Чтение онлайн

– А откуда же он знал как тебя звать-величать, когда доверенность оформлял?
– недоверчиво спросил Капранов.

– Доверенность на предъявителя выписана, - высунулась из окошечка перепуганная кассирша.

– Где Уваров? Где он тебя ждёт? Отвечай, быстро, быстро, не жди, пока я сердиться начну.

– Так я ж почём знаю где мазурик этот, - чуть не плача отвечал перепуганный мужичок, - почём же я знаю-то?...

– Ты мне Ваньку не валяй!
– грозно навис над ним всем своим внушительным размером Капранов.
– Он не может быть далеко, не отпустил бы он незнакомого человека получать деньги, не встречая его. Где Уваров? Где человек, который послал тебя за деньгами?...

Я во время выяснения отношений между Капрановым и насмерть перепуганным мужичком, смотрел в стекло на улицу. Внимание моё привлёк человек, стоявший напротив, через улицу, возле новенького офиса какой-то фирмы, с темными окнами. Сначала я пробежал по нему взглядом, задержавшись на несколько секунд, слегка подивившись, что он там рассматривает с таким внимание и интересом в непрозрачных окнах?

Осматривая улицу напротив второй раз я опять пробежал по его спине взглядом. Но тут же вернулся, до меня дошло: он наблюдал в зеркальных окнах за входом в сберкассу. Я попытался подозвать Капранова, но тот отмахнулся от меня, наседая на перепуганного мужичонку, у которого вот-вот должен был случиться приступ недержания мочи.

Человек напротив, уже несколько раз из-за плеча оглянулся на вход в сберкассу, и вдруг быстро и решительно пошёл вдоль офиса, собираясь повернуть за угол.

Я попытался ещё раз привлечь внимание подполковника, но тот давил сок из своего насмерть перепуганного визави, и я был ему не интересен. Человек за окном уже поравнялся с углом. Ещё несколько секунд, и он уйдёт, может быть навсегда. Обрывалась последняя ниточка, последняя надежда. Я не мог удержаться и выскочил за двери сберкассы.

Человека возле офиса уже не было. Он явно свернул за угол. Я быстро перебежал дорогу и бросился следом. Повернув за угол я увидел короткий переулок с уходящей влево улочкой. В неё я и бросился. Когда я забежал в улочку, услышал как хлопнула дверь.

Я остановился, переводя дыхание, весь превратившись в слух. Никого не было видно, но я услышал тихое поскрипывание и заметил, что двери одного из подъездов вроде как чуть-чуть качаются. Туда я и направился, сожалея, что не взял с собой пистолет. В этом виноват был Капранов, он всегда говорил, что оружие лучше с собой просто так не таскать, мало ли что.

Войдя в темноту подъезда, я остановился, вслушиваясь в темноту и тишину. Я ловил движение воздуха и какие-то странно знакомые звуки, только я никак не мог вспомнить, что это такое. И вдруг сообразил, вздрогнув, что это чьё-то дыхание. Кто-то стоял совсем рядом со мной и дышал, стараясь делать это тихо.

Я осторожно поднял руку и стал медленно поднимать её перед собой и тут на моё лицо опустилась чья-то влажная прохладная ладонь. Я не выдержал и закричал. В ту же секунду мне в лицо что-то брызнуло, какая-то жгучая гадость попала мне в рот, жутко резануло по глазам, словно в них насыпали битого стекла. Я понял, что в лицо мне плеснули кислотой, дико заорал и нащупав двери выскочил на улицу, продолжая кричать во всё горло.

Я лежал дома на диване, меняя примочки на глазах. Как оказалось, в глаза мне брызнули перечным газом из баллончика, который остался валяться в подъезде, но и его подобрали и принесли мальчишки, перехватав по очереди, так что если там и были отпечатки пальцев, то они скрылись под отпечатками ребятни всего двора.

Капранов терпеливо ухаживал за мной, не разрешая мне вставать, и только не переставал удивляться, как это газ из баллончика попал мне в рот, и обжёг дыхательные пути.

– Первый раз в жизни такое вижу!
– шумно удивлялся он.
– Он что, тебе силком рот открыл и налил туда газ?

Я отворачивался к стене и шумно дышал, не желая вдаваться в пояснения. Не мог же я ему сказать, что всё моё лицо после того, как на него в темноте легла влажная ладонь, превратилось в сплошную орущую глотку, в которую и ударила основная струя газа из баллончика, а уж вторая ударила в лицо и по глазам.

Надо ли говорить, что Уваров ушёл. И тут, как сказал Лебедев, закончилась криминалистика и началась чертовщина.

Как удалось установить, проверяя все данные на Уварова, паспорт, предоставленный для прописки, был им утерян больше двух лет назад, и взамен получен новый. Дальше было ещё интереснее, по тому адресу, из которого Уваров был выписан, прежде чем прописаться в купленной им у Силина квартире, проживал... Уваров Николай Александрович, только номер паспорта у него был другой и год рождения. И никуда с этой квартиры он не съезжал.

Стало ясно, что лже-Уваров как-то или обманул паспортный стол, или примитивно подкупил, и появился в Москве Уваров, которого никогда не было. В том, что паспорт он использовал украденный у настоящего Уварова, сомнений не было. С паспортным столом уже занимались, выискивая виноватых. Но кто же такой этот Уваров?

Нас действительно окружали какие-то бестелесные фантомы. Чистильщик, Санитар, Уваров, вполне казалось бы, физические тела, но почему-то без оболочки.

И опять мы не знали, где и как искать теперь уже некоего Уварова. Как рассказал Лебедев, который был сильно на нас зол за выходку с паспортом Ильясова, но постепенно остыл, шли интенсивные допросы Ильясова, по всему дому проводились дотошные расспросы, но никто ни разу не видел этого самого Уварова, кроме Ильясова. Подтвердить идентичность Уварова и Силина он отказался, категорически заявив, что это другой человек.

Так же категорически заявил, что никто, кроме Ильясова ни на один день в квартиру не въезжал, его сосед, известный нам Афанасий Гермогенович Карпов. Другие соседи подтверждали это единогласно, заявив в один голос, что человек по фамилии Уваров в их доме никогда не появлялся.

Воспаление и раздражение от перечного газа прошло быстрее, чем я думал, только во рту оставалось пренеприятное ощущение, словно всё время жуёшь бумагу, отчего я непроизвольно держал рот приоткрытым к великому удовольствию Капранова, избравшему меня полигоном для своих мрачных шуток.

Как сказал Капранов, моя болезнь пошла на пользу нашему основному бизнесу, он нашёл всё же злополучную иномарку, и нажаловавшись на трудности поисков и жестокосердных угонщиков, грозивших ему, Капранову, смертью, он получил-таки солидный прибавок к оговорённой ранее сумме вознаграждения.

– Мне, товарищ подполковник, - философствовал я, лёжа на спине, в любимой позе моего шефа: подложив руки под голову и глядя в потолок, - мне всё это напоминает самое примитивное вымогательство, которое, если я не ошибаюсь, карается какими-то статьями уголовного кодекса.