Чтение онлайн

– Не та дисциплина, - заметил кто-то из ребят.

– Перед товарищами не больно-то свой характер покажешь - у нас живо на чистую воду выведут, будь спокоен!
– тряхнул головой паренек в клетчатой рубашке со значком на груди.

– А я вот что знаю...
– придвигаясь к огню, заговорил Саша.
– Надо самому себя время от времени проверять: кто я есть, какой человек из меня получается. А то один раз я так себя запустил, что сам себе опротивел... Он выплюнул изо рта травинку и поглядел на внимательные лица ребят.
– Кто смеется - не смейся. Это с каждым может быть...

Ребята поглядели друг на друга.

– Никто не смеется... Что ты?

– Говори...

– Говори, Саша!
– послышались тихие голоса.

– А что говорить? Это дело с двойки началось, - хмурясь, сказал Саша.
– Получил я как-то двойку по арифметике. Ну, неприятно мне, конечно, и неловко; иду домой и думаю: "Сегодня не скажу - и так у меня сегодня плохой день; завтра скажу". А назавтра я пятерку получил по русскому и опять думаю: "Что я буду хорошее с плохим мешать! Скажу послезавтра". Ну, так день за днем. Хорошее говорю, а о плохом молчу. И все так стал скрывать, а потом уж и врать пришлось, выкручиваться, да уж не только дома перед родителями, а и в классе перед товарищами. Ну, один раз лег спать и думаю: "Что это я перед всеми извиваюсь как-то, все мне на свете опротивело и самому на себя противно глядеть?"

Саша поднял голову и посмотрел на ребят.

– Ну и что?
– нетерпеливо спросил Костя.

– Все!
– решительно отрезал Саша.
– С той поры все! На одной правде живу! Вот как есть, так и есть! Ничего не скрываю и нигде не выкручиваюсь - чистый стал, как после бани вышел!

Наступила тишина. Ребята задумались. Кто-то подкинул в костер сухую ветку. Огонь вспыхнул и осветил лица.

– А у меня вот, ребята...
– послышался взволнованный голос Димы, - у меня свой недостаток...

Ребята раздвинулись. Дима боком просунулся между ними и, вспыхивая горячим румянцем, долго не мог найти нужные слова.

Наконец он грустно улыбнулся и сказал:

– Я, наверно, какой-то трус, ребята, хоть мне об этом и говорить трудно... Но раз все о себе правду говорят, то и я хочу сказать.

– Ясно, говори!

– Как скажешь, так сразу и на душе станет легче!
– сочувственно зашумели ребята.

– Говори. Тут чужих нет... Может, разберемся вместе, - сказал Гриша, присаживаясь ближе к костру.

– Я леса боюсь, - сказал Дима.
– Боюсь, и все. И никак себя побороть не могу. Ни за что бы один в лес не пошел! Я уж себя проверял - выйду ночью из палатки и смотрю: лес, лес... деревья черные, кусты черные, а за кустами будто зверь какой валежником шуршит. Стою и думаю: "Пошел бы я сейчас один туда? Нет, ни за что на свете! Боюсь..."

– А чего боишься? Людей или зверей?

Дима пожал плечами:

– Нет, почему людей? Зверей, конечна, гадюк боюсь, а еще заблудиться мне страшно...

– Да-а...
– протянул кто-то из ребят.

– Чудной ты...
– сказал Вадим.
– Лес все любят, а ты его боишься! И днем боишься?

– Нет, днем меньше. Днем все видно.

– Ну, а если бы ты попробовал преодолеть в себе этот страх? Вот как Саша: преодолел же он свой недостаток, когда понял, что это никуда не годится! И ты попробуй. Возьми себя крепко в руки и решись пойти в лес, и ты увидишь, что ничего там страшного нет, - сказал Гриша.

– Конечно, Димка! Прямо скажи себе: я ничего не боюсь! И иди! Вон лес!
– зашумели вокруг ребята.

Дима оглянулся на лес и тяжело вздохнул.

– Может, я с ним пойду для первого раза?
– предложил Костя.

– Ну уж нет! Без нянек, пожалуйста! Димка пионер!

– Нечего ему тут долго думать! Пошел, и все!

Гриша вдруг встал, нащупал в траве пустое ведро и протянул его Диме:

– Слушай! Вон там под горкой ручей. Мы с тобой сегодня там были... Пойди и набери воды в ведро, понял?

Дима нерешительно взял ведро.

– Иди, иди, Димка! Нас много! Мы, в случае чего, все к тебе на помощь прибежим!
– подбадривали Диму ребята.

– Иди, - дружески сказал Вадим и погладил товарища по плечу.
– Не бойся ничего!

Дима пошел. Ребята молча смотрели, как он спускался с косогора, как в темноте постепенно таяла его фигура, удаляясь вместе с тихим звоном болтающегося на руке ведра. Когда его уже не стало видно, все заговорили разом, перебивая друг друга:

– Пошел!

– Ну и хорошо!

– Важно первый раз решиться!

– А все-таки сила воли у него есть, ребята!

– А ну потише! Не зовет?
– спрашивал изредка Вадим, настороженно прислушиваясь к каждому звуку.

– Не зовет! Чего ему звать!

Время тянулось медленно. Ребята помолчали. Потом поговорили еще, но за словами уже чувствовалось нетерпеливое ожидание.

– Долго чего-то он, - сказал Костя, вглядываясь в темноту.

– Может, полное ведро зачерпнул - в гору тяжело нести?
– предположил кто-то.

– Не торопится, - поднимаясь, сказал Гриша.
– Пойду посмотрю, что там.

– А ну тише!
– вдруг крикнул Вадим и замер, подняв вверх руку.

Сквозь ночную тишину прорвался откуда-то дрожащий, жалобный крик...

Ребята вскочили и, толкая друг друга, ринулись в темноту.

Гриша, цепляясь за ветки сбегающих по косогору кустов, первый достиг ручья. За ним почти скатился с горки Вадим, потом остальные ребята. Димки не было. В кустах булькал ручей. На берегу валялось пустое ведро.

– Димка! Эй, Димка-а-а!
– тревожно понеслось по лесу.

"А-а-а", - передразнивая ребят, откликнулось лесное эхо, и вслед за ним - снова дрожащий тонкий звук, заглушенный голосом Димы:

– Сюда! Сюда!

Ребята, ломая сучья и обжигаясь крапивой, бросились на зов.

Голос шел из глубокого оврага. На дне его, в топком болоте, копошился Димка и рядом с ним что-то большое, темное, похожее на зверя.

– Ребята! Сюда! Тут жеребенок в болоте застрял! Никак не вытащу! кричал Димка.

"И-и-и!" - жалобно ржал жеребенок, пробуя вытащить заплывшие топкой глиной ноги.

Димка, подвернув выше колен штаны и обхватив обеими руками шею жеребенка, изо всех сил тащил его на берег.