След Сатаны
Шрифт:
Высадившись на берег, американцы вскоре пришли в удивление — они соприкоснулись с единственным на земном шаре племенем, не имевшим ни малейшего понятия об огне. Туземцы ели все в сыром виде. Нигде не было следов очага или золы. Ученые стали искать объяснение этому поразительному факту и, исследовав остров, нашли его — на всем острове не было ни одного камня, он целиком был сложен из кораллов. Этим и объяснялось то, что аборигены Фануа-Лоа не имели огня.{243}
Огонь, Камень, Солнце. Мифологическая связь этих объектов отражает древнейшую технологию высекания огня из камня, так объясняя это чудо: огонь небесный, Солнце, оплодотворяет камень (скалу) лучами или молнией. Камень зачинает в своем лоне огонь. Мастер-жрец устраивает «роды» огня, высекает его. Мы постарались показать это мифологизированное восприятие чуда появления огня из камня на многих примерах, в том числе и через нартовский эпос.
Конечно, эта древняя религия могла и не стать формой сатанизма, если бы не два обстоятельства среди многих прочих. Во-первых, огонь имеет двойственную природу, о которой уже неоднократно говорилось. В нем слились две антитезы, две противоположности добра и зла, тепла и ожога, жизни и смерти, света и копоти. Во-вторых, творцы этого культа были, как мы попытались показать, необычайно развращенными людьми, душевнобольными, ущербными калеками, страдающими различными комплексами. Именно эти люди, обслуживающие огонь и его культ, и придали Верховному Существу черты богодьявола, мужчино-женщины (андрогина), пожирателя людей и их благодетеля одновременно. Так появилось то, что мы называем язычеством.
Если читатель сам займется изучением культа огня у различных народов, он откроет для себя множество любопытных вещей. Вайнахи, к примеру, уже не будут удивлены тем, что в их языке слова цIура, цIухIар, кал-цIола, связанные с наименованием огня (цIе) означают «евнух», «гомосексуалист», «гермафродит». Все эти слова — древние термины, которыми называли жрецов огня. Не удивит вайнахов и то, что слово цIет (обычно отрубленная голова или рука врага) имеет связь все с тем же огнем, а слово тIом (война) произведено от «камня» (тIо). Мы уже видели, что Верховные Существа являли собой не только богов огня, солнца и камня, но и войны, военных завоеваний с массовым уничтожением («жертвоприношением») людей.
Символы Верховного Существа, их материальные атрибуты (мечи, чаши, серпы, пирамиды, молоты) — все дожило до наших дней, вошло в геральдику и гербы. И не нужно думать, что это случайность. Это — эстафета «посвященных», эзотеристов, связь поколений элит.
В культе Верховного Существа проступают явственные черты какого-то сатанинского «однобожия». Мы видели эти черты у древних ассирийцев, евреев, финикийцев, ацтеков, инков и т.д. Отчетливо прослеживаются они и в религии древних египтян. Откуда же тогда в язычестве, в культе Верховного Существа, взялось многобожие?
Но, в сущности, все языческие боги представляют собой не более чем эманации (перевоплощения), или эпитеты главного божества типа Яхве или Ашшура. Иногда боги — дети, младшие родственники или, попросту говоря, слуги Верховного Существа. Но даже такое дробление было предназначено лишь для непосвященных, профанов. Что касается «посвященных», вступавших в мистерии (древние духовные ордена), то после соответствующих подготовительных процедур с использованием наркотических, одурманивающих веществ и развращающих действий, им сообщали «страшную тайну» — бог один и все остальные боги и богини есть лишь образы двуполого богодьявола — Верховного Существа.
О многих этих вещах мы еще поговорим в дальнейшем, а пока остановим внимание на мистериях и закрытых тайных обществах древних элит.
