Чуткие струны звенят и рокочут,Словно морского прибоя удары,Что рассказать своей песнею хочетИ почему так тоскует гитара?Может быть, грустная прелесть закатаВложена в эти печальные звуки,Может, в них светлой волны перекаты,Может быть, струны поют о разлуке?Светит закат. Тихо в даль золотуюВ небе бегут белых тучек буруны.Струны гитары поют всё, тоскуют,Трогая в сердце ответные струны.
1954 г.
Тюмень
Песня моряка
Бросаются волны на мокрый песокВ тревожном шипенье и плеске.Простор предо мной беспокоен, широкИ грозен в стальном тусклом блеске.Вдруг встанут, столкнутся грудь о грудь валыИ рухнут, одетые пеной.Буруны кипят у подножья скалы,На страже стоящей бессменно.Взойду на скалу и в кипящую дальГляжу неустанно до ночи:Быть может, мелькнёт среди бури корабль?Но нет, там лишь море клокочет.Бросаются волны на мокрый песокВ тревожном шипенье и плеске.Пустынен простор диких волн и широкИ грозен в своём тусклом блеске.
* * *
Как море, коварна судьба моряка:Корабль мой разбился о скалы,А я принесён был на край островкаНа гребне громадного вала.И вот я, в надежде увидеть корабль,Стою у гранитного края,Но в море лишь дикие волны бурлятИ ветер с них пену срывает.А то на корабль бы я снова взошёл,И взял рукояти штурвала:Помчался б корабль — белокрылый орёлНавстречу рычащему шквалу.
* * *
Быть может, напрасно я в море гляжу,Быть может, надежды — пустые?Коль так, то я плот из обломков свяжуИ брошусь на бой со стихией.Не спрячусь на суше средь камней и скал,А выплыву в море, поверьте.И встретив средь моря девятый свой вал,Поспорю о жизни и смерти.Бросаются волны на мокрый песокВ тревожном шипенье и плеске.Простор предо мной беспокоен, широкИ грозен в стальном тусклом блеске.
1954 г.
Тюмень
Утро над Кремлём
Утро. Солнце взошло над столицей,В стеклах зданий сверкнуло огнём…Облака цвета спелой пшеницыТихо-тихо плывут над Кремлём.Солнце светит, смеётся, играет,Флюгерами на башнях блеститИ лучами своими ласкаетМавзолея холодный гранит.Ветер дунул и флагом полощетНад дворцом за кремлёвской стеной…Величавая Красная площадь!Всё здесь дышит седой стариной:Башни, стены, соборные главы,Окруженные стаями птиц,У Кремля древний храм величавый,В башнях — узкие щели бойниц.А над башнями в небе лазурномПятикрылые звёзды блестят:Свет струится по граням пурпурным,Как но камням реки водопад.В свете солнца сверкают рубины,Словно жидкие капли огня…Нет прекрасней старинной картиныВ озарении нового дня.
1954 г.
Тюмень
Март
При первом дыхании тёплой весныНа север умчались метели,Над лесом рассеялись зимние сны,Снега на полях потемнели.Уж с юга весенние ветры спешат,И небо от туч стало чистым…И скоро уж, скоро скворцы прилетят —Чудесной весны фанфаристы.
1954 г.
Тюмень
Домой!
Поезд за вихрями мчится в погоню,Постук колёсный слился в мерный гул.Нет, не сидится мне в душном вагоне:Вышел я в тамбур и дверь распахнул.Ветры весёлые, ветры шальныеСвежей струёй мне ударили в грудь.Ой вы блестящие нити стальные,Струны звучащие — рельсовый путь!Мимо плывут и плывут километры —Склоны, поросшие кедром, сосной.Дуют навстречу знакомые ветрыС запахом дыма и хвои лесной.Утро туманною дымкой оделоСветло-лиловую цепь дальних гор.Небо зарёй уж над ней заалело,Солнце встаёт, освещая простор.В солнечном свете блестит, золотитсяТусклая бронза сосновых стволов.Поезд же мчится, всё мчится и мчится,Ветер шумит — поёт песню без слов.Там за горами раскинулся город,С ним я о родине мысли связал.День промелькнёт, солнце сядет за горы,Вновь и увижу знакомый вокзал.Ой вы блестящие нити стальные,Рельсовый путь, словно струны, прямой.Ветры таёжные, ветры родныеПесню поют мне…Я еду домой!
