А еще его ошейник не срабатывает. Этот мальчишка может убивать безнаказанно. Никого не напоминает?

— Он должен быть мертв, никто не выжил тогда…

— Кроме Фердинанда… и тебя… — прошептала она, наклоняясь еще ближе к его обезображенному лицу. — Маркус, это еще не все… Телепатом, которого пыталась увести из города Вито, был человек азиатской наружности. И, не поверишь, кто наведался в Леополис после убийства… — она слегка коснулась его губ своими и жестко улыбнулась: — Демон Абэ.

* * *

Котомка оттягивала плечи Райго, и он тащил ее на себе, скрипя зубами. Лаен вырвался вперед, подхватив на руки девчонку и позволив чернявому подумать о том, чего, видимо, сам слушать не желал.

Райго же злился. В первую очередь на себя. Откровенность Лаена насчет собственного прошлого сворачивала мысли в ненужное русло. Простота и легкость, с которой он это говорил, стягивала нервы в тугой комок, до дрожи. Тарис не должен был знать о том, как появился в Леополиском детдоме… Не должен был знать, о чем думают воспитатели, глядя на него. И уж точно, он не должен был понимать, что нарисованное в Кальтэное дело — липа от начала и до конца. Нелиповый только ошейник, к которому он будет привязан до самого конца.

Но на хорошо продуманный вопрос Тарис Лаен дал четкий и исключительно верный ответ… которого не должен был знать…

Слышал ли Тарис сейчас его метания? Понимал ли скользкость всей той информации, которую Райго просто скрывал от него?

Его силуэт мелькал впереди, среди высоких зарослей амаранта. Гибкий позвоночник, словно гребень диковинного животного, натягивал кожу. Ребра неестественно вздувались при каждом вздохе… Нана лежала на его руках, крепко обхватив шею, склонив голову на его плечо. Идти она могла, но Лаен, похоже, имел свои соображения на этот счет.