Чтение онлайн

После всенощного бдения в Михайловском соборе мы сидели в своей комнате на Рижской и отогревались. Что-то резко похолодало – зима. Ну а Валентина Васильевна дровишки экономила и поэтому хорошо, что мы уже немного привыкли спать одетыми. Поэтому теплые вещи мы с себя снимать не стали. Прочитав правило ко причастию и молитвы на сон грядущим, я закутался в одеяло и сразу заснул.

Утром мы уже были на ранней литургии в Успенском соборе. За литургией народный хор пел обиход. Как душевно и хорошо, безо всяких этих оперных рулад, по-простому. Сергей Васильевич – музыкант, гитарист классик, работал в Москонцерте и как глубоко верующий человек разбирался в церковном пении. О церковном пении он говорил мне так: «Знаешь почему, когда поёт простой братский хор создаётся молитвенное настроение? Потому что они знают о чём поют. А профессиональный хор больше думает о своём исполнительском интересе, о качестве исполнения». Поэтому я всегда ходил на ранние литургии, где можно было бы просто помолиться.

Возле раки с мощами преподобномученика Корнилия пахло дымом из печки, которая находилась тут же, за пономарской дверью в алтаре. Пономарю нужно было прийти очень рано, часа в четыре утра, для того чтобы затопить печку, особенно зимой, так как никакого другого отопления в Успенской церкви нет – она ведь пещерная. И только после этого он начинал приступать к остальным своим обязанностям – зажигать лампады, разогревать воду и т.д.

Вчера на исповеди я спросил отца Адриана, можно ли зайти к нему на беседу. И он действительно благословил зайти после причастия. Батюшка и потом всегда говорил нам, когда мы приезжали в Печоры, что сначала нужно помолиться, сходить на вечернее богослужение, утром причаститься и уже тогда только приходить к нему. И мы это хорошо понимали.

Пройти к отцу Адриану в келью было не так просто. Для этого нужно было как минимум быть монастырским сотрудником или трудником. У входа в братский корпус стоял дежурный Василий или его напарник Анатолий, которых мы уже знали. Но это ещё не всё. Нужно было пройти так, чтобы не наткнуться на эконома, который гонял всех, кто пытался пробраться в братский корпус. На этот раз нам помог послушник Александр, запомнивший нас как москвичей по прошлому приезду, потому что и сам был из Москвы и уже четыре года нёс послушание в Псково-Печерском монастыре, будучи келейником у старца игумена Адриана. Он провёл нас на хоздвор, где стоял корпус, в котором тогда жил батюшка. Мы поднялись на второй этаж и Александр постучал в дверь.

– Молитвами святых отец наших, – дверь приоткрылась.

– Батюшка, тут к тебе пришли, – сказал он выглянувшему старцу.

– А, ну заходите, – пригласил нас к себе в келью отец Адриан.

Меня, конечно, резануло по уху то, что молодой послушник обратился к почтенному старцу на «ты». Но, войдя в келью, это всё тут же забылось, потому что в углу, где были иконы, я увидел всё ту же икону Божией Матери «Черниговская-Гефсиманская». Правда написана она была каким-то неумелым самоучкой, но просто и с любовью. И ещё я почувствовал очень знакомый запах, который был в келье. Вначале я никак не мог вспомнить, где я мог слышать этот запах. Но потом я узнал его: точно так пахло в келье не то у отца Наума, не то у отца Кирилла, но точно где-то в Лавре. И это был тот самый монашеский запах, о котором я однажды прочитал в житии какого-то святого.

Этот преподобный подвизался в пустыне и с ним в келье так же несла молитвенный подвиг его племянница, молодая девица. Но однажды некий юноша, проезжая на коне мимо кельи пустынника, увидел его племянницу, которая была хороша собой. Он уговорил её покинуть монашескую келью и поехать с ним, чем губить здесь свою молодость. И она уехала с этим юношей. Преподобный очень огорчился из-за ухода племянницы и молился, чтобы Господь открыл ему то место, где она находится. Прошло некоторое время и вот кто-то сказал пустыннику, что видел его племянницу в таком-то городе в трактире, где она стала блудницей. Тогда монах переоделся в мирскую одежду и попросил этого путника отвезти его в тот город. По прибытии в город он отправился в трактир. Войдя туда, он сел за стол и увидел танцующую племянницу. Тогда он надвинул на лицо шляпу и пригласил её за свой стол, так как узнать его в такой одежде она никак не могла. Девушка подошла к преподобному, как к своему очередному кавалеру, обняла его прильнув к шее, и сразу почувствовала знакомый монашеский запах. Она отпрянула и присмотревшись узнала в незнакомце своего авву. Сама она боялась возвращаться, думая, что пустынник прогонит её. Но преподобный пришёл за ней и забрал свою племянницу. И так они продолжили подвизаться вместе, постом и молитвой угождая Богу.

