Рунная птица Джейр
Шрифт:
Ярре между тем посылал стрелу за стрелой в мечущихся по поляне всадников, и каждая из них находила жертву. Разбойники гибли, даже не сообразив, откуда в них летят смертоносные стрелы. Лишь двое последних увидели стрелка. Они бросились прямо к нему, с двух сторон, яростно вопя и размахивая мечами. Первому Ярре попал прямо в распяленный рот, оборвав крик, и разбойник вылетел из седла. Второй подскакал совсем близко: Ярре выстрелил в упор, но попал не в грудь всадника, а в голову коня. Жеребец встал на дыбы и повалился набок, придавив хозяина. Разбойник, вопя и сквернословя, пытался выбраться из-под убитой лошади, но подоспевший Вельфгрид не дал ему этого сделать.
Ярре опустил лук. Сердце у него бешено стучало. Вельфгрид тем временем уже сидел рядом с ребенком, высунув длинный язык. Ярре схватил один из горевших на снегу факелов, подбежал ближе.
– Ой, девчонка! – вырвалось у него.
Они с Вельфгридом спасли девочку лет тринадцати. Девочка была в очень добротной и дорогой шубе из черной лисы и хороших сапожках. Спасаясь от разбойников, она потеряла шапку, и длинные светлые волосы рассыпались по воротнику шубы. Лицо у девочки было тонкое, красивое – и белое, как у замерзшего покойника. Губы ее шевелились, а в остановившихся широко распахнутых глазах был смертельный ужас.
– Ма…ма…ма…маааа…мммм…ма, - услышал Ярре.
– Жива, цела? – Ярре схватил девчонку за плечи, сильно тряхнул. – Слышишь меня?
Вельфгрид угрожающе зарычал. Ярре отпустил девчонку и растерянно посмотрел по сторонам. Все ясно, у девчонки шок с перепугу. Надо согреть ее, разжечь костер.
Валежника на поляне было много, а догорающие факелы разбойников сильно упростили дело. Скоро костер пылал жарко и весело, а Ярре все наваливал в него дрова.
– Холодно, - сказала вдруг девушка.
На этот раз Ярре не стал обращать внимание на рычание Вельфгрида. Защитничек, тоже мне. Распустил завязки на мешке, достал из его недр свои запасные суконные портянки и крынку с гусиным жиром, которую положил в мешок предусмотрительный Бьеран. Стянул с девушки меховые сапожки: ступни у нее были ледяными и совсем побелели. Выругавшись втихомолку, Ярре начал растирать ноги девчонки сначала снегом, а потом жиром. Растирание помогло – девчонка начала морщиться от боли, кровообращение восстановилось.
– Больно! – застонала она.
– Терпи, красавица, - пропыхтел Ярре, продолжая разминать маленькие ножки девушки. – Зато теперь не останешься калекой, это я тебе точно говорю.
Закончив растирание, Ярре замотал раскрасневшиеся ноги своими запасными портянками и закрепил портянки ремешками, чтобы не раскрылись. Поставил сапожки ближе к огню. Достал из мешка флягу с самогоном, глотнул сам и приложил горлышко к губам девчонки.
– Выпей, - велел он.
Девчонка покорно глотнула сивуху, сморщилась, закашлялась, залилась слезами. Потом ее начало трясти – от тепла и алкоголя шок начал проходить. Ярре прижал ее к себе, а Вельфгрид прижался к Янке с другого бока.
– Ты кто? – спросил Ярре. – И кто были эти люди?
– Они Ставека убили, - мертвым голосом сказала Янка, и на глазах ее заблестели слезы. – Зарубили его.
– Кто такой Ставек?
– Мой брат.
– А ты убежала?
Она кивнула. Несколько минут они сидели молча.
– Ты сама откуда? – не выдержал Ярре.
– Теперь ниоткуда.
– То есть как? У тебя есть дом, родители?
– Теперь нет. Я знаю, папу с мамой тоже убили. – Янка глазами показала на разбросанные по поляне тела. – Они убили.
– За что?
– Не знаю.
– А родственники у тебя есть?
– Дядя в Златограде.
– Я отведу тебя в Златоград, хочешь?
– Не надо. Они меня все равно найдут.
– Эти люди мертвы.
– Придут другие, я знаю.
– А кто твой дядя?
– Он племянник великого герцога.
– Силы преисподней! – изумился Ярре. – Так он защитит тебя от убийц, если он такой большой человек!
– Не защитит. Это он послал этих людей. Один из них сказал «Привет вам от любящего дядюшки», а потом убил Ставека.
– Значит, ты герцогиня, так?
– Нет, княжна.
– Здорово. А я вот Ярре. Ярре Кристерсон из Ольмё. А это Вельфгрид. Ты его не бойся, он вобщем хороший парень.
– А я и не боюсь, - Янка положила руку на спину волка. – И тебя не боюсь.
– Вот и славно. Сейчас состряпаем что-нибудь пожрать. Ты, наверное голодная, да и я от волнения проголодался.
– Спасибо тебе, Ярре, - сказала Янка таким тоном, что у парня дрогнуло сердце. – Ты меня спас, а я…
– Я тебя и дальше не брошу. Нам от этих разбойников в наследство несколько коней досталось. Сядем на них и поедем. Ты верхом ездишь?
– Конечно, я же княжна.
– Вот и ладушки. Доберемся до деревни, а там…
– Ты куда идешь?
– Я-то? В Оплот. Пес его знает, где этот Оплот находится, меня туда Вельфгрид ведет.
– Вельфгрид? – Янка погладила волка. – Он что, волшебный? Знает все дороги?
– Ну, вроде того. – Ярре полез в мешок. – У меня тут колбаса есть. Будешь жареную колбасу?
– Я спать хочу, - сказала Янка. – Очень хочу.
– Понял. – Ярре быстро занялся делом. Снял с убитых коней седла, чепраки и потники, сложил эти потники вместе, покрыл чепраком, и получилось что-то вроде походной постели. – Холодновато тут спать, но вижу, что тащить тебя куда-то сейчас не получится. Вельфгрид тебя погреет, а я пока лапника нарежу, шалаш сделаю.
Янка благодарно улыбнулась. Ярре подхватил ее на руки – боги, да какая же она легкая, даже в этой тяжелой шубе! – положил на постель из потников и накрыл своим меховым одеялом. Волк тут же устроился в ногах у девушки. Посмотрев на эту идиллию, Ярре усмехнулся и, запахнув полушубок, пошел собирать свои стрелы и резать сосновые лапы для шалаша. Придется этой ночью бодрствовать, ну да ладно – не впервой. Мороз вроде немного спал, а если усилится, так у него самогон есть, и костер горит отлично. Топлива на поляне много, на ночь хватит.
А главное – сегодня он спас человека. Княжну.
По такому случаю можно прекрасно провести время с флягой в руке и звездным небом над головой. И еще раз поблагодарить богов за оказанную ему милость.
За вторую жизнь, которая пока складывается куда интереснее, чем первая.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. FINEM MILLENIUM
Глава 1
У брата Мереша Набаро осталось только одно желание – умереть побыстрее, чтобы больше не чувствовать этот холод. Он с самого начала знал, что не вернется обратно в обитель, что ему сегодня предстоит умереть. Но мороз, видно, решил его напоследок как следует помучить.