Сравнительное богословие. Книга 5
Шрифт:
Иными словами, духовно-нравственная динамика в мировоззрении индусов не общественное явление, а личностное: души обладают личностными возможностями духовной динамики согласно колесу перевоплощений в пределах жизни индусской Вселенной, а общество в целом — обладает лишь заданной динамикой смены кальп (периодов), в процессе которой души могут менять свою «судьбу», а общество в целом лишь следует «кальповому» пути до очередной катастрофы, и затем всё повторяется вновь. То есть, цель жизни в индуизме — дело сугубо личностное, оторванное от общественной цели жизни, которой не существует вообще, поскольку в мировоззрении индусов будущее существует лишь для персональной души, а общего будущего не видно (оно укладывается в кальповые циклы, одинаковые для каждой индусской Вселенной), как следует из принципа «Было раньше, есть сейчас — не всё ли равно».
Вследствие этого, психика индусов ещё более слаба (по сравнению с теми, кто является сторонником религиозных систем, где лишь один контур дурилок — рая и ада) к проявлениям Языка Жизни, который всё же постоянно «стучится " в психику индусов, как и всех людей (в том числе и через совесть). Для того, чтобы постоянно «заглушать» эти проявления Языка Жизни индусы (точнее высшая духовная иерархия индуизма при помощи эгрегориальной алгоритмики) придумали себе духовно-психологическую «отдушину», известную как психотехники, имитирующие «освобождение» при жизни. И эти психотехники подобны алкоголю, либо наркотикам, [868] которые вынуждены применять в основном западные недолюдки (чтобы не сойти с ума) — поскольку их психика не выдерживает длительного нахождения наедине с собственными мыслями, через которые Бог может обращаться к человеку, пользуясь остатками его совести.
868
Выражение «подсесть на иглу», которое употребляют по отношению к наркотически зависимым людям — вполне подходит к людям, которые «освобождаются» (можно сказать от жизненных обязанностей — уклоняются от своей судьбы) путём сложных восточных практик. Мы уже знаем, что такого рода «освобождение» является главным смыслом жизни на ведическом Востоке. Но и на исламском Востоке и на Западе в «христианстве» и иудаизме существует подобного рода «игла», на которую подсаживаются верующие: это — «высшая цель жизни» главных «авраамических» религиозных систем, которая заключается в «спасении своей души», для чего религиозные правила и «канонические» догмы ставятся на первый план по отношению к жизни в миру.
В «авраамические» религиозные системы доктрина посмертного воздаяния («справедливости») попала как вторичная переработка упрощённых восточных воздаятельных доктрин, замкнутых в свою очередь на «иглу» восточных психотехник. На примере восточных йогических психотехник лучше всего видна параллель между всем известной наркотической «иглой» и «иглой» эгрегориального «освобождения» — чувство которого, аналогичное наркотическому опьянению, возникает в психике практикующего всякий раз, когда он попадает в эгрегориальную «мокшу», «нирвану». Попав туда один раз — хочется ещё и ещё, как и в случае с наркотиками.
Такова мифическая «игла Кащея», на которую люди посадили себя (не без помощи всевозможного «жречества») с древних времён, следуя религиозным иллюзиям (прежде всего Востока), и суть этой «иглы» — извращение смысла жизни, заключающееся в доктрине посмертной «справедливости». В этой «игле» жизнь и смерть «Кащея»: пока доктрина живёт в психике большинства подсевших на неё людей, поддерживая эгрегоры основных религиозных систем мира, основанных на доктрине посмертной «справедливости» — жив и «Кащей».