В этом повествовании ключевыми словами для меня были именно «монашеский запах». Оказавшись в келье старца игумена Адриана, я ощутил именно тот самый монашеский запах, тот аромат, который ни с чем не сравним, он сразу узнаваем. Такой же аромат однажды я ощутил в Покровском храме Данилова монастыря. И он довольно долгое время там присутствовал. Но больше я никогда и нигде, ни в одном монастыре, храме или келье, этот запах не встречал.

– Благословите, батюшка.

– Бог благословит.

– Это вот Дмитрий и Вячеслав, они из Москвы приехали. Они говорят, что ты просил их зайти, – представил нас послушник.

– Да, да. Сейчас мы поговорим, как надо спасаться и каяться в своих грехах.

– Ну, я тогда пойду, батюшка, на послушание.

– Да, иди.

– Ну, вы сами-то обратно выйти сможете? – спросил нас Александр.

– Конечно, – ответил я, прикинув, что обратно-то нас даже если и попрут отсюда, так нам всё равно нужно на выход.

– Ну, вот, дорогие мои, – начал отец Адриан, – прежде всего, конечно, должна быть крепкая вера в Бога. Я вот когда молодой был то на Крещение ездил в Новый Иерусалим, чтобы окунуться в Истре и набрать воды. И вот однажды я приехал со своей знакомой Анной и когда подошел по льду с бутылками к проруби, то лёд обломился, и я нырнул в воду. А там было глубоко, несколько метров. И я даже на дно опустился и какое-то время там был под водою. Конечно, я должен был захлебнуться, потому что я там находился долго. Но вдруг меня какая-то сила потянула из воды и вытолкнула на лёд, как пробку. Смотрю и бутылки мои с водой стоят на льду. Я говорю этой женщине, что вон, Аннушка, смотри я воды набрал. А она уже думала, что я потонул и так сильно удивлялась, что я так долго был там под водою и не захлебнулся. Значит, говорит, Бог есть, и я теперь буду Богу молиться и веровать. Вот так, – засмеялся батюшка.

– Поэтому надо иметь веру, молиться и каяться в своих грехах, – продолжал он. – Вон посмотрите, как бесноватые мучаются за грехи, значит если бесы есть, то и Бог тоже есть. Так что кайтесь в своих грехах, читайте псалтирь. Сейчас время короткое, кругом соблазны, и нам остаётся только как бы успеть покаяться в грехах и стараться не попасть в сети врага.

– Батюшка, у нас вот есть желание поступить в монастырь. И мы думаем, что здесь нам будет лучше всего спасать свою душу, – сказал я.

– Подальше от Москвы, от того места, где мы жили во грехе, – продолжил Дмитрий.

– Ну, пожалуйста, сначала приезжайте, поживите здесь и поработайте на послушании, присмотритесь, – предложил отец Адриан.

На том мы и порешили, что весной ближе к лету обязательно приедем на пару недель в Печоры. Да здесь и не только можно поработать, но можно и хорошо отдохнуть на природе от городской суеты.

Батюшка помазал нас святым маслицем и благословил в дорогу.

Мы сидели в вагоне поезда на своих любимых боковых местах и обсуждали события этого дня, которые положили начало духовного окормления у игумена Адриана и нашего пути в Свято-Успенский Псково-Печерский монастырь.

В конце февраля наши друзья, Александр и Татьяна, побывали в Печорах у отца Адриана. Приехав оттуда, Саша позвонил нам и сообщил о том, что батюшку переселили в основной братский корпус в хорошую келью на втором этаже. В келье есть даже прихожая с умывальником, и отец Адриан выразил желание поставить в прихожей небольшой холодильник для хранения лекарств. Ну, а в советское время был только один маленький холодильник – «Морозко». Производился он в Великих Луках, и наверняка был в продаже в соседнем Пскове. Но Саша с Таней проявили заботу о старце и купили этот холодильник в магазине рядом с их домом в Москве. И, собственно говоря, Александр позвонил нам как раз с тем, чтобы мы с Димкой доставили холодильник в Печоры. Естественно, мы не отказались, а с готовностью согласились, выбрали подходящий день и попёрли его из Москвы.