2
Поверхностное определение мистерии — это инсценировка мифа, его повтор в действиях персонажей. Однако это лишь одна, не самая главная сущность мистерии. Посвящаемые в мистерии люди подвергались целенаправленной психической обработке при помощи набора хорошо отточенных приемов и процедур. Это — первая ступень посвящения и на этом этапе в человеке раскрепощались все его темные, звериные инстинкты, сокрушались все нравственные препоны. Достигалось это элементарно — с помощью алкогольного и наркотического опьянения, гипнотического внушения и окружением посвящаемого такой обстановкой, в которой царят разврат и убийство. Мэнли П. Холл пишет:
«Египетские жрецы открыли много растений, вытяжка из которых вводила людей в состояние, в котором они могли прорицать, что использовалось во время обрядов посвящения в Мистерии. Кандидату иногда в пищу подмешивались наркотические вещества, или же ему предлагался яд, природа которого ему тщательно объяснялась. Вскоре после его принятия неофит (новообращенный — авт.) чувствовал головокружение. Ему казалось, что он летит сквозь пространство, в то время как его физическое тело было абсолютно нечувствительно… Кандидат проходил в таком состоянии множество самых странных испытаний, о которых он не помнил после того, как приходил в себя. В свете нынешнего знания трудно себе даже представить, что посредством запахов, нескольких глотков испарений благовоний, можно было вызвать любое видение и поведение, и все же этим искусством владели жрецы языческого мира… Некоторые из менее важных секретных формул попали в руки профанов, извративших их, и, как в случае Вакханалий, наркотики стали смешиваться с вином и давали начало самым настоящим оргиям».{244}
И вот как описывает эти оргии писатель И. А. Ефремов:
«Разве не слышала ты о бассаридах — опьяненных священными листьями полубезумных женщинах Тессалии и Фракии, в своем неистовстве раздиравших в клочья ягнят, козлят, детей и даже мужчин. Женщины бесились, размахивая пихтовыми ветвями, обитыми плющом — знаком Артемис или Гекаты. То же было и в Афинах на Ленеях — празднестве „диких женщин“, в дни зимнего солнцестояния месяца Посидеона…»{245}
Если кого-то не устраивает художественное описание вакханалий, можем предложить и научное. Оргии в честь Диониса (Вакха) в научном описании выглядят еще более отвратительно:
«Самой выразительной чертой его (т.е. Диониса — авт.) культа была роль, которую играла страсть к женщинам и его оргиастический характер. Вакханки действовали в состоянии экстаза, отправлялись на холмы и в леса с факелами и палками; они убивали и разрывали на части встретившееся животное и съедали сырое мясо. Женщины в состоянии экстаза расчленяли собственных детей…» и так далее.{246}
Этот «экстаз» и есть то раскрепощение диких инстинктов человека, о котором мы говорили. Впадение в животное состояние, в котором все дозволено — необузданный разврат, убийство, людоедство, включая поедание своих собственных детей. Мы должны помнить, что это — подражание богам, сотворенным, в свою очередь, древними дегенератами. Это и есть постоянно замкнутый круг зла, когда первоначально запущенное безумие неизбывно возобновляется в служении культу сатанинского Верховного Существа.
Иисус Христос (мир ему) так назвал дьявола: «лжец и отец лжи». И поэтому в «мудрых» книгах эзотеристов вы встретите умилительные трактовки посвящения в мистерии. Там и «очищение души», и «постижение тайн бытия», и тому подобное. Во все это может поверить только простак. Несмотря на явный избыток цитат, приведем еще одно описание мистерии, на этот раз в Африке, чтобы читатель сам увидел это «очищение души». В данном случае перед нами мистерия тайного общества Шакала (сие животное, как уже отмечалось, в Африке считалось покровителем колдунов):
«Члены племени, образовав круг, пили какое-то варево, приготовленное колдуном, и, по мере того как они поглощали напиток, ритм барабана становился все быстрее…
Танец все ускорялся, и вот нгомбо (колдун) завел песню, похожую на заклинание. Пение закончилось пронзительным криком, похожим на крик шакала, в ответ из леса раздались завывания, принадлежавшие, по-видимому, людям. Голоса выступали один за другим, и вся ночь наполнилась этими дикими воплями…
Танец прекратился только тогда, когда нгомбо упал на землю не то от усталости, не то под воздействием выпитого им снадобья. Тогда в круг вошли несколько мужчин и женщин, начавших свой новый танец.
То была самая неприятная часть ритуала. В танце они рычали, бросались друг на друга и в конце его перешли на четвереньки и стали, как животные, обнюхивать друг друга. Вдруг что-то темное влетело в их круг — сначала я подумал, что это кто-нибудь из танцоров, но потом понял, что это настоящий шакал. Он бегал среди танцующих, рыча и кидаясь на них.
Все это кончилось дикой оргией».{247}