Чтение онлайн

— Пари проиграно, насколько я понимаю. Подписывать лицензию?

— Да, — пробурчал Абрамс. — Адреса лавки в ней нет? 

— Пока нет, но мы сейчас спросим у госпожи Лоуренс. Моя драгоценная победительница, не томите. Где вы будете торговать своими лекарствами?

— У нас, — я пощелкала пальцами, пытаясь вспомнить, как можно назвать то, что мы собирались делать, — домашнее производство. Пока лавки не будет.

— Считайте, что выбрасываете деньги на ветер, — чудом исцелённый чиновник желчно усмехнулся, и я пожалела, что мазь готовила с приятным запахом. Нужно было что-нибудь забористое варить. Чтобы птицы, пролетающие над Абрамсом, падали замертво, услышав запах. — У вас и расчётов нет, наверное. Себестоимость зелья, расходы на тару, запас на срок годности — слышали вообще о таком? Клиентов ведь тоже нет. Зато производство. Сразу — в омут с головой. Ох, неразумно, милая госпожа Лоуренс. 

— А я плавать умею. Разберусь как-нибудь, не утону. Я могу, наконец, получить свою лицензию?

— Да, — старший лекарь протянул мне подписанный бланк. — Всего хорошего. Надеюсь, ещё не раз услышу ваше имя из уст других лекарей.

Не обманул господин Монк, постоялый двор выглядел достойно. Рядом с его монументальным великолепием трактир казался сараем. Комнаты богатым гостям города сдавались на втором этаже, на третьем жил хозяин с семьёй, а на первом поставили столы и угощали ужином. 

— Доброго вечера, — вежливо сказал юноша на входе. — Вас ожидают?

— Да, наверное, — я попыталась взглядом найти приказчика лорда, но не вышло. — Господин Монк уже здесь?

— С обеда не уходил, — вежливо улыбнулся он. — Прошу, госпожа Лоуренс.

В зале играла музыка. Клавесин, как у лорда Мюррея. Под возвышенные, но слегка скрипучие звуки слуги выносили блюда, а гости тихо разговаривали. Единственный стол, где сидел один человек, располагался у окна. Приказчик заметил меня и пошёл навстречу.

— Ваши глаза сияют ярче звёзд. Удалось получить лицензию, я угадал? Расскажете, как покорили комиссию талантом? Оливер! — господин Монк жестом привлёк внимание слуги. — Горячее можно подавать. Прошу за стол, Анабель. Надеюсь, вы не против цыплёнка с пряными травами?

— Доверюсь вашему вкусу, господин Монк, — я смущённо улыбнулась. — А экзамен прошёл интереснее, чем я рассчитывала. 

— О, зовите меня по имени, — он взял мою руку и слегка сжал пальцы. — Питер. 

— Хорошо. Питер, — кивнула я и постаралась вспомнить всё, чему учила бабушка. Она ушла в лес, жила отшельницей, но считала важным, чтобы дочь и внучка могли сидеть с прямой спиной, правильно держать вилку и с достоинством смотреть на аристократов. Наши уроки закончились вместе с её здоровьем. Мама учила меня только магии, светские манеры казались ненужными. А сейчас я жалела, что не слушала советов бабушки. От мысли, что могу испортить вечер неловким движением или неуместным словом, ладошки потели. 

— Так что же там случилось? — приказчик пододвинул мне стул, сел напротив и потянулся за бутылкой вина. — На экзамене? 

Пьянящий напиток наполнял бокал, отчаянно напоминая, что в замке господин учитель пил и страдал от наших неразрешимых проблем. Интересно, уже протрезвел или Мери до сих пор за ним ухаживала? Я пить не умела. «Засыпала, понюхав пробку», как шутила мама. 

— А можно воды?

— Зачем? — Питер поставил бутылку на стол и, слегка нахмурившись, посмотрел на меня. — Поверьте, вино гораздо приятнее. 

— Хорошо, только немного, — поспешно согласилась я, чтобы не расстраивать господина Монка. — На экзамене меня ожидаемо не приняли всерьёз. Пришлось предложить одному из лекарей пари. Вы были правы, кстати, что стоило упирать не на теорию, а на практику. Сама бы я не догадалась. Ох, Питер, видели бы вы его лицо, когда покраснение сошло! 

— Жалею, что меня там не было, — лучезарно улыбнулся приказчик и отвлёкся на мгновение, чтобы кивнуть слуге. Нам принесли цыплёнка. Аромат специй защекотал ноздри. Я могла бы разложить букет на составляющие, но обаяние господина Монка не давало сосредоточиться даже на таком роскошном блюде. — Думаю, господа аптекари лишились дара речи. Мир не готов к магам, дорогая Анабель. Отвык от чудес, разучился слыша гром, вспоминать, не прогневал ли кого-нибудь из великих? Однако я бесстыдно отвлекаю вас от цыплёнка. Давайте ужинать. 

— Не готов, да. Поэтому про магию я пока и не говорила, — я отрезала кусочек ароматного мяса. Только сейчас поняла, насколько голодна. Кажется, устала на экзамене сильнее, чем думала. — Господин учитель запретил.

— Он у вас строг, я заметил, — Питер сделал глоток вина и долго наслаждался его вкусом. — Будь я вашим отцом, отправил бы любимую дочь в замок вместе с охраной. А то учитель пытки практикует, галлюциногены в напитки подмешивает. Незнакомцы опять же в окна лезут...

Приказчик подмигнул мне, предлагая считать сказанное шуткой и оглядел зал постоялого двора. Никто больше не слышал? Все спокойны?

— Я не знала своего отца. Мама умерла не так давно. У меня нет никого, кроме господина учителя и Мери, — призналась, прикусив губу. — К тому же, пытать он предпочитает незнакомцев, что лезут в окна.

— Мери? — удивился приказчик. — Она ваша сестра?

— Нет, — я бросила на Питера быстрый взгляд и решила соврать. Вернее, сказать полуправду. Я не знала, сколько можно рассказать человеку, проникшему в чужой дом, чтобы раскрыть тайны его хозяина. — Мередит — экономка в замке. 

— Важный человек, — кивнул он. — Соболезную вашему горю. Потерять мать — тяжёлый удар. Она тоже была колдуньей? Ох, простите. Если я слишком любопытен и позволяю себе бестактность, вы можете не отвечать. 

— Ничего, — постаралась улыбнуться я. Но говорить о маме всё же было трудно. Последние дни её жизни отпечатались в памяти, словно мне нельзя было забыть ни слова. Она много рассказала перед смертью. Дала наставления. — Да, она была магом. Но отец, кажется, смертный. Так что чистокровной колдуньей я себя назвать не могу.

— Во мне вообще нет ни капли дара, — с грустью в голосе сказал приказчик. Но потом будто бы отвлёкся на другую мысль. — Говорят, наша аристократия потеряла право так себя называть. Среди лордов ни одного колдуна. Тем удивительнее, что господин Мюррей унаследовал дар от деда. И ещё удивительнее, что нашёл ученицу. Ваши предки были знакомы?

— Наверное. Магов всегда было не очень много, — я нахмурилась. — Бабушка предполагала, что скоро аристократы с даром перестанут появляться на свет. Но магия всегда найдёт дорогу к своим наследникам. Если род достаточно древний, то даже через три-четыре поколения в нём может родиться одарённый ребёнок. Возможно, появление Альберта Мюррея — знак, что скоро лорды вновь обретут колдовскую силу. 

Ох, насочиняла. Половину слов родительниц переиначила, но Питеру не догадаться. Он ведь ничего не смыслит в магии. Можно сказать, что на заднем дворе замка ходят восставшие мертвецы — приказчик поверит. Врать неприятно, но ничего умнее в голову не пришло. 

— Жестокая будет делёжка власти, — поморщился господин Монк. — Много крови прольётся. Новые аристократы захотят уничтожить прежних. Ваши дети, например, или внуки. Но я снова вынужден извиниться. Неподобающая тема для ужина. Предлагаю выпить за исцеляющую магию. О, если бы все колдуны использовали свой дар именно так и не иначе. 

— Умей колдуны только исцелять, нас точно уничтожили бы, — меня едва не передёрнуло от мысли о подобном.

Да, лечить больных — прекрасное и достойное дело. Но как быстро алчные аристократы поняли бы, что маги не могут за себя постоять? Надели бы на одарённых кандалы, построили бы башни. Чтобы мы занимались своим лекарским делом днём и ночью, а главное — думать не смели о власти. Нет, я слишком хорошо помнила свою беспомощность. А ведь трактирщик — не самый страшный вариант. Мередит нарассказывала историй о жестокости людей, чтобы научить внимательности.