1954 г.
Тюмень
Летний вечер
Сосны и ели пиками чёрнымиВрезались в алое пламя заката.Вьётся туман над лугами просторными,Поздняя птица промчалась куда-то.Ветер повеял — багряными краскамиВспыхнули блики в пруду у плотины…Полузабытыми детскими сказкамиВеет от этой вечерней картины.Детство прошло, в сказки больше не верим мы.Мысли мои в жизнь, не в сказку заброшены,Но погляжу я на небо вечернее —Кажется: сбудется что-то хорошее.Кончился день. Ночь уже недалёкаяСумраком землю окутала с ласкою.Быстро темнеет и небо высокое…Гаснет заря недосказанной сказкою.
Конец 1955 или весна 1956 г.
Тюмень
Весна
Сегодня день безоблачен и светел.Звенит капель, буравя талый снег.И гнёт деревья первый тёплый ветер,Чтоб не стояли в зимнем полусне.В нём столько сил и юного стремленья!Он, как мальчишка, полон озорства.Он всем шумит, что скоро лёгкой теньюПокроет землю первая листва.Потом темней и гуще станут тени.Листва крупнее станет и взрослей.Наступит май в цветении сирени,За ним июнь — в цветенье тополей.А мы, друзья, последний свой экзаменПойдём сдавать в один из этих дней.Нас жизнь зовет, раскинув перед намиШирокий круг неведомых путей.Мы разойдемся этими путями.Их много так — у каждого свои…И очень грустно расставаться с вами,Друзья мои, товарищи мои.Но дни идут один другого краше,И парта нам становится тесна —Идёт весна — весна всей жизни нашейИ школьных дней последняя весна.
В марте 1956 года, заканчивая десятый, выпускной класс школы, я написал стихотворение, которое отнёс в газету «Тюменский комсомолец». Его там снисходительно приняли, слегка почеркав и сократив. И напечатали в номере за 25 марта.
К сожалению, ни полный текст стихов, ни газета с этой публикацией у меня не сохранились. Лишь недавно, летом 2005 года, моя старшая сестра, Людмила Петровна (она живет под Москвой, в Дубне), разбирая свои бумаги, нашла старый газетный номер, а также полный текст стихотворения, переписанный заботливой маминой рукой. Так, благодаря маме и сестре, стихотворение «Весна» почти через полвека вернулось к автору. А то ведь даже в книжках оно раньше печаталось в сокращенном и восстановленном по памяти варианте…
Впрочем, и напечатанным в урезанном газетном варианте стихам я тогда, в марте пятьдесят шестого, очень радовался. Это была моя первая в жизни настоящая литературная публикация. Даже гонорар получил — двадцать пять рублей. Этого хватило, чтобы выкупить в магазине «Подписные издания» два очередных тома Жюля Верна, и остался еще рубль — на два автобусных билета…
* * *
Золотит заснеженные елиСолнца луч, искрящийся, горящий…Даже злые зимние метелиНе могли прорваться в эту чащу.Но туда, где не найдёшь тропинки,Где деревья стынут в зимнем сне,Чуть заметной снежною ложбинкойПроложило солнце луч весне.И теперь везде её дыханье:В ярком солнце, в каждом новом звуке,В неспокойном веток колыханье,Тех, что к солнцу тянутся, как руки.А на этой маленькой поляне,Где, казалось бы, не таял снег ни разу,Скоро свежей зеленью проглянет,Расцветёт подснежник синеглазый.И на мир доверчиво, открытоВзглянет он, от солнца не зажмурясь,А зима уйдёт, ворча сердито,Далеко уйдёт, угрюмо хмурясь.