В индуизме, в отличие от зороастризма и его западных «братьев» (по мировоззренческой основе) создана особая атмосфера религиозной «толерантности» (терпимости), которая обеспечивает не только внутреннюю ненапряжённость (вызванную «любовью" либо равнодушием к единоверцам, которая существует и в других религиозных системах), но и внешнюю неагрессивность индусов, которую многие сторонние наблюдатели принимают за особую «доброту» индусов. Они путают доброту с полным безволием: воля индусов (в отличие от западных религиозных апологетов, у которых ещё осталась возможность проявлять своеволие, выходящее за пределы религиозных догм) накрепко замкнута на мощную эгрегориальную систему индуизма. Это достигается тем, что в религиозных системах Запада и зороастризме принято валить все свои жизненные неприятности на выдуманные «сверхъестественные» силы (а в монотеизме — на Бога), или на других людей, на иноверцев и пр.. [869] Индуисты пошли дальше: они, преодолев на ранних этапах развития «канонический» дуализм [870] (который остался на уровне мировоззрения и трансформировался в «законы кармы»), согласно которому во всём виноваты потусторонние силы (либо враги) — создали систему бессмысленного самобичевания, согласно которой во всех бедах виноваты они сами. И всё бы было правильно, если бы они рассматривали эти беды через призму социальных проблем (в преемственности поколений), а не кармических проблем (в преемственности перевоплощений).
869
Мировоззрение восточного дуализма и его западные варианты.
870
Боги индуизма постепенно утрачивали характер чёткого разделения на «светлых» и «тёмных», смешивались качества богов, образуя под конец аморфный пантеон таких же безвольных (в смысле противоречивости направленностей целеполагания) существ, как и индусы.
Скорее всего нравственность древних брахманов — «демонов» по складу психики — не позволила довести до праведного совершенства их личностные наблюдения за преемственностью поколений (возможно разных сословий), в которой воспроизводились одни и те же (либо похожие) последствия одних и тех же жизненных ошибок предыдущих поколений. [871] Что в конце концов выразилось в «каноническом» учение о карме, сансаре и мокше. Если бы эти наблюдения были пропущены через призму социальной несправедливости и выводы были бы направлены на изменение социального строя, то, управляя жизнью поколений, можно было бы изменить «карму» всего народа. Но нравственность брахманов и мифология индуизма (в первую очередь — «космогония») «сработали» наоборот — на закрепление (с помощью этих наблюдений) социальной иерархии, в результате чего появилось правдоподобное объяснение неустроенности жизни большинства, выразившееся в учении о карме, сансаре и мокше.
871
В этом индуизм на каком-то этапе, возможно, оказался прогрессивнее зороастризма.
Мало того, учение о карме сансаре и мокше стало мощнейшей красивой религиозной имитацией правильного понимания судьбы. И для слабовольных, безнравственных людей, потерявших смысл жизни (не ощущающих свою судьбу), оно стало просто «доброй» (как и весь индуизм) находкой. Не случайно многие наши соотечественники и западники увлеклись Востоком. Мы уже говорили, что каждому человеку от рождения в его судьбе Свыше предлагается преодолеть конкретный спектр жизненных трудностей — для того, чтобы с помощью преодоления этих трудностей человек смог изменить себя, свою психику и воздействовал бы на окружающих его людей в процессе преодоления этих трудностей и после их преодоления. Ясно, что такие взаимодействия людей друг с другом являются обоюдными проявлениям Языка Жизни, направленными Свыше каждому человеку — через других людей.
Есть широкий слой людей, которые вместо преодоления трудностей — валят вину за их возникновение в их жизни на других людей, на Бога, на Сатану, на сверхъестественные силы и пр. Мы назвали таких людей слабым, трусливыми и психически несоответствующими названию «человек». Но есть и другая категория людей, которые, также как и первые внутренне трусливы и боятся Жизни, но не валят свои трудности на других, а ищут стандартное «каноническое» объяснение, [872] почему их жизнь полна неустроенности. Такие люди находят лёгкие ответы у учении о карме, то есть — на Востоке.
872
Любые «канонические» либо «научные» стандарты в подходе к Жизни и судьбе могут лишь ввести в иллюзии, приводящие к неправильным ответам. А уж восточные стандарты — тем более.
Учение о карме является упреждающей религиозной имитацией преодоления трудностей, предлагаемых Свыше: [873] эти «трудности» подменяются «каноническими» догматами веры, удобными для обеспечения религиозной дисциплины единой для всего индуизма, но со своей «свободой» и своими «трудностями» для каждого сословия и индивида. О какой диалектике после этого можно говорить? Вся индусская «диалектика» накрепко связана догматами и эгрегориальной практикой психотехник.
873
Так, например, в «христианстве» тоже существует социальный и эгрегориальный механизм упреждающей имитации трудностей, предлагаемых Свыше, которые также как и в индуизме подменяются каноническими догматами. Подмена начинается с таинства крещения.
Бог руководит диалектикой Жизни цивилизации, Сам распределяя людям «трудности», которые им ненавязчиво предлагает Свыше преодолеть в Жизни, чтобы их Жизнь и Жизнь других людей стала лучше и соответствовала текущему этапу развития цивилизации — как то предопределил Бог. Поэтому личностные «трудности» каждого Бог знает Сам лучше других (в том числе и учителей-гуру). Если бы все люди, следуя Языку Жизни старались преодолеть «трудности», предлагаемые Свыше, то мы давно бы жили в социальной организации, которая превосходила бы любые райские описания — так, как никогда и нигде не было описано ни в одной из религий.
Но с другой стороны, чем больше людей уклоняются от Языка Жизни — тем дольше цивилизация будет выходить из кризиса религиозных иллюзий. И поэтому проблема уклонения от предлагаемого Свыше — не сугубо личное дело, как считают эгоцентристы (а индуизм — эгоцентричная религиозная система). Эта проблема общественная: каждый индивид, уклоняющийся от своей земной миссии вносит негативный вклад в дело приостановки движения цивилизации к обществу социальной справедливости, нанося этим ущерб как себе, так и окружающим.
Индуизм — эгоцентричная иерархически организованная религиозная система, выстроенная по принципу имитации духовного «коммунизма». Имитация духовного «коммунизма» представляет собой огромный спектр эгоцентричных интересов духовного характера, которые удовлетворяются индусами согласно их способностям, за что эгрегоры, удовлетворяющие эти эгоцентричные интересы предоставляют часть своих возможностей как бы «по труду» (по преодолению кармы): но в действительности эгрегоры предоставляют часть своих возможностей по послушанию иерархии. [874] Последнее является религиозным прикрытием для «паствы», под покровом которого обеспечивается надёжная и социально ненапряжённая сборка духовных интересов всех эгоцентристов в единую духовную иерархию. Наглядным примером «материализации» такого рода духовного «коммунизма» является социальная организация индусов.
874
Религиозное «эхо» такого рода духовного «коммунизма» в современности представляет собой огромный спектр «хобби» и развлечений западной цивилизации, который выглядит как «свободный выбор» почти бесконечных возможностей, предоставленных обывателю-эгоцентристу. Задача та же самая: отвлечь «паству» на имитацию жизнедеятельности «по интересам» от «назойливо стучащегося» в психику каждого Языка Жизни, на котором предлагается персональная нагрузка Свыше. Вместо этого культура предлагает «приятные» и «увлекательные» имитаторы, взывая к несовершенной «животной» психике обывателя с лозунгом «Жизнь это — сейчас!». Но если следовать этому лозунгу, то «завтра» может и не быть…
Современная культура (также как и древняя религиозная культура) обслуживает примитивные «животные» потребности, связанные с несовершенством психики и «страхи», связанные с проблемой психического «бегства» от Языка Жизни.
Психологическую составляющую религиозной имитации «свободы» («освобождения») в индуизме обеспечивают многочисленные психотехники. [875] Имитация всегда проще и «приятнее» объективной реальности для неЧеловечной психики. Восток выбрал имитацию, объявив Жизнь — иллюзией и кармой. Почему? — Мы уже отвечали на этот вопрос при рассмотрении религиозной системы древнего Ирана. Ответ прост:
Мировоззрение и нравственность древних индусов (также как и зороастрийцев) сформировались под воздействием духа и культуры, источником которой является восточный дуализм. Согласно древним объективно сложившимся психическим порокам, Добрые предложения Свыше, выражающиеся в зачастую психически «неприятных» для людей призывах к преодолению личностного спектра жизненных трудностей — воспринимались и воспринимаются слабыми и безвольными людьми как насилие над их личностью.
875
Как мы уже говорили, в западных религиозных системах и исламе индивидуальные психотехники, имитирующие прижизненное «освобождение» не применяются (разве что в процессе отдельных таинств, которые происходят при личном контакте со «священником»: например, таинство покаяния в «христианстве» несколько похоже на имитацию «освобождения»). Там всё замкнуто на общую религиозную магию (которую «паства» отождествляет с общественным богоугодным делом) и обещания посмертных «благ» (либо мучений).