Чтение онлайн

– Похитителей уже допросили?
– спрашивает полковник Морган, входя в комнату.

– Мы работаем над этим. Это был успех благодаря вам, стратегия, которую вы спланировали, была выполнена в точности, - поздравляет он его. Я бы хотел рассказать вам в подробностях обо всем, что произошло, но, полагаю, они устали.

Читаете мои мысли, меньше всего я хочу, чтобы меня подвергали допросам, которые длятся по четыре часа. Я просто хочу лежать, плакать и оплакивать то, что я потеряла.

Я останусь», - говорит Кристофер. В расследовании есть задержки.

Я проклинаю его про себя: неужели он не устает? Очевидно, нет, я забыл, что усталость свойственна людям.

– У нас есть на это время, полковник, отдохните с женой. Она очень страдала от того, что произошло.

Угрызения совести захлестывают мою грудь.

– В этом нет необходимости.

Если вы останетесь, вы вынудите остаться и меня. Я занимаюсь расследованием, поэтому должен кратко изложить последние новости.

– Полковник, - говорю я с ним впервые после нашего разговора в джунглях. Я прошу разрешения отправиться домой на день.

Он окидывает меня взглядом, и я тут же жалею, что заговорила.

– Давайте.
– Он указывает на дверь. Уходите.

– Воспользуйтесь завтрашним днем и поправляйтесь, солдат, - добавляет генерал.

Спасибо, - отвечаю я и ухожу.

Сабрина ждет снаружи, она из административного отдела, поэтому не в форме. Она выглядит утонченно в облегающем черном платье, волосы убраны в пучок, подчеркивающий черты ее лица.

– Рэйчел!
– Она подходит, когда видит меня. Ты должна позвонить Братту, он волнуется.

– У меня нет мобильного, а в Бразилии сигнал был не очень хороший, - говорю я. Женщина предлагает мне телефон, но я отказываюсь, чертов страх не дает мне сделать звонок.

– Приятно знать, что вы вышли из всего этого целым и невредимым.
– Она складывает руки.

Серебряный камень ее обручального кольца сверкает на пальце. Следы на моей коже горят.

Я не могу представить, как будет страдать Братт, если с тобой что-нибудь случится.

Эти слова - соль на мою рану.

– Спасибо.
– Меня снова тошнит. Не хочу показаться грубой, но...

– Не волнуйся, - отворачивается она, - иди домой и позвони моему брату.

– До встречи, - говорю я на прощание.

Я спускаюсь на парковку и запираюсь в «Вольво», где пытаюсь привести мысли в порядок.

– Добрый день, лейтенант, - приветствует меня интеллектуальная система. Мы едем домой или в какое-то особенное место?

– Домой, но сначала свяжись с моими родителями.

– Как прикажете.

Мама разрыдалась, услышав мой голос, все, включая папу, разволновались. В течение получаса я пытаюсь убедить их, что со мной все в порядке. Лусиана предлагает мне уехать, и я отвечаю решительным отказом. Я нахожусь в расцвете своей карьеры. Я в расцвете сил, я не могу все бросить. Я прощаюсь, обещая позвонить им вечером, мне нужно поговорить с Браттом, нечестно заставлять его ждать так долго.

– Соедините меня с капитаном Льюисом, - нервно приказываю я по внутренней связи.

Он отвечает на третьем звонке.

– Дорогая, наконец-то я тебя слышу!
– восклицает он. Не выдержав напряжения, я разрыдалась на руле, потеряв дар речи. Я просто рыдаю как дура, пока он пытается меня успокоить.

Я не могу быть его возлюбленной, не могу быть его девушкой. Я даже не могу быть его другом.

– Успокойся!
– говорит он мне. Опасность миновала, тебе не о чем беспокоиться. Я просил разрешения навестить тебя, но Совет отказал.

– Я знаю.
– задыхаюсь я. Просто...

Слова не выходят, горло мешает, мозг отказывается их произносить.

– Если ты не хочешь говорить сейчас, это неважно, я понимаю, через что ты прошла. Я просто хотел услышать твой голос, - продолжает он. Детка, ты не представляешь, как сильно я тебя люблю, я бы умер, если бы один из этих ублюдков причинил тебе боль.

– Я позвоню тебе, когда вернусь домой, - это все, что я могу сформулировать.

– Хорошо, ложись в ванну с теплой водой и расслабься на некоторое время.

К тому времени, как я все это сделаю, Кристофер может позвонить ему и рассказать обо всем, что произошло.

Возможно, это наш последний спокойный разговор.

– Братт, ты...
– мой голос подводит меня.

– Я знаю, детка, и я тоже тебя люблю, а теперь иди домой и отдохни.

Я еду как сумасшедшая, сквозь слезы и песни Bon Jovi, ругая себя за свой уровень цинизма. Я паркуюсь перед своим домом и игнорирую приветствие швейцара. Я направляюсь к лестнице и открываю дверь в свою квартиру. Луиза курит на балконе. Она выглядит хуже меня, как будто всю ночь не сомкнула глаз.

– Проклятье!
– Я купила целый арсенал свечей, молясь, чтобы с тобой все было в порядке!

Она бросается обнимать меня, и все взрывается: авария, воспоминания, неудача и груз вины.

– Не плачь, - утешает она меня, - все кончено.

Я отталкиваю ее, мне нужен воздух. Угрызения совести душат меня.

– Я не поэтому плачу, Лу!

– Они тебя трогали?
– Она все еще волнуется.

– Нет!

– И что?

– Я переспала с полковником!
– Я выпаливаю это без анестезии, и она отшатывается, как будто у меня из лица вырос рог.

– Что?! Но как? Когда?

Я пытаюсь успокоиться.

– Ночь, которую мы провели в джунглях. Я не знаю, что, черт возьми, со мной случилось!

– Подожди здесь.
– Она теряется на кухне.

Я достаю сигарету из ящика мини-бара. Я должна была бросить курить, только в стрессовых ситуациях, а то, что я сейчас чувствую, требует не сигареты, а фута индийского табака.

Я опускаюсь на диван, и Луиза возвращается со стаканом виски.

– Как, черт возьми, это произошло?
– с недоверием спрашивает она, и я выпиваю весь бокал одним глотком.

– Не знаю, он залез на меня, и я увлеклась... Не знаю, почувствовал ли этот ублюдок мое желание или еще что.
– Я встаю.

– Он тебе что-нибудь сказал?

– На следующий день мы поссорились, он втирал мне, какая я сука. И я его не виню, я вела себя хуже, чем дешевая шлюха.

Отчаяние заставляет меня нести всякую чушь, мой словарный запас выходит из-под контроля.

– Не надо так с собой обращаться, мы все слабы в определенных ситуациях.
– На тебе был стресс от аварии, травма от шока и полковник.....