Чтение онлайн

– Сколько?

– Пятьсот тысяч, - развёл руками чиновник.
– Стандарт.

Подполковник пришёл домой совсем удручённый и рассказал мне о чиновнике. Я был склонен дать, а что делать? Но Капранов рассудил всё по-своему. Он позвонил Михайлову.

Михаила Андреевича вызвали в прокуратуру, попросили написать официальное заявление и выдали ему пятьсот тысяч рублей, заранее помеченных определённым способом. После этого его долго инструктировали, поскольку захват в момент взятки - дело чрезвычайно тонкое, требуется особая, почти ювелирная работа. Когда согласовали все детали, подполковник ехал домой в метро, потому что отправился в прокуратуру без машины, поленившись ехать на заправку.

Он возвращался домой поздним вечером в почти пустом вагоне метро и от нечего делать рассматривал рекламные листовки, которыми были буквально заклеены стенки вагона.

И почему-то он приклеился взглядом к одной из них, рекламирующей РЕН ТВ. Листовка гласила:

Ты смотришь РЕН ТВ?

Ты знаешь, что его можно смотреть в Москве?

Тогда знай!

И не будь жадинойскажи соседу!

Капранов ехал и смотрел в эту рекламу, сам не понимая, что его так загипнотизировало в ней. Реклама как реклама, были и покруче, и поинтереснее, и поярче.

А когда до него дошло - он встал и вышел из поезда, пересев на обратное направление, и приехал совсем не на ту станцию, на которую ехал сначала.

Мне он позвонил только уже стоя перед тем самым домом, в который собирался зайти.

– Артур, я сейчас пойду брать Санитара. Я, кажется, нашёл его.

– Вы шутите, Михаил Андреевич?!

– Отнюдь, Артур. Я совершенно серьёзен.

– Но вы же даже оружие дома оставили.

– Вот это и хорошо. Ты слушай меня внимательно. От этого может зависеть моя жизнь. Мне нужно чуть-чуть времени, чтобы успеть сделать то, что я задумал. Понимаешь, у нас ничего нет против него. Абсолютно. Но я уверен, что это - он. Если я скажу о своих подозрениях, нам придётся ждать, когда он совершит преступление, или попытается его совершить.

– И что вы надумали?

– Я решил подтолкнуть его к попытке совершить преступление. А теперь слушай внимательно, ты должен понять, от этого, возможно, будет зависеть моя жизнь. Мне кажется, что я догадался, кто Санитар, когда прочитал вот это объявление. Я не скажу сразу, чтобы вы не помешали мне, но ты должен догадаться.

Он повторил мне слово в слово рекламную листовку, которую он изучал в метро: "Ты смотришь РЕН ТВ? Ты знаешь, что его можно смотреть в Москве? Тогда знай! И не будь жадиной - скажи соседу!".

И сразу положил трубку.

Я тут же бросился звонить Лебедеву и Михайлову, сам лихорадочно обдумывая, кто бы это мог быть, что могло означать это рекламное объявление для Капранова?

Дозвониться мне удалось до Михайлова, тот сказал, что немедленно высылает ко мне группу захвата, а я больше ни о чём не должен думать, только решить загадку подполковника.

Я решил её уже тогда, когда у нашего подъезда затормозили одна за одной три машины. Мне помогла фраза "Скажи соседу". Сосед! Вот он, ключ! Уваров всё рассказывал соседу, который мог этим воспльзоваться.

Сбежав по лестнице, я вскочил в одну из них и сходу выпалил адрес прямо в лицо взволнованному Михайлову вместо приветствия.

Меня заставили надеть бронежилет, и мы рванули, врубив сирены, по указанному мной адресу...

Капранов медленно подошёл к двери, перевёл дыхание и позвонил. За дверями послышалось шарканье ног, кто-то остановился за дверью и спросил:

– Кто там?

– Подполковник Капранов, - хмуро пояснил Михаил Андреевич в запертую дверь.

– Поздновато как-то, - неуверенно ответили, помявшись, из-за дверей.

– Я всего на два вопроса, даже в комнаты не буду проходить.

Загремели замки и двери неохотно открылись.

– Ну, здравствуй, Санитар, - поздоровался Капранов, плечом отодвигая от дверей встречавшего.

– Да что вы, Михаил Андреевич, - захихикал тот.
– Шутки шутите? Да?

– Да какие уж тут шутки, - отмахнулся Капранов.
– Шутки кончились. И знаешь на чём тебя возьмут? Не знаешь. Ты сейчас думаешь, что тебя ни на чём взять нельзя. Ошибаешься, дорогой. И на старуху бывает проруха. Я когда под машиной лежал видел ноги твои, и всё удивлялся размеру обуви. А потом смотрю, а я смотрел внимательно, положение у меня такое было, смотрю я и вижу на светлых брюках пятнышко машинного масла, которое ты в гараже моём подцепил на штаны.

Вот на этом пятнышке ты и сгоришь. Сейчас знаешь какая техника? Ууу, что ты! Враз установят идентичность твоего пятна и машинного масла из моего гаража. Ну а дальше - сам понимаешь. Кое-что и ещё, я думаю, найдётся. Так что всё, прилетел ты, голубь. Кончились наши игры в мою пользу.

– Да что вы, Михаил Андреевич! Что вы!...

– Брось, Санитар! Брось! Ты думаешь, я не заметил тайник на кухне?

– Какой такой тайник?
– совершенно искренне удивился Санитар.

– Пойдём на кухню, покажу. Они прошли на кухню.

– Поднимай линолеум вот в этом углу, - показал Капранов.

– Буду я собственные полы портить, - заявил Санитар.
– Тебе надо - ты и отрывай.

– Ну что же, - вздохнул Капранов.
– Могу и сам. Только ты отойди в сторону.

Санитар пожал плечами и отошёл. Капранов тяжело опустился на колени, с трудом протиснулся в угол между столом и холодильником, взялся за угол линолеума, и тут на его голову обрушился удар. Подполковник упал лицом вниз...

Двери в квартиру мы выбили сразу же, как только никто не отозвался на стук. Я вырвал свой рукав у пытавшегося придержать меня Михайлова, и проскользнул между двумя здоровыми омоновцами, почему-то сразу бросившись на кухню Навстречу мне метнулся Санитар, но я не зря когда-то занимался восточными единоборствами.

Мой учитель говорил, что из меня получился бы классный боец, если бы я научился бить в полную силу, не придерживая себя. Дело в том, что бить человека настолько несвойственно человеческой природе, что она всячески сопротивляется этому. Поэтому есть в каратэ маленькая хитрость, когда учат рассчитывать удар на пять сантиметров дальше цели, тогда он получается нужной силы.

Сегодня учитель остался бы мной вполне доволен, я подпрыгнул и ударил ногой в голову сантиметров на десять дальше. Санитар рухнул как подкошенный, а я бросился на кухню, оставив Санитара на попечение бегущих следом.

Капранов лежал с разбитым лицом, наспех связанный, перепуганный стуком в двери Санитар в растерянности начал было его развязывать, потом зачем-то попытался засунуть под стол. Кроме сильного удара по голове и разбитого носа ничего серьёзного он причинить подполковнику не успел.

Когда Капранова освободили от верёвок, кое-как привели в чувство и Санитара. Михайлов незаметно показал мне кулак. Капранов, догадавшись, что Санитар моих рук, вернее, ног, дело, показал мне так же незаметно большой палец.