Чтение онлайн

И еще:

Эти многообещающие стихи взяты из драмы Маркса «КВЛАНЕМ», написанной им в студенческие годы. Кстати, слово «квланем» на древнееврейском представляет собой анаграмму (чтение наоборот) имени Иисуса Христа (мир ему).{180} В Каббале анаграмма Бога есть одновременно атеизм и сатанизм (мы уже упоминали об этом).

Можем ли мы теперь сомневаться в том, что марксовская диалектика с ее знаменитой формулой «Единства и борьбы противоположностей» есть всего лишь философская интерпретация яхвизма, богосатанизма, культа Верховного Существа, в котором в единой сущности слились противоположные начала — добра и зла? И было бы глупо думать, что марксизм (материализм) пребывает вне всякой религии. Весь «атеизм» материалистов основывается на дарвиновском учении, в котором роль Бога, как Творца, полностью игнорируется, а на место Бога поставлена природа, которая сама в себе черпает творящую потенцию (как Гея или Атум), оживляемая «огненной стихией», современными модификациями которой являются какие-то «космические излучения».

«Такова диалектика» — этими волшебными словами можно объяснить любое противоречие, оправдать насилие, попрание человеческого в человеке, очевидную подлость. Этот магический ключ, словно воровская отмычка, подходит к любому замку. Один пример из школьных учебников: «Политика России на Кавказе носила колониальный характер и ее проведение сопровождалось кровопролитием и истреблением целых племен и складывающихся народностей. Но присоединение Кавказа к России имело прогрессивное значение для кавказских народов, так как ускорило их развитие в русле единой европейской культуры». Школьник или студент, задумавшись над этой иезуитской и кощунственной словесной конструкцией, находил, однако, душевный покой — ему внушалось, что такова диалектика истории, что истребление народов и завоевание Кавказа по «священной формуле» Маркса есть добро, путь к которому проходил через зло. Это всего лишь исторический процесс («единство»), в котором закономерно присутствует борьба «противоположностей» (кровопролитие и прогресс). Одним словом, в дьяволе (кровопролитие) — бог (прогрессивные последствия) и в боге (прогрессивные последствия) — дьявол (истребление народов). И все это вполне приемлемо не только для марксистов, трактовавших подобным образом историю XIX века, но и для сегодняшних российских державников, которые выдают жестокое и массовое истребление чеченского народа как какое-то «благо» — для России и, что звучит особенно кощунственно, для самих чеченцев. Диалектика господствует там, где отсутствует вера в Бога. Диалектика направляет преступные действия тех, кто дикими, лишенными человеческой нравственности законами природы подменяют заповеди Творца.

Теперь мы поймем, что хотел выразить иллюминат Гете, вкладывая в уста Мефистофеля (дьявола) следующие слова: «Я — часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо». Кстати, именно эти слова взял в качестве начального эпиграфа к своему знаменитому роману «Мастер и Маргарита» писатель М. Булгаков, словно для того, чтобы читатель знал, чей образ он воплотил в Воланде. Примечательно, что первый вариант названия этого романа звучал так: «Евангелие от Сатаны…» Роман этот, безусловно, написан «посвященным».

Специалист-религиовед замечает о Воланде, что «он олицетворяет некое „дьявольское предопределение“- он как будто может распоряжаться человеческими судьбами, о чем прямо заявляет на первых же страницах романа». И далее: «Получается, что булгаковский дьявол обладает качествами, которые должны принадлежать божеству… Однако, такая трансформация не нова. К ней издавна прибегали создатели ересей внутри христианской веры-манихеи, богомилы, катары. Суть этих ересей в том, что Христос не смог уничтожить „дело дьявола“- хотя для борьбы с дьяволом он и был, по Евангелию, послан на землю… Добру не удалось победить зло, и Богу пришлось разделить власть с Сатаной. Себе Он оставил небеса, а „противостоящему“ уступил землю, живых людей, поэтому все земное зло и земное добро — не от Бога, а от Сатаны. И вот что замечательно: булгаковский Сатана именно такой — от него исходит и добро, и зло…»{181}

Чуть ниже читатель увидит, что дьявол, с которым пришел бороться Иисус Христос, есть иудейский Яхве (Иегова), который узнается в булгаковском Воланде и который является центральным объектом поклонения масонов (в любой масонской ложе начертано имя Иеговы). И если ереси катаров, богомилов и манихеев оказали влияние на создание образа булгаковского «богодьявола», то эти же секты, по признанию масонов, передали им «традицию» через посредство Ордена Храма. И здесь завязываются в единый узел истоки эзотерических произведений и Гете, и Дюма, и Гюго, и Булгакова.

Но это так — шалости гениев. Нам же, бедным людям, достаточно знать, что дьявол, как в «Фаусте» Гете, лишь «часть силы», а вся «сила» есть, очевидно, Верховное Существо.

Несомненно, читателю неоднократно приходилось слышать рассуждения о том, что «Бог один, но каждая религия ведет к Нему своим путем». Мусульманин должен давать себе ясный отчет в Том, что Аллах через Святой Коран отвергает это заблуждение. Вслушайтесь:

Следовательно, те из мусульман, которые вообразили себе, что Аллах и иудейский Яхве — это один и тот же Бог, должны осознать свою ошибку. В Святом Коране иудеи приравнены к язычникам и даже предшествуют им по силе ненависти к вере в Единого Бога, Близкой по духу к Исламу признается лишь одна религия -христианство, точнее, первозданное, раннее христианство «назореев».

Мусульмане, безусловно, признают великую пророческую миссию Иисуса Христа (мир ему), хотя, в отличие от христиан, и отрицают его божественность. Однако и христианам, которые считают, что фигурирующий в Ветхом Завете Яхве (Иегова, Саваоф) является Богом-Отцом, следовало бы обратить внимание на слова Иисуса Христа (мир ему), с которыми он обращается к иудеям. Когда иудеи заявили Христу: «Мы не от любодеяния рождены; одного Отца имеем, Бога», Христос отвечает: «Если бы Бог был Отец ваш, то вы любили бы Меня, потому что Я от Бога нашел и пришел; ибо Я не Сам от Себя пришел, но Он послал Меня. Почему вы не понимаете речи Моей? Потому что не можете слышать слова Моего. Ваш отец диавол, и вы хотите исполнять похоти отца вашего; он был человекоубийца от начала и не устоял в истине, ибо нет в нем истины; когда говорит он ложь, говорит свое, ибо он лжец и отец лжи… Кто от Бога, тот слушает слова Божий; вы потому не слушаете, что вы не от Бога» (Иоанн 8,41–47).

Этот текст из канонического христианского Евангелия устами Иисуса Христа (мир ему) недвусмысленно обвиняет иудеев в том, что существо, которому они поклоняются — дьявол. Но ведь иудеи поклоняются Яхве! Иисус Христос (мир ему) считал, следовательно, что Яхве — дьявол.

Ислам и христианство сходятся в том, что считают язычество формой сатанизма. В процитированном нами выше аяте Святого Корана иудеи и язычники поставлены в один ряд. Следовательно, и Коран ставит знак равенства между иудаизмом и сатанизмом. Почему?

Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо вспомнить, какими качествами иудаизм, как религия, наделяет объект своего почитания — Яхве.

Прежде всего бросается в глаза, что Яхве самым тесным образом связан с огненной стихией. Он появляется в виде огненного куста (Исход 3,2–5); ведет евреев из Египта в образе огненного столпа (Исход 13,21); является как огонь (Исход 19,18); наконец, о Яхве прямо говорится: «Яхве, Бог твой, есть огонь поядающий» (Втор. 4,24). Одним словом, видимый образ Яхве есть огонь и он прямо обозначается в Библии «огнем пожирающим» (поядающим).

Теперь вспомним, что и природу Иблиса (Сатаны) Коран определяет как огонь. Когда Аллах приказал ангелам поклониться Адаму, один Иблис не подчинился. Всевышний спросил Иблиса: «Что удержало тебя оттого, чтобы поклониться, раз Я приказал тебе?» Иблис ответил: «Я — лучше него: Ты создал меня из огня, а его из глины» (Сура «Преграды», аят 12).

Следовательно, у Яхве и у Сатаны одна огненная природа, но на этом их сходство не заканчивается.

Если в Ветхом Завете Яхве узурпирует качества дьявола, то где в иудаизме сам дьявол, Сатана? Его там и нет, так как дьявол сидит внутри Яхве и проявляет себя как «гнев Яхве». И в самой Библии мы находим подтверждение этому. Например, слова: «Гнев Яхве… возбудил Давида сказать: пойди, исчисли Израиля и Иуду» (2 Царств 24,1) в другом месте Ветхого Завета передаются так: «Сатана… возбудил Давида сделать счисление израильтян» (1 Парал. 21,1). Следовательно, Сатана — гнев Яхве или, иными словами, гневающийся Яхве. Двойственная природа Яхве — в двойственности огня, о чем мы достаточно говорили в начальных